Призрачное счастье.

Гарри шёл по коридору к библиотеке, когда его сбила с толку знакомая дверь, которую он раньше точно не видел на этом этаже. Дубовая, старая, с затейливой резьбой, она как будто позвала его. — Этого помещения здесь не было… — пробормотал он, потянув за ручку. Дверь отворилась без единого скрипа. Внутри оказалось нечто среднее между старинным кабинетом и лабораторией: полки с книгами, пузырьки с зельями, мягкий свет, запах лаванды и бергамота. На столе лежала раскрытая книга, а над ней — серебряное перо, которое само по себе выписывает строчки: «Чтобы вернуть душу в тело, нужно сердце, готовое ждать. И второе — готовое простить.» Гарри замер. Сердце заколотилось. Он не знал, чьё перо, чья рука это написала. Но он знал, кому это нужно. — Северус… И тут дверь за его спиной захлопнулась. Не резко, не пугающе — просто твёрдо, как будто замок дал понять: останься. Слушай. Чувствуй. Из стены выдвинулся портрет, которого Гарри раньше не видел. Молодой Слизеринец с огненно-рыжими глазами и серьёзным лицом. Он смотрел на Гарри, будто знал его всю жизнь. — Ты ведь любишь его, — тихо сказал он. — Я… не знаю, — ответил Гарри, садясь на старинный стул. — Я просто… не могу о нём не думать. Я хочу, чтобы он был рядом. И не потому, что он призрак. А потому что это — он. Портрет кивнул. — Хогвартс знает. Хогвартс чувствует. И помогает. Мы помним всё — и тех, кто любил, и тех, кто не решился. Но ты — другой. Ты пришёл не за славой. Ты остался, чтобы быть рядом. — Но как мне его вернуть? — выдохнул Гарри. Перо снова заскользило по бумаге: «Истинное прикосновение. Истинное имя. Истинное желание. Всё это — ключ. Но главный замок открывается любовью.» Гарри встал. Теперь он знал, с чего начать. Замок не просто подсказывал — он обещал, что всё возможно. И если Снейп боялся шагнуть вперёд, то Гарри шагнёт первым.