Часть 4 - Долбаный охранник , новая комната .
21 августа 2016 г., 11:05
Я спокойно спал. Никого не трогал. И вдруг слышу: звук, как у увеличения объектива фотоаппарата.
— Что за черт? — подумал я. Решил забить про это, так как мне надо выспаться. Снова послышался этот звук.
Я посмотрел в угол, откуда исходил этот звук. Там находилась камера видеонаблюдения.
— Скорее всего, это этот дебил-охранник смотрит за нами. Ну, я ему устрою! — сказал себе под нос я вышел из комнаты, направляясь в офис охранника. Я шел по главному холлу прямо к охраннику с намерением разбить его планшет ему об голову. Когда он меня увидел, он явно запаниковал и одел маску Фредди. Когда увидел, что это не помогает, начал светить в меня фонариком.
— Что ты делаешь, дебил?! — сказал я ему и, закрыв рукой глаза, продолжал направляться к нему.
Он был явно напуган.
— Почему ты идешь ко мне? Что тебе от меня надо? — в панике спросил он у меня, когда я был уже у него в офисе.
— Мне нужна твоя душа, — хриплым голосом сказал я. — Да ладно, шучу я, шучу. Мне нужно, чтобы ты перестал жмякать по всем камерам подряд, иначе этот планшет будет у тебя на шее, — сказал я вышел из его офиса. Зашел в комнату, лег на кровать и только подумал, что наконец-то я смогу нормально уснуть, как вдруг зазвонил будильник.
— А!!!!!!!!!! — заорал я и выключил будильник.
Нехотя оделся взял листовки, скотч, ножницы, и пошел расклеивать. На улице не было не души. Только изредка проезжали машины. Я расклеивал листовки везде: на столбах, на стенах и даже, ради прикола, на дверце машины. Листовок оказалось не так уж и много. Уже через час я шел обратно в пиццерию.
Когда я зашел в здание, в пиццерии был полный кавардак. Все бегали, у всех были свои проблемы. Чика искала ананасы на пиццу. Фокси не мог найти свою треуголку. У Бонни Бон-Бон стырила гитару со словами, что он все равно никому не интересен, а у нее гитара сломалась. И только я спокойно шел к Фредди, который с интересом наблюдал за всем этим.
— Слушай, Фред, а где я буду выступать?
— Ах да, извини, забыл тебе показать, — сказал он и пошел в дальний коридор. Я пошел за ним. Коридор был украшен в стиле Хеллоуина. В конце была дверь. На ней красной краской кривым шрифтом было написано «СПРИНГТРАП».
— Я согласен. Не очень-то и страшно, как раз для детей. — сказал я.
В комнате было реально жутко. В ней все было облицовано побитой старой плиткой, старыми обоями, и я увидел черную сцену и темно-красные прожектора.
— Спрингтрап, постарайся быть как можно страшнее. Сегодня сюда перенесут твою кровать и поставят её в соседней комнате, — сказал он и показал на дверь на углу. — Я выделю тебе деньги на ремонт там. Можешь в ней делать все, на что хватит.
— Спасибочки. Я пока осмотрюсь.
— Конечно. Но помни - через 45 минут начинается работа, будь готов, — сказал Фредди, показал на часы и вышел.
Я решил осмотреть свою комнату и зашел в крайнюю дверь. Она была полностью белая и пустая, за исключением двух розеток у параллельной стены.
— Класс. У меня своя комната. Но как мне ее сделать?! Ладно, я проголодался, пойду к Чаки. Я вышел из комнаты «Страшилок» и пошел в главный зал. Там все еще был тарарам. Чика и Чаки о чем-то спорили.
— Нет, лучше синие тарелки! — крикнула Чаки.
— А я говорю, красные! — сорила Чика.
— Извините дамы, но я так и не поужинал, — сказал я, подойдя к ним.
- Ах да, извини, твоя пицца на тумбочке, — сказала Чаки.
— Спасибо, — сказал я и ушел от них.
На моей тумбочке стояла уже холодная Маргарита. Я начал ее есть. Взяв один кусок, я заметил под пиццей квадратный кусок пищевой бумаги. На нем было что-то написано. Я вытянул из-под пиццы эту записку и прочитал:
Хорошо, тогда сегодня, в 6,
у нас, возле столика №20.
Я аккуратно сложил бумагу и положил в тумбочку , продолжив есть .
- Вот класс . Что может быть лучше, - сказал я, развалившись на кровати .
***
- Спрингтрап !!!
- А? что? Где я ? - удивленно спрашивал я, вскакивая с кровати .
В дверь заглядывал Фредди . Я, видимо, заснул .
- Хорошо, выхожу, - сказал я вставая с кровати .
Полностью раздевшись, я вышел на сцену . Занавес медленно раздвинулся в темноте .
И вдруг прожекторы засветились. Я, не растерявшись, начал петь .