Angel in my heart

      Луи открыл глаза и увидел перед собой незнакомое место.       «Так вот ты какой, человеческий мир?!» - подумал он и начал с интересом оглядываться по сторонам.       Этот мир очень отличался от того, в котором он прожил последние шестнадцать лет. Вместо бесконечных небоскрёбов большие и не очень одно-двух-трёхэтажные дома, машины, которые не летают высоко над землёй, и под ногами не белые пушистые облака, а земля с зелёной травой. Ко всем этим кардинальным изменениям нужно привыкнуть.       «Я так понимаю, что это Холмс-Чапл. И где же этот Гарри Стайлс?»       И тут объект его раздумий появился в поле зрения с каким-то хохочущим блондином, ну, или точнее крашеным. По другую сторону от него шла девушка с лиловыми волосами, с серёжкой в носу, ярким макияжем и в чёрной одежде, бунтарка, короче говоря.       - Гарри, - начал блондин, - я не думаю, что они так с тобой поступят.       - Я согласна с Найлом, - продолжила девушка, а Луи внимательно слушал разговор и запоминал имена друзей своего подопечного. – Это твои родители, а не изверги. Они должны понять тебя или попытаться это сделать.       - Я знаю, но это не уменьшает мой страх. Хоть я и оптимист, но в этой ситуации всегда нужно учитывать шанс ужасного исхода.       Троица остановилась возле красивого двухэтажного дома, и Перри обняла Гарри, при этом сказав:       - Удачи тебе, кудряш. После разговора обязательно позвони. Мы с Найлером будем держать за тебя кулаки.       Блондин тоже обнял парня.       - Жаль, что мы не можем присутствовать при разговоре и в случае чего поддержать тебя, но знай, Гарри, ты всегда можешь на нас положиться!       - Я знаю, ребята. Поэтому я счастлив, что у меня такие друзья.       - Только платье мне мочить не надо. Разводишь тут сырость, - с притворным возмущением сказала Перри и отстранилась.       - Перри! – воскликнул Найл. – Тебе всегда нужно испортить такой прекрасный момент своими придирками!       - Ну уж, извините. Вы прекрасно знаете, что я не люблю мыльные оперы, ребята.       Друзья всё ещё продолжали шутливую перебранку, когда Гарри позвонила мама.       - Милый, ты где?       - Уже подхожу, мам.       - Найл и Перри опять ругаются? – со смешком спросила она.       - Да, всё как обычно.       - Хорошо, давай иди домой, а то уже всё накрыто и мы ждём только тебя.       - Буду через пару минут, - сказал он. - Ладно, ребят, меня уже все ждут, - и помахал на прощание.       - Созвонимся.       - Пока, Гарри. Жду твоего звонка.       Парень открыл ворота и вошёл во дворик своего дома. Вздохнув, набираясь сил, он достал ключи и уже через пару секунд вошёл внутрь.

***

      Гарри Стайлс в этом году был выпускником школы Холмс-Чапл. Не смотря на то, что его отчим был богатым человек, парень не хотел, чтобы он платил за его хорошие оценки. Гарри был вполне способным и добивался золотой медали своим умом.       Он со средней школы мечтал поступить в Лондоне на дизайнера одежды, чтобы после учёбы поехать в Нью-Йорк и пробиться на работу в Vogue, но учёбы там была дорогой, поэтому он поставил себе цель окончить школу на отлично, чтобы его мама не работала на трёх работах для оплачивания университета. Даже после свадьбы мамы с Робином цель Гарри никуда не пропала. Парень знал цену деньгам, помнил тяжёлую жизнь после развода матери. Он знал, каково жить, едва сводя концы с концами. Он жил по принципу: «Поддержка это хорошо, но рассчитывать нужно только на себя».       Найл и Перри, с которыми он подружился сразу после переезда обратно в Холмс-Чапл, поддерживали его цель. Сами они были не из таких богатых семей как он, но и нищими тоже не были. Друзья, как и Гарри, хотели поступить в Лондоне, поэтому их троица была лучшими учениками на потоке. Найл хотел стать шеф-поваром, а Перри после окончания школы хотела пойти в талант шоу, чтобы стать певицей, но её родители были против этого и настаивали, чтобы дочь шла в медицину, по их стопам.       Уже три года эта троица была не разлей вода и целыми днями проводила время вместе. Каждые два месяца ребята выбирались в Лондон на шопинг. Гарри, имея превосходный вкус, знал, какая одежда пойдёт каждому из них, а те друзья не спорили с ним. После целого дня шопинга, они заходили в Макдональс и обмывали покупки.       Но самое важное, что для себя открыл Гарри в шестнадцать лет - это то, что он гей. Парень не знал, как эту новость воспримут его родители, ведь они были старого воспитания. Единственными, кому он признался в этом, были его друзья. Найл и Перри его приняли и поддержали. Как сказала Перри: "Любовь не имеет цвета кожи, расы, национальности или пола. Любовь - вещь искренняя и настоящая". Найл же просил наконец-то признаться родителям, чего Гарри боялся больше всего. Но после пары месяцев уговоров, парень решился это сделать.       Он зашёл на кухню, где уже присутствовала вся семья, и, собрав волю в кулак, произнёс:        - Мам, пап, Джемма... я - гей!       Наступила оглушительная тишина. Гарри почувствовал, как начало нарастать напряжение в комнате. В глазах домочадцев начали быстро сменяться эмоции, причём с такой скоростью, что не все можно было понять. Ярость, разочарование, раздражение, злость, сочувствие (в глазах Джеммы).       Но вот отчим встал из-за стола, и по его настроению было понятно, что сейчас будет скандал. Он медленно, очень медленно подходил к Гарри. Его кулаки были сжаты до такой степени, что суставы начали хрустеть. Гарри стало действительно страшно, ведь он ни разу ещё не видел его таким.       - Повтори ещё раз, что ты сказал?!       - Я – гей, - сказал парень, посмотрев в глаза отчиму.       - Гей, говоришь. Я сейчас тебе покажу! – он поднял руку, но Энн с Джемой кинулись к нему и схватили за руки.       - Робин, что ты делаешь?! Да, я тоже не рада тому, что Гарри сказал, но я не кидаюсь на него с кулаками! – Робин начал вырываться, но пока его могли удержать.       Гарри старался перебороть истерику, которая захлестнула его. «Меня не приняли. Все против меня. Я урод в семье! Зачем я вообще это затеял?! Зачем рассказал им?»       Робину всё же удалось вырваться их женской хватки. Он подбежал к Гарри и, схватив парня за грудки, тихо, но яростно прошептал ему в лицо:       - Слушай меня... я говорю это только один раз и повторяться не буду. Или ты избавляешься от этой фигни, находишь себе девушку, и мы опять живём в мире и гармонии или, если остаёшься таким же, ты собираешь свои манатки и валишь вон из этого дома!       Гарри смог только кивнуть в таком состоянии. Робин усмехнулся и отпустил его. После чего, с ничего не выражающим лицом, сел за своё место за столом и начал трапезу.       Парень, белый как мел, еле сдерживая истерику, тихо вышел из столовой и после того, как дверь за ним закрылась, он подхватил рюкзак и кинулся в свою комнату.       К сожалению, он не слышал, как Джемма начала бороться за брата, пока мать, будучи между двумя сторонами, лишь стояла в сторонке и ничего не говорила.