Запрети тебя любить

      Луна была высоко в небе, озаряла своими яркими лучами комнату, которая находилась в полумраке. Беловолосый парень закрыл тоненьким одеялом спавшего парня, который был свернут в комок и тихо посапывал. Богдан выйдя из комнаты, он услышал как его отец разговаривал по телефону. Парень сразу направился к родителю. - Ты сможешь что-нибудь сделать с этим? – почти на ходу спросил Богдан отца. Борис Васильевич был статным мужчиной, в сером костюме и грустными зелеными глазами. После смерти мамы Богдана он почти не улыбался. - Я попробую, но Кириллу нет восемнадцати. До его дня рождения еще около месяца, ближайших родственников у них нет. Вот если он был бы совершеннолетний, было проще, - тихо задумался Борис, отводя взгляд от сына. - Пап, а что если я возьму их на себя? Мне уже есть восемнадцать, а приписать мне какую-нибудь работу ты сможешь, - предложил Царёв. - А это идея. Кирилл не будет против? – сразу спросил отец. – Вы же в последние несколько лет даже не разговаривали. - Мы ему ничего говорить не будем, просто сделаем, а потом я передам ему опекунство и все. Я не хочу, чтобы с Женей и Юлей случилось что-нибудь плохое. - Хорошо так и сделаем, - согласился Борис Васильевич и ушел в свой кабинет.       Царев зашел в комнату, в которой спал Измайлов. В полумраке он казался еще красивее для Богдана. Он любил этого маленького и хилого парнишку с самого садика. Кирилл был для него кем-то особенным. Самым умным, добрым, заботливым, милым и забавным. Даже сейчас темные круги под глазами казались ему красивыми. Красные опухшие глаза были совсем не страшными. Очки, над которыми все смеялись, казались забавными и милыми. Даже сейчас вспоминая все его язвительные ответы на шутки Царева, становилось тепло на душе. Может где-то он и обижался, но никогда не воспринимал в серьез. Все слова и насмешки в адрес Измайлова он говорил только для вида. Те нелепые драки, что происходили между ними, он никогда не воспринимал в серьез. Как он мог драться в серьез с таким ребенком как Кирилл. Сидя рядом на кресле, он смотрел, как спит его любимый и тоже заснул. Но на утро Кирилл проснулся один. Рядом никого не было и в комнате было пусто. Выйдя в коридор, он обнаружил сидящего на кухне Бориса Васильевича с которым сразу же поздоровался и спросил где Богдан. Отец лишь пожал плечами и пригласил присесть. После третьего отказа, Кирилл все таки согласился покушать. Спустя минут двадцать на кухню залетает Богдан и с улыбкой и говорит Измайлову закрыть глаза. Тот с непониманием на него смотрит, но все таки делает, как ему велят. - Открывай! – быстро говорит Богдан. Открыв свои большие карие глаза, Кирилл видит перед собой своих маленьких и любимых Юлю и Женю. Те с улыбкой кинулись обнимать старшего брата. После радостного воссоединения. Царев старший приказал всем садиться за стол и завтракать. Богдан подал документы об опекунстве Кириллу, тот открыл папку, посмотрел на фамилию, которая была указана там. - Почему тут твоя фамилия? – спросил тихо Измайлов. - Тебе нет восемнадцати, поэтому я взял опеку на себя, потом я отдам все права тебе, - сразу ответил блондин и посмотрел на него голубыми глазами. – Кстати, ты мне должен. - Я сделаю всё, что ты захочешь. Ты мне очень помог, - спокойно выдал Кирилл, смотря на бывшего друга, а в голове Богдана они уже трахались.