Тульпа

      Сегодня луна казалась необычайно большой, наверное, самой большой, которую он когда-либо видел. Ветер трепал его волосы. Это место давно полюбилось ему, тут было тихо, спокойно, а по ночам можно было разглядывать бесконечное звездное небо и размышлять. Думать обо всем: о жизни, о любви, ненависти, о своем месте во вселенной, но почти все его мысли были эгоистично просты. - Тебе не страшно тут сидеть? – голос окликнул его. - Ты же знаешь - я люблю это место – бросил он, не шелохнувшись, только ноги болтались над многометровой пустотой. - Да, и я каждый раз волнуюсь, когда ты сюда залезаешь... – голос приблизился – Зачем ты это делаешь? - Луна сегодня очень красивая – он продолжал так же самозабвенно любоваться прелестями ночного неба. Голос вздохнул. - Ты можешь видеть её и из своего окна. - Просто сядь рядом. Я уверен ты увидишь – он похлопал по карнизу рядом с собой. - Мне страшно так сидеть, – Сказала она и расположилась за его спиной. После молчания, продолжавшегося какое-то время, он начал, как бы невзначай, говорить про красоту. Сначала про звезды и небо, потом про фонари и ночной город, и, наконец, про её фигуру и нежный взгляд. - Да, не знаю, как объяснить, но её глаза, именно они, как эти звезды сейчас, завораживают меня. Я уверен, ты тут, чтобы поддержать меня, ведь это то, что ты всегда делаешь. Наверно поэтому я и говорю все это. Ты же выслушаешь меня? - Конечно – прошептала она. На её губах появилась улыбка. И он изливал свою душу, просто сидел и говорил о ней, о той самой. О её глазах, о том, какая она замечательная, милая, скромная. Да, другого он в ней и не видел. Рассказывал о первом дне, когда увидел её, и о первом дне, когда понял, что хочет видеть её. -Она вошла в мою жизнь незаметно, мысли пролетающие вскользь, редкие образы. Однажды она даже приснилась мне, конечно, я тогда не знал, что это она, но весь день меня преследовало ощущение близкого счастья, какой-то неуловимой радости. Интуитивно я понимал, что виной всему этому, но как ни силился, ничего вспомнить не мог, поганое утро расплескало весь сон. Так прошли пара месяцев, а потом я стал ловить себя на мысли, что слишком часто думаю о ней, появилось и желание быть рядом, искать встречи, и все такое. Но заговорить я никак не мог, боялся отказа, боялся, что я ей противен, что не станет слушать. Да я трус, обыкновенный трус… - Нет, не говори так, ты... ты просто слегка неуверен в себе. – она потупила взгляд. Он повернулся, тоскливо глянул на нее, улыбнулся. -Да, в этом вся ты. Хорошо, допустим, я не был уверен в себе, поэтому не говорил с ней. Просто любовался ею изо дня в день, как это делают с картиной или скульптурой. И, как бы жалко это не звучало, я был не против этого, мне хватало просто встречать её взглядом каждый день. Нависла тишина, он стеклянными глазами уставился вниз, на уже ставший родным пейзаж. Так они просидели достаточно долго. Собравшись с силами, он, все-таки продолжил. -Ну дальше ты знаешь, в тот раз я так же приходил сюда – его голос сквозил болью. -Это все из-за того парня? – Её рука легла ему на плечо. – но ты же знал, что так будет. -Да,да,да,да,ДА! – сначала тихо, как в каком-то бреду он повторял это слово, пока не сорвался на крик, неистовый, полный отчаяния от осознания собственной никчемности. Он с яростью ударил по карнизу. Где-то неподалеку взлетел ворох птиц. Она приобняла его еще сильнее, стараясь уберечь его от самого себя. Успокоившись, он все-таки закончил. -Да, все сломалось в день, когда она ушла с тем парнем, я знал, что так закончится, все-таки я никак не продвигался. Но… Но легче от этого мне не было. Как будто нож в самой груди, да я бы и сам с радостью разместил его там. Эта разрывающая ненависть. Я помню, как в тот день приходил сюда. Было чертовски холодно, но я просидел тут всю ночь. Хотелось истязать себя, наказать за малодушие, утопить душевные страдания физическими. А потом… потом я просто стал жить, как будто ничего не случилось. Днем - все так же, не сводя с нее взгляд, а ночью - просыпаясь от её прикосновений. -Ты должен просто забыть её, она не уникальная, никто не уникален. -Как всегда в точку, все мы одинаковые. Я тоже это понял, так что теперь все хорошо. -Тогда... зачем ты здесь? – она все еще волновалась. -Луна сегодня очень красивая, – он улыбнулся – Иди, я еще немного тут посижу и отправлюсь за тобой. -Ты прогоняешь меня? -Да, мне надо немного побыть одному. Извини. Она постояла в раздумьях, а потом направилась к лестнице. Уже у двери она бросила : “Ну, я буду ждать тебя дома” , и её силуэт скрылся за старой, уже проржавевшей дверью. И он остался наедине со всей вселенной. Так и сидел, что-то бормоча себе под нос. Про одинаковых людей, одинаковые мысли, чувства, одинаковое время и одинаковое забвение. Про то, что даже его “любовь”, то что было для него самым сокровенным последние полгода, принадлежала всем людям человечества. Все прошли через это, или пройдут. Вся его боль, все его страдания - ни что иное, как обыденность вселенной. В нем нет и ни капли индивидуальности, он лишь кукла, собранная из кучи повторяющихся фигурок. Вселенная бледнела, его слезы уже высохли, красное зарево поднималось на краю города. Наступил рассвет.

***

-Ну так что скажете? -Все проверили, там отпечатки только паренька, никаких следов взлома, а ключи, изъятые с тела, как раз от двери на крышу. Ночью были слышны крики, но они быстро прекратились, сторожей нынче нету, так что и свидетелей нет. Тут и думать нечего, случилось какое горе, напился, нашел эти ключи где-то, да и сиганул вниз. Следователь вздохнул, достал свои сигареты и закурил. Дым всегда помогал ему думать. Он еще раз взглянул на тело, но тут, видимо, все было так, как сказал криминалист. - Ох уж эти дети, им бы еще жить да жить а они, встретив первую преграду в жизни, сразу стараются от этой жизни избавиться. Ну а теперь для протокола, с начала и по порядку.