Между небом и землей

Ибрагим-Паша шёл по коридору и вспоминал о сегодняшней встрече с Хюррем. Его мысли занимала только она. «Как она прекрасна», — думал Паргалы. Её рыжие волосы волной спускаются до талии, глаза, как два изумруда. Он тонул в них и забывал обо всём. Её лучезарная улыбка, которой она одаривает своих врагов, давая понять, что никто не сможет сломить Госпожу. Хюррем Султан никогда не показывает свои слёзы, но когда остаётся наедине с собой, они градом текут по её щекам, ведь она не железная, чтобы держать всю боль в себе. При всех она ведёт себя так, как подобает Султанше: с высоко поднятой головой, с уверенностью и смелостью. Это в ней и нравится Ибрагиму. «Стоп. О чём я только думаю? Она мой враг и её нужно устранить, — думал Паша. Было уже поздно и Ибрагим собрался идти домой к Хатидже и детям. — Сегодня должны убить Хюррем. Наконец-то я от неё избавлюсь», — пройдя ещё пару шагов, он остановился и застыл на месте. Ибрагим мечтал избавиться от Султанши ещё после её первого хальвета, ведь она была не безразлична Повелителю и стала набирать власть. Но только сейчас он понял, что рыжеволосая Госпожа дорога ему. — Ну уж нет. Я не допущу этого. — сказал Паргалы и направился в покои жены Султана.

***

Фирузе лежала на кровати и держала маленький флакончик с ядом. Все девушки в гареме уже спали. Она встала и тихо, чтобы никто не услышал её, вышла из комнаты и направилась к Хасеки Султан. Стражи возле её дверей не было, и поэтому Фирузе спокойно вошла в покои. — Госпожа. — прошептала Хатун.— Махидевран Султан велела вылить этот яд вам на руки, чтобы никто не заметил ожогов, но я этого не сделаю. Я вылью содержимое флакона на лицо, на тот случай, если вы проснётесь. Повелитель больше не будет обращать внимание на вас и будет проводить время со мной.

***

Ибрагим добежал до покоев и открыл двери. Темноволосая девушка уже открыла флакон и собиралась вылить, но Ибрагим вовремя, как он думал, схватил её руку. Капля жидкости попала на щёку Хасеки, но Паша этого не заметил. — Стража! — крикнул Паргалы. — Уведите эту рабыню в темницу. После того, как стража с рабыней скрылась за дверью, он подошёл к Хюррем и присел рядом. Тут он заметил на её щеке не большой ожог. В этот момент прибежала Нигер—калфа. Увидевший её Паша сразу приказал привести лекаря. По дороге Нигяр встретила Сюмбюля и Дайе-Хатун. Она им сказала что случилось и побежала дальше. — О Аллах. Ни днём ни ночью покоя нет. — сказала Дайе и пошла к Валиде, а Сюмбюль к Повелителю.

***

Хюррем и Сулейман как всегда встретились на берегу реки. — Хюррем. — сказал Султан и поцеловал свою жену. Они разговаривали и наслаждались обществом друг друга. Пока Сулейман что-то оживлённо рассказывал, Хюррем резко схватилась за щёку и застонала. — Что с тобой? — спросил обеспокоенный Повелитель. Хасеки ничего не ответила и исчезла. Она оказалась около кровати Султана. Недолго думая, мать пятерых детей вышла в коридор и пошла к себе в комнату. Когда Султанша зашла в покои она увидела себя с ожогом на щеке и рядом стоящего Ибрагима. — Ибрагим?! Что здесь произошло. — всё ещё держась за щёку спросила Хюррем. — Одна рабыня чуть не убила вас, но я вовремя успел. — сказал Паша. — Почему вы её остановили? — спросила Госпожа — Ведь вы с Махидевран хотели меня убить. — Откуда… Впрочем, неважно. — сказал Паргалы. От ответа на вопрос его спасли только что пришедшие Повелитель и Валиде. — Ибрагим! Как это могло произойти? Что с ней? — спросил Сулейман когда заметил ожог на щеке. — Я хотел проведать Хюррем Султан. А когда вошёл, увидел рядом стоящую рабыню с ядом, но вовремя остановил её. — сказал Ибрагим Паша. В этот момент пришла лекарша и осмотрела Султаншу. Она сказала что ничего серьёзно и дала лекарства. Повелитель не мог никак уснуть, вспоминая сегодняшнее покушение на его жену. Уснул он только под утро. Хюррем так и осталась сидеть в своих покоях, не желая никуда идти. Она не хотела чтобы её такой видели, ни во сне, ни наяву. Продолжение следует…