university of arts.

12 ноября. 2014 год.       Тусклый свет освещал темно-бежевые обои, шкафчик с книгами, пару предметов интерьера и стол за которым сидели друг на против друга Лиса и неизвестная женщина, но явно смахивающая на эксперта по допросам. — Лиса, скажи правду, ты же знаешь кто её убил? — женщина, скрестив руки на груди, вопросительно смотрела на девушку, — Это для твоего же блага. Если ты расскажешь всё как было, мы поможем найти твою мать. — Я правда не знаю, — тихо ответила Лиса. Конечно же, эта была самая настоящая ложь, девушка своими глазами видела, как паренёк их возраста наносил ножевые удары её сестре. — Значит, не хочешь рассказывать правду? Тебе от этого лучше что ли? Я наслышана, что ты была свидетелем убийства, Лиса, — серьезно проговаривает женщина и продолжает, — Пойми, что это очень серьезно, и если мы не примем меры — все это может закончиться очень плачевно. Убийца может расправиться со всей твоей семьей, с твоей матерью, а последней, будешь ты.       Тихо и не заметно скрипя зубами, Лиса проклинала в первую очередь себя, за ложь, которая не имела смысла родиться, и которая не предвещала ничего хорошего. Мать Лисы говорила ей, что существует лжи во благо, её можно использовать, но нельзя злоупотреблять. Сейчас Лиса переступила границу дозволенного совета матери, она соврала не потому, что благодаря этой лжи все будут счастливы, она просто трусиха. — Я ничего вам не скажу, — раздраженно проговорила Лиса. — Боже, — женщина нервно цокнула и устало облокотилась о спинку стула. Она с самого начала понимала то, что девочка не из простых детей, и вряд ли на одном дыхании выдаст ей всё, но попробовать стоило, — Ну, Лалиса… Это же не государственная тайна, чего тебе стоит рассказывать об этом? — Чего стоит? — грустно пролепетала себе под нос Лиса, — Мне стоит это жизни Нами. — Ты же понимаешь, что если мы найдем преступника, смертей будет в пять раз меньше? — Мне всё равно. Моя сестра умерла, понимаете? — девушка подскочила и сорвалась на крик, — Её больше нет в живых, её убили. Так с какой стати нужно сделать так, чтобы другие люди остались в живых? Если моя сестра умерла — значит умрут и они. — Ты дикая? Садистка? Что с тобой не так? Успокойся сейчас же или нам придется видеться только в психиатрической больнице. — Со мной все прекрасно, просто уступать людям — не в моих правилах, — проговорила Лиса и сняв сумку со спинки стула выпрямилась, — Собственно, у меня нет ни желания, ни времени здесь продолжать с вами беседу. Я ответила все так, как знаю, не устраивает? Ваши проблемы, — фыркнула девушка и со скрипом хлопнув дверью, скрылась в коридоре здания. — Лиса, ты сама знаешь что у тебя проблемы, и ты уже должна быть под учетом, поэтому единственное что у тебя точно не в правилах — так это дерзить мне и молчать! — крикнула на одном дыхании женщина, прежде чем перестала слышать топот ног.       Лиса вышла из здания что до дрожи веяло мрачную атмосферу, на не менее мрачный район Пусана. Вся окружающая девушку среда была визуально серой и ветхой, хоть люди шли толпами, а все пешеходные переходы были забиты: Лисе было слишком одиноко и холодно в этом «грязном» городе. Возможно всему виной была погода — было сыро и вся эта туча людей ходили не с очень приятными физиономиями, будто проклиная весь мир и себя тоже. Во всей этой толпе Лиса не исключение. Этот чертов допрос отнял у неё все клетки здравомыслия, если у этого побочного эффекта вообще есть клетки.       Девушка раздражительно выдохнула и достала самодельный сверток травы. За эту недавно развившуюся дурную привычку она тоже себя ненавидела. — Мне нужно расслабиться. — Айщ, — с недовольным лицом шикнул вдруг откуда-то взявшийся Чимин и выхватив гадкий объект из рта девушки, яростно отправил его на сырую землю, — Это еще что за выкрутасы? Я жду объяснений. — Ох, Чимин… Не язви, все нервы в стопку и так. — Это у тебя все нервы в стопку? Да ты посмотри на меня, с такой подругой любой бы загнулся, но нет я держусь. Ладно, выброси эту чертову бяку и говори уже, что у тебя спрашивали? Вообще как все прошло? Они хотят чтобы ты все рассказала? — Ну конечно они требовали чтобы я все рассказала, — пиная камень, проговаривает Лиса, — Взамен на правду, они помогут мне найти мою мать. — Вот как… И как же ты поступила? — Чимин поворачивает голову на девушку, — Промолчала что ли? — Да, — грустно выдыхает девушка и протирая глаза поднимает голову на парня, — Пусть живет пока — чертовка, тем более, сестра любила его. — Дурья ты башка! — вскрикивает Чимин и игриво стучит кулаком Лисе по голове, — Он псих, Лиса! У твоей сестры просто вкус ужасный, надо же так, на морального урода наткнуться, да и еще что-то чувствовать к нему! — Чимин негодовал и всякий раз поглядывал на раненную руку подруги, которую она прятала в кармане куртки. — Не смей критиковать вкус Нами! Лучше теперь ты говори, есть новости с твоей стороны? — Ты же знаешь… Этого новоиспеченного директора хрен заставишь работать, и что президент в нём нашел? — рыжий помотал головой, вспоминая неприятную физиономию своего нового начальника. — Что? В смысле «нашел»? Разве он его не сын? — удивленно выпалила Лиса. — Да вот как раз таки нет. И вообще, рад я, ибо этот мелкий недолго осядет-то. — Боже Чимин, прекрати говорить загадками, скажи как есть, кто этот «новоиспеченный» человек? — Так в том то и дело, что я сам не в курсе. Президент стал себя в последнее время плохо чувствовать, загнулся бедняга, так детей то у него нет, чтобы бизнес дальше вести, вот он буквально «купил» у своего брата племянника. Я так и не понял зачем, раз эта личинка кроме себя любимого никого больше не видит, его ни работать, ни учиться — не заставить. Поэтому прости Лисичка, я пытаюсь в одиночку решить твою проблему. — Не утруждай себя, мне не горит, ты главное держись там, — выдыхает Лиса и подбадривающе хлопает друга по плечу. — Возвращайся к учебе, Лисичка, ты совсем загналась. Я же за тебя ответственность несу, а ты с пацанам какими-то шляешься, подругу свою пожалей. — Прости Чимин, поздно. Она совсем меня бояться стала, после того вечера, как меня на её же глазах изнасиловали. — Что?! — вопросительно вскрикнул Чимин, не пытаясь скрыть шока, а Лиса только сейчас поняла, что ляпнула, — Повтори, что ты только что сказала? Тебя изнасиловали? Дотусовалась? Совсем дура что ли? Так ты еще и девушку ту с собой потащила? Нет, тебя реально в больничку на реабилитацию класть надо. — Никакой больницы, Чимин! Пожалуйста. Это случайно вышло! — В каком смысле «случайно»? Эти люди «случайно» тебя изнасиловали? Сколько их было? Когда все произошло? Интересно, а отрезать им то, чего наверное они не берегут, я тоже «случайно» могу?       Вот именно сейчас Лиса поняла какая она дура, и что ляпнула. Она знала что Чимин слишком дорожит ею, словно младшей сестрой, поэтому его реакция была отнюдь для девушки не удивительной, но то, что Чимин сейчас в заметной ярости, её не очень радовало. Она сама еле оправилась после того случая, но какой-то не понятный осадок остался. После происшествия Лиса сбежала далеко и надолго, оставив единственного свидетеля в лице Чеён наедине со сломанной психикой. Еще не известно было, стали её подругу преследовать и что вообще сейчас делает Чеён, хоть Лиса и волновалась, но ничего не предпринимала. — Да забей ты, — вдруг произносит девушка и тяжко вздыхает, — Все в прошлом. Сейчас стоит поволноваться за Чеён, она учится? — Чеён? Нет, я думал ты знаешь, — проговаривает Чимин, поднимая на Лису вопросительный взгляд. — Как это нет? Чёрт, — шикает девушка. То же самое время, прошлое. Суетливые люди, что слоняются по забитым дорогам, живут в этом мрачном городе, покрытый туманом и неприятный запахом сигарет, что пожирает каждую клеточку разума и наверное всего организма. Чеён не спокойно потряхивала забитую мыслями голову, и устало разглядывала людей с высоты птичьего полета. Сегодня в Пусане не то чтобы было угрюмо, было очень не спокойно. Да что там сегодня, в последнее время, смотря на эти безысходные мысли, Чеён посещали тяжелые мысли, что словно камень давили на душу и не покидали разум. Около недели назад Чеён решила «растоптать» свой статус одной из лучших и примерных учениц и уйдя в себя, начала прогуливать школу, не выходя на связь ни с профессорами, ни с одноклассниками, даже звонки своей лучшей подруги она сбрасывала, хотя ей необходимо было высказаться. Просто Чеён резко всё начало раздражать — школа, ученики, учители и даже та самая последняя парта на первом ряду, на которой ныне бывший возлюбленный, до отвращения грубо, сминая ягодицы и рыча своим басом в ухо, «втрахивал» одну из одноклассниц в деревянную парту. Она неприятно скрипела от того, сколько событий на ней произошло. *flashback* Взволнованная Чеён, со смущенной улыбкой кланяется профессорше и покидает экзаменационный кабинет. Не резво переплетая ноги в сторону кабинета параллельного класса, чтобы похвастаться Тэхёну успешно сданным зачетом, подходит к двери и собирается сделать глубокий вдох, но беззвучно поперхнувшись, останавливает вливание кислорода в легкие, когда слышит скрип парты, женские не громкие стоны, и такой больно знакомый голос просящий быть «свою девочку» потише. Сердце болезненно ударяет в голову, а зрачки в глазах рыжей сужаются до нереальных размеров, ведь она понимает, что хозяин голоса никто иной, как её возлюбленный. Но зная натуру Тэ, девушка успокаивающе трясет головой, избавляясь от таких ужасных и отвратительных мыслей, но, тем не менее, её любопытство никуда не ушло и чтобы окончательно закрепить в себе что она ошибается, Чеён аккуратно отодвигает дверь в класс и еле заметно смотрит на парочку через щель. Жизнь закончена? Не в этот раз. Она бы закатила истерику, громко влепила шатену болезненную пощёчину, в конце концов, выдрала все волосы этой шалаве, прямо как ненормальная девушка. Но она всегда была в глазах Тэхёна спокойно, уравновешенной девушкой. Ему нравилось, что она лишь мило смеялась и саркастично просила перестать, когда Тэхён в очередной раз шутил, что был все это время с любовницей. Кто бы мог подумать, что такой немного смущенный ангел, который совсем недавно влюбленными глазами смотрел на рыжеволосую, превратится в такого зверя, что вдруг сорвался со всей цепей и сейчас дьявольским взглядом опаляет на парте красавицу параллели. Девушка нервно вздохнула, глотая слезы, и так же бесшумно закрыла дверь. Сейчас бы она осталась не замеченной и спокойно бы ушла, но потеряв над собой контроль, Чеён грохотом облокотилась спиной о дверь и дрожа как осиновый лист сползла вниз. Неожиданно неприятный для девушки скрип остановился, и в коридоре настала гробовая тишина. Мокрые от пота тела, не переставая тяжело дышать, шокировано уставились на дверь. Вслушиваясь в тишину, Чеён сильно прижала ладонь к своему рту и пыталась не всхлипывать, вообще не подавать никаких признаков присутствия. Сейчас она вроде боялась, что её поймают, но в то же время, она была бы счастлива, если Тэхён увидел бы её выражение лица, горькие слезы что рекой скатывались по щекам, дрожащие руки и слышал её ел-еле бившееся сердце. Тэхен спохватился, и судорожно нацепив штаны и рубашку, приказным тоном произнес: — Оставайся на месте и одевайся быстро, — на что девушка удивленно кивнула и поспешно потянулась за блузкой, что лежала на соседней парте. — Кто там? — серьезным тоном задал вопрос Тэхён, удивленно смотря на дверь. Ответа не послышалось, а Чеён все также продолжала сидеть, держа в себе эмоции, — Я спрашиваю еще раз, кто там сидит?! — уже перейдя на крик, он с силой пнул дверь. Чеён не громко вскрикнула, и неожиданно откинулась на противоположную стену, больно ударившись плечом и болезненно простонав. Тэхен ошеломленно уставился на Чеён, что с еле заметной улыбкой поднималась на ноги, время от времени зажмуривая глаза.