university of arts.

bts — sea

***

— Чертов жмотяра, — проговаривает Джису, подтягивая высокого парня к себе ближе. Тот лишь до боли крепко держится за плечи девушки, с трудом волочась за Джису и тяжело вздыхает, — Заплатил бы за такси на котором я между прочим к тебе приехала, я и так на мели. — Он не принимал кредитки, — с сожалением отвечает Чонгук.       Девушка все-таки подорвалась и приехала за «микро-пьяницей», как себя назвал парень, в душный и полный людьми клуб. Чонгук уже не чувствовал свои конечности, и мог лишь опереться кулаками, придерживая голову, стараясь не падать на столешницу бара. Увидев это жалкое зрелище, Джису лишь поджала губы и разочарованно оглядела Чонгука с ног до головы. Небрежно закатанные рукава рубашки, полностью развязанный галстук, растрепанные черные волосы и лежащий в ногах дорогой кашемировый пиджак — на все это было так больно смотреть, но с другой стороны и весело. Ведь Джису — не Джису, если не посмеется над однокурсником.       Осмотревшись вокруг, девушка к своему удивлению не замечает ни одну девушку, которая бы прилипла к шикарному директору клуба, и вообще, впервые Чонгук как-то вообще не выделяется из толпы пьяных людей. — Ищешь девушек? — неожиданно говорит работающий за стойкой бармен, — Не беспокойся, кто захотел, уже потрогал его, только вот от него вообще последние минут тридцать никакой реакции, будто мертв, — заканчивает молодой человек и Джису слегла офигевает. — Постойте-ка, — замечает девушка, зло посмотрев работнику прямо в глаза, из-за чего у того аж холодок по спине прошел, — Ничего что перед вами сейчас сидит начальник и вы ничего не предпринимаете?       Парень пару секунд молчит, пока Джису выжидающе смотрит на него, и, в конце концов, выдыхает. — Извини, ничем не могу помочь, он простой посетитель коих здесь сотня, никакой он мне не начальник больше, я не могу ослушаться слова президента, — говорит паренек, и, кивая головой, продолжает заниматься своими делами.       Джису наконец понимает что здесь происходит и почему Чонгук настолько плохо себя чувствует. Увы, морально она поддержать его никак не сможет, потому что не имеет права, но до кровати все-таки доведет.       Девушка касается плеча парня, и напористо его трясет, и кричит Чонгуку в ухо, не смотря на шум и топот. — Эй, просыпайся давай, я с тобой всю ночь здесь торчать не буду, — ноль реакции. Чонгук продолжает лежать на столешнице, подперев щеку предплечьем и делать тяжелые вздохи. Спит.       Джису не придумывает ничего лучше, чем разбудить «спящую красавицу», хотя скорее «пьяное чудовище», немного не приятным, но весьма действенным способом, которым она будила уже много людей. Кое-как схватившись двумя руками за галстук парня, она поправляет его и размещает прямо посередине, в районе кадыка. Пару секунд ничего не делает, со скоростью света прокручивая в мыслях варианты своей расправы от Господина Чона, но все-таки, резко затягивает галстук, быстро и до конца.       Почувствовав ужасную боль, Чонгук рычит и будто резко трезвеет, хватает женские руки, которые по своей вине Джису не успела убрать. Чон откашливается, часто сглатывая, все еще сжимая запястья в ладонях. — Что за хуйня? — ругается парень, не в силах даже поднять глаза вверх, насколько больно сжимало шею.       Джису зажимает нижнюю губу и закрывает глаза, надеясь на лучшее. — Прости, — виновато говорит Джису, но сразу встряхивается, — Но это единственный способ, который смог бы поднять тебя наконец, — говорит она, на что Чон медленно поднимает глаза на девушку, и буквально убивает яростным взглядом. — Ну, ты вообще ничего в жизни не боишься, бессмертная, — только это проговаривает Чонгук, отпуская девушку, и расслабляя галстук, облегченно выдыхает. — О, Вы проснулись, — замечает бармен и натягивает невинную улыбку. — Заткинь боже, меня тошнит от твоей рожи, предатель, — процеживает он сквозь зубы, даже не смотря на работника, — Даже не смей со мной разговаривать. — Это скорее вас от такого количества алкоголя мутит, — кивает паренек на огромную стопку рюмок, которую он специально не убирал, — Но никак не от меня, я же хороший, — Чонгук исподлобья смотрит на слишком самоуверенного бармена и стискивает руку в кулак, подавляя желание хорошенько врезать этому малому, — Ну ладно вам, вы пьяны, идите отдохните. — Я достаточно трезв, иди нахуй, — ругается Чон и тянется за недопитой рюмкой виски, но его останавливает женская ладонь, которая грубо забирает у него стакан, на что он недовольно мычит, и поднимает взгляд на злую девушку. — Я не поняла, я зря что ли ехала к тебе? — разочарованно проговаривает Джису и фыркает.       Чонгук смотрит на ее лицо пару секунд, ничего не отвечает, и неожиданно отдергивает голову и трясет ей. — Все таки пьян.

***

*** — Ну разве человек может так резко протрезветь и так же резко до одури опьянеть вновь? Я не пойму вас никогда, — тараторит Джису, вынужденная придерживать Чонгука, чтобы тот не свалился. — Такова моя особенность, — отрезает Чонгук, и утыкается девушке в макушку.       Чонгук впервые за эти несколько нудных и тяжелых часов чувствует себя нереально счастливым, наверное, самым счастливым человеком на свете. Обычно, напившись ему никогда не бывает тепло или хорошо, ему бывает только жарко, мерзко и до одури пошло. А сейчас, хоть он и не считает что правильно поступил, но это наверное единственный способ подавить злость и ярость. Он рад, что в коем-то веке, он не вдалбливает в кровать какую-нибудь неизвестную ему клубную бабеху после шумной пьянки, а просто выпивает, хоть и много, и идет вместе с невероятной и милой девушкой в номер отеля, где даже не подумает о ней, как о какой-то игрушке на ночь. Даже не будет приставать к ней с пошлостями. Сегодня и с ней, он этого не хочет.       Чон вдыхает аромат ее волос. От нее пахнет приторной, но приятной ванилью, а волосы мягкие, от чего парню хочется утопать в них словно маленький котенок. Он пытается держать равновесие, чтобы девушке было не так тяжело, но все равно крепко впивается пальцами в ее плечо, на что она шипит и дергается.       Двое доходят до нужного номера, и девушка все еще придерживая парня, открывает карточкой дверь.       Джису чувствует приятный запах свежести и чистоты и оглядывает комнату. Все кругом так аккуратно и прибрано, и она одобрительно и даже завистливо кивает. Отпускает Чонгука, но все еще слегка придерживая, помогает парню опуститься на кровать и ставит на комод рядом бутылку воды. — Ну ладно, я так и не поняла зачем ты меня позвал, мог бы и сам добраться, — фыркает Джису и следит за тем, как Чон меняет позу и садится на кровать, часто моргая и зевая, — Знаешь как у меня болит плечо, — резко указывает Джису на болючее место, — И ты видел сколько времени? Как я по-твоему доберусь домой, денег то у меня не осталось, — продолжает жаловаться Джису, но сама она ни на что не намекает, просто надо было выговориться.       Чонгук шмыгает носом и пол минуты смотрит куда-то в пол, наверное, думая над ответом. — Оставайся со мной, — лишь это смог выпалить парень и поднял глаза на девушку. Уже в который раз. — Ну, уж нет, чего ты себе удумал? Я на это не подписывалась, — говорит девушка, немного отходя назад. — Не волнуйся, я даже не трону тебя, просто полежи со мной, — хлопает Чон по кровати на место рядом и тепло улыбается. ***       Чонгук и Джису лежат на кровати в полной темноте, даже шторы плотно закрыты, чтобы не единый луч света не проник в комнату, где сейчас может быть создается новая история.       Они лежат на разных сторонах кровати, их разделяет сантиметров десять, и они не смеют приближаться ни на миллиметр, но все равно чувствуют теплоту друг друга. Чонгук смеется, когда Джису вспоминает забавные моменты из детства и делиться ими с парнем, и Джису поддерживающе кивает, внимательно слушая историю про отца и клуб. Впервые у Джису разрывается сердце от положения однокурсника, она понимает, как тяжело ему приходиться ладить с богатым и холодным мужчиной, что в принципе, дальше своего бизнеса ничего не видит.       Джису поворачивает голову к Чонгуку. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому она может с легкостью рассмотреть его ужасно прекрасный профиль, и глаза, из которых одна за другой скатываются слезы. Чонгук п ' родолжает пьяно улыбаться и только тогда, когда чувствует в своих волосах женскую руку, что пальцами нежно перебирает черные волосы, он поворачивает голову тоже.       Смотрит пару секунд на девушку, что гладит его волосы и резко преодолевает расстояние между ними, крепко обнимая, и утыкается носом в ключицы девушки.       Джису замирает, но не убирает руку с волос Чона. Чувствует как кожу щекочет глубокое дыхание парня, и наверное забывает как дышать. Внутри все скручивается и ей хочется, чтобы этот момент продолжался вечно, но и боится, что простые, но такие чувственные объятья перейдут во что-то более. — Расслабься, — неожиданно мямлит Чонгук и еще сильнее прижимаясь к девушке, чувствуя ее теплую кожу, — Я же сказал что не трону тебя.

***

      Джису открывает глаза, после достаточно длительного сна, вообще в неизвестном ей месте. Туман в разуме не дает ей вспомнить ничего что было вчера, и как она вообще оказалась в чужой спальне, которая вроде не принадлежит ни ей, ни её родителям. От крепких объятий неизвестного она чуть ли не задыхается, а присутствие тяжелой мужской руки на талии, заставляет девушку окончательно продрать глаза и покинуть царство Морфея. Её настолько охватила паника, что она в спешке пытается вспомнить хоть капельку что происходило до того, как она проснулась в постели у… Мужика, на которого оно боится и голову повернуть, чтобы рассмотреть. Лежит она в одежде, как и её «ночной партнер», значит, ничего не было, возможно. Голова не болит, тело не ломит, и чувствует она себя совершенно адекватно и сносно — значит, не пила, ни глоточка. В ужасе боится повернуть голову на человека, что крепко сжимает её беззащитное тело, но чувствует только то, как же несет перегаром от этого «существа». «Может подсыпал мне в воду что-нибудь? Тварь.» — думает Джису, зажмуривая глаза. Пролежав с ним так еще около пятнадцати минут, не выдерживает и решает разбудить сонное тело, что преспокойно продолжает дрыхнуть, но не успевает и коснуться руки, как на тумбочке с противоположной стороны неожиданно дал вибрацию телефон. Слышит над ухом недовольные стоны и бормотание, и талию покидает тяжесть. Джису всем телом чувствует, как парень переворачивается на другой бок, но все так же прижимается к девушке, и кряхтя хватает телефон. — Твою мать, — выругался парень, попутно разблокировав телефон. Джису округляет глаза и обнимает себя за плечи, не смея двинуться или издать звука, ведь в грубой хрипоте девушка узнает своего однокурсника, вернее, не просто однокурсника — а Чонгука. Желает провалиться под землю, чтобы никто не знал о ней, особенно этот черноволосый бес. Чонгук раздраженно взлохмачивает свои волосы и садиться, пролистывая все пропущенные от друзей и читая маты в сообщениях, отправленные его любимым ex-секретарем и рыжеволосой подружкой Джису. Парень даже не удосужился повернуть голову на бедную, всю дрожащую девушку рядом, он на самом то деле и забыл, как засыпал с ней, и как крепко прижимал ночью её к себе. — Блять, ну разве нельзя оставить меня в покое когда я уезжаю? — язвит Чонгук, набирая сообщение своему «сахарному» хёну, который тоже успел настрочить ему пару «добрых» слов. А Джису все так же лежит спиной к парню, с открытым ртом слушая ругательства, так же продолжая оставаясь этакой невидимкой. Не выдерживает, непонятного для неё чувства, словно её забыли как старую потрепанную игрушку, хотя сама знает, что парень еще и пяти минут не проснулся. Первая слеза скатывается по её щеке, а тело начинает еще пуще дрожать. Убогая женская логика. Чонгук с характерным звуком бросает надоедливый телефон на тумбочку рядом с его половиной и снова плюхается спиной на кровать, рукой случайно ударив рядом лежащую Джису. Парень удивленно осматривает женскую спину и ладони, что крепко обхватили спину хозяйки и на локтях поднимается. — Джису? — спрашивает Чон вопрос, на который в принципе и не нужен ответ. Пальцами убирает длинную прядь девушки за ухо, всматриваясь в уже покрасневшее лицо и следит за тем, как капля за каплей, скатываются слезы по щеке девушки, — Ты что… Плачешь? — сказать что Чонгук был испуган — ничего не сказать. Он часто видел как девушки плакали, он понятия не имел из-за чего, да и не собирался разбираться, но в основном, женские слезы были пролиты «благодаря» ему. Но сейчас он серьезно был шокирован столь неожиданной реакцией, хотя впервые за утро он сталкивается с Джису лицом к лицу. — Ответь… — проговаривает Чонгук, и бережно берёт женское плечо, разворачивая Джису на спину, — Ты как тут оказалась? — спрашивает он девушку, незаметно вспрыснув, увидев грозное лицо Джису, которая всем видом показывает, что пора бы мажору и гроб выбирать. Золотой, — Ты че издеваешься? — отворачивается Чонгук и обиженно кидает одеяло на девушку, которая уже пытается сесть, — Че заплакала то? — Ты долбаеб? — коротко спрашивает Джису, рассматривая юношу, — Я зевнула просто, — оправдывается та, успокаивая свои чувства и волнение, — Как я вообще оказалась здесь? И в одной кровати… с тобой! — неудомевая вскрикивает она, указывая на парнем пальцем, от чего тот хмурится. Джису и правда не очень хорошо помнит что вчера произошло, знает лишь то, что сейчас они лежат в отельном номере, в котором, кстати, очень даже приятно пахнет и совсем не подозрительно. Еще знает, что ничего между ними не было, так как проснулись они одетые, а она ничего не чувствует. Хотя, чувствует… Бешенное сердцебиение. — Я вчера пил похлеще тебя, но даже я помню что вчера было, — потирает глаза Чон, пытаясь унять тошноту и головную боль, но получается не очень, поэтому и выглядит он не лучшим образом. — И что же вчера было? — Ну как что, — начал тот, — Как обычно. Я напился, начал к тебе приставать, так не выдержала моих поцелуев и мы переспали, — довольно заключает тот и сдерживает себя, чтобы ненароком не засмеяться. — Не надо мне вот врать сейчас, ничего не было, мы же одеты, — оттягивает свою футболку девушка и уверенно смотрит на Чонгука. — Но у меня расстегнута рубашка, — ухмыляется парень и раскрывает рубашку, что была расстегнута на первые три пуговицы, оголяя грудь. Джису поджимает губы и отворачивается, на что Гук заливается смехом. Она встает с кровати и хватает телефон, что уже разрывался от количества сообщений от подруги.!