Пират круче, чем принц!

Брат и сестра шли по оживленной улице Катореи, где и находилось большинство повстанцев, готовившихся сражаться за свою родную и любимую страну. В воздухе витал запах пороха, каких-то медикаментов — видимо где-то рядом был местный лазарет — перемешиваясь с запахами еды, дешевого табака и потными носками. Кажется, большинство повстанцев брезгали пользоваться такими вещами, как душ. Оно и понятно. В стране засуха, воды едва хватает на всех жителей, а речная вода, в которой можно хотя бы сполоснуться, находится в нескольких километрах от самого города. Да и мысли о чистоте отходят на задний план, когда в любой момент надо срываться с места и нестись в бой, жертвуя своими жизнями во благо родины. Май, идя с братом в один шаг — медленно и спокойно — наблюдала за людьми боковым зрением. И даже особо не присматриваясь, могла определить, где настоящие повстанцы, а где наемники «Барок Уоркс». Вот там, на бочках и ящиках сидят несколько мужчин неприятного вида и больших размеров. Они образовывали собой подобие круга и весело, невероятно громко для подобного положения в стране, разговаривали, потягивая неизвестный для девушки напиток из больших кружек. И Май сомневается, что там вода или другой напиток, не имеющий градусов. Можно было решить, что мужчины просто стараются не нагнетаться и хоть немного расслабиться перед тяжелым сражением, но выражения их лиц выдавали наемников. Ёсимура, благодаря своей бабушке, могла спокойно сказать, кто мерзавец, а кто нет. Благо общение и долгое нахождение в определенных кругах принесло свои плоды. А вот немного дальше, на другой стороне улицы, стояло трое мужчин в узком кругу и что-то обсуждали. Они были напряжены, а лица выражали пугающую решимость. От такого зрелища у бывшей наследницы пробежал холодок по спине. Люди с такими горящими глазами отдадут жизнь, не задумываясь, во благо Арабасты. И это пугало. Пугало так сильно, что живот скручивало, а сердце до боли сжималось. Не должно у людей быть подобное выражение лица. Не должны люди хвататься за оружие и, не задумываясь, идти на смерть. Каждая человеческая жизнь хрупка и коротка. И люди должны понимать это. Но, на самом деле, катастрофически мало тех, кто понимают истинную ценность жизни и способны ценить ее. Человек способен ненавидеть весь мир только потому, что когда-то его обидел любимый человек. Способен разочароваться в окружающих из-за того, что его когда-то предали. Люди сами роют себе могилу и создают тех, кого называют монстрами. Ведь именно из любви рождается ненависть. А из ненависти рождается насилие. А насилие порождает только насилие. Своеобразный замкнутый круг, в котором нет начала и конца. Потому что люди не понимают и не хотят этого делать. Они легко поддаются плохому влиянию, легко впускают в себя все негативные чувства и винят всех, но не себя. Как и с этой страной. Нельзя винить во всем одного Крокодайла, как делает это Виви. Конечно, он виноват и это неоспоримый факт. Но больше всего виноваты сами жители этой страны. Слишком сильно доверяли своему Королю и любили свою родину. И когда в стране наступили тяжелые времена, легко поверили обману и обвинили во всем Короля. Жители не стали разбираться, правда или ложь. Им хватило всего одного слова незнакомого человека, и все как один поверили в это. Конечно, Крокодайл смог подстроить все правильно, но почему люди предпочли ненавидеть Короля и взять в руки оружие? Потому что легче ненавидеть и уничтожать. — Глупые люди… — Май тяжело вздохнула. Подобные размышления всегда плохо сказывались на ее хорошем настроении. Тяжело продолжать любить мир, в котором живут такие глупые люди. — И не говори. Винят во всем Кобру, желают начать войну и погибнуть. А сами даже не потрудились разобраться во всем нормально, — Тору хмыкнул и повернул на повороте. Ёсимура хмыкнула в ответ. Брат думает так же, и она это знает. И она рада, что кто-то согласен с ее мыслями, хоть и выразила их всего двумя, мало что значащими, словами. — Ничего. Сейчас откроем Лидеру всю правду о «Барок Уоркс» и остановим восстание. — Тише ты, принцесс, — Тору остановился и слегка ударил сестру костяшками пальцев по макушке, — говори тише, иначе нам не поздоровится! — парень быстро оглянулся по сторонам, пытаясь понять, услышали их или нет. Потом хмыкнул и двинулся дальше. — Прости. Просто в воздухе витает слишком сильное напряжение, да и солнце палит. И она не солгала. Напряжение в воздухе было столь сильным, что еще чуть-чуть и его можно будет потрогать руками. Оно давит на психику и играет на нервах, заставляя тело невольно напрягаться. И солнце, хоть и стрелка часов двинулась ближе к одиннадцати утра, никого не щадило своим жаром. Постоянные жители давно уже привыкли, а девушке было трудно. Было жарко, душно, разные запахи — большинство которых были для нее неприятны — смешивались в одну какофонию, отчего голова чуть ли кругом не шла. И только сила воли и умение контролировать себя помогают идти ей дальше и держать ровную осанку с очертевшей ей маской на лице благородной девушки. И привычка из прошлой жизни пропускать все косые, а порой и похотливые взгляды окружающих людей. И как брат еще никого не избил за подобные взгляды? Вот как косится на мужиков, что те сразу вздрагивают и отводят взгляды в сторону. Да и это чувство неуверенности в ее действиях. До сих пор не понятно, правильно ли она поступает. Одно радует — брата встретила. Он всегда будет на ее стороне не зависимо от правильности ее действий. Поддержит и защитит. Май никогда не забудет, какое облегчение она испытала, какую легкость в душе ощутила от встречи с ним. Всегда знала, что слишком зависима от него. Что это неправильно. Что рано или поздно их пути разойдутся. Что она слишком сильно полагается на него. Больше, чем на себя. Но одна маленькая мысль, что они расстанутся и больше никогда не встретятся, рвала душу. И именно поэтому она не думала о том, что скоро все закончится и ей придется делать выбор. Остаться с братом, без которого просто никак, или отправится с Мугиварами, к которым привязалась всей душой и от мысли расставания тоже рвет душу? Да и хочет ли она уходить от Луффи? — Май, что-то случилось? — Тору обеспокоенно посмотрел на сестру, замечая ее замешательство и легкое удивление. — Просто не приятные мысли в голове, вот и все, — она улыбнулась, но парень только сощурил глаза, прожигая ее пронзительным взглядом, и вернул внимание к дороге. Не хотела думать о подобном, но мысли, как назло, контролировать невозможно. Никогда не знаешь наверняка, в какую сторону и как далеко они зайдут. Почему она решила, что не хочет уходить от капитана? Это же глупость какая-то. И почему сердце забилось в каком-то странном волнении от одной мысли о нем? Почему именно сейчас, когда совершенно не то время, она так сильно захотела увидеть его улыбку? Почему в голове появляются такие пугающие мысли, что за ним она готова отправиться в сам ад и оставить брата? Май прикусила губу, с трудом сдерживая появившийся вихрь эмоций. Сердце сжималось так, словно у нее сейчас произойдет инфаркт, хотя она не знала, как это, когда инфаркт. Подобные мысли пугали девушку еще больше, чем та страшная решимость повстанцев, не раздумывая отдать свои жизни. Подобные мысли скручивали все нутро в тугой узел, заставляя саму душу переворачиваться вверх тормашками. Глубокий вдох… Сейчас не время… Выдох… Нет права на ошибку… Нужен холодный разум… Тору, в который раз за все время пути до Лидера, скосил взгляд на сестру. Он видит ее переживания. Он знает, что Май до безумия боится быть похожей на свою бабушку. И он понимает, что окружающие люди, вся эта грязь и тьма, темная решимость, что девушка видит вокруг, не способствуют постоянному поддержанию человеколюбия. Его маленькая принцесс на удивление прекрасно понимает сущность людей, из-за чего ей сложно любить мир. Любить людей. И не становиться таким же безжалостным монстром. Ее любимый дракон знал, что бабушка слишком глубоко взрастила в ней корни жесткости. И поэтому он оберегает ее, старается показывать, как прекрасен мир и для людей не все потеряно. Но порой все складывается не в его пользу. И с этим нельзя сделать что-либо. Остается только надеяться на ее внутреннюю силу. На ее стержень, который Измайлов* старался всеми силами укрепить. Ведь знал, что наступит тот день, когда он будет стоять и смотреть на спину любимой сестры, провожая ее в новую жизнь. В ту жизнь, где его не будет. И от этого безжалостного осознания столь жестокой истины рвет душу. Слишком сильно любит свою маленькую сестренку, хоть и не кровную. Но разве любовь к близким зависит от крови? Тору, как и любой дракон, не хочет отпускать свою принцессу. Прошедший вечер и ночь они рассказывали друг другу о том, что с ними произошло. И брат видел, с какими чувствами и эмоциями Май рассказывала о ребятах и небольшом приключении. Всегда знал, что она чувствует и переживает. Именно поэтому Тору видел внутреннее терзание сестры. Именно поэтому догадывался, что именно ее гложет. Именно поэтому приходило осознание скорого расставания. И именно поэтому его душу рвет на множество кусков. Такая привязанность ненормальна. Чертов сестринский комплекс! Измайлов сжал руки, находившиеся в кармане штанов, в кулаки. В любом случае, сейчас не время думать о подобном. Потом решит, как держаться и отпустить. А сейчас он сделает все, чтобы в последний раз защитить маленькую сестренку. — Почему нет? Я готов присоединиться к повстанцам! Я ненавижу короля! Позвольте мне сражаться с вами!  — Покажи ему, Фалафра. — Да, — высокий накаченный мужчина наполовину оголил свое тело, показывая еще совсем юному мальчишке оторванную руку и изуродованное плечо. Май недовольно цокнула от увиденной картины. Нет, на мужчину ей было совершенно плевать. Как и на его раны. Видела и похуже в тайной лаборатории клана. А юнец, желающий сражаться… — Эти раны он получил в бою, защищая меня. Может, еще заглянешь в госпиталь и на кладбище? — Коза, лидер повстанцев, продолжал сидеть с непроницаемым лицом. — Этим меня не испугать! — прокричал мальчишка, сильно сжимая руки в кулаки, — мой друг из города под Эрумалу болен! Я знаю, он высохнет совсем как Эрумалу! Все из-за него! Из-за того, что он украл дождь! Я тоже хочу сражаться! Я не боюсь ни боли, ни смерти! — Тогда отправляйся домой! Наши взгляды расходятся. Все мы боимся и не желаем сражаться. — Тогда почему вы сражаетесь? Вы в своем уме? — Потому что бой уже начался. Стране нужна эта битва. Мы не хотим сражаться, но вынуждены это делать. И плевать мне, понимаешь ты это или нет. Живо домой! — Лидер на последних словах сорвался на крик, желая прогнать глупого, ни черта, не понимающего ребенка, — я сказал — убирайся! Сосункам здесь не место! — Ого, как сорвался-то! — Май хмыкнула, наблюдая за спиной убегающего ребенка. — Где это вообще видано, чтобы дети просились на войну, — Тору запустил пятерню в волосы, тяжело вздыхая, — пошли. Май ничего не ответила, просто спокойно последовала за братом в здание, где скрылись Лидер со своими людьми. Незаметно зайдя в большое помещение, где было человек десять вместе с Козой, они остановились в углу, слушая их разговор. А Ёсимура собирала волю в кулак. — Как только оружие будет у нас, мы атакуем Алубарну! — И чем это окончится, Коза-сан? Лидер повстанцев вздрогнул от неожиданности и резко обернулся. Женский, мелодичный голос привлек внимание всех находящихся в комнате людей, заставляя их обратить свое внимание на молодую, совершенно не знакомую им, девушку. Странная, не здешняя одежда, маленький рост, симпатичное лицо. Но это совершенно не привлекало их внимания. Прикрытые глаза и хитрая, по-настоящему лисья, улыбка. — Кто ты и что хочешь этим сказать? — Коза напрягся. Эта незнакомка совершенно не вызывала у него доверия. Да только Тору сразу же, незаметно и быстро, переместился чуть вперед, становясь перед сестрой так, чтобы не закрывать ее от чужих глаз, но и успеть во время защитить. — Мое имя Май Ёсимура, хотя сомневаюсь, что оно вам что-то даст, Коза-сан. Я младшая сестра Тору, — девушка слегка наклонила корпус вперед и выпрямилась обратно, не убирая своей улыбки с лица, — и задавая подобный вопрос, я поинтересовалась, как война поможет спасти страну. Неужели, свергнув короля, дождь вернется в Арабасту? Неужели, нет другого способа спасти эту страну? А спасете ли вы, таким образом, свою родину? Или просто увеличите количество могил? Можете мне не отвечать, Коза-сан. Ответьте себе. — Что тебе надо? — мужчина нахмурился. Ему не нравилась эта Май. — Я всего лишь хотела поговорить с вами наедине. Это касается вашей принцессы. — Ты знаешь, где Виви? Говори сразу! — Лидер взмахнул рукой, делая два шага вперед и заглядывая в глаза этой чертовке, — у меня нет секретов от моих людей! — А зря, Коза-сан. Очень зря. Не зная о настоящем положении в стране, вы очень многим рискуете, так открыто доверяя остальным повстанцам, — улыбка пропала, и Май приняла серьезное, жутко холодное, выражение лица. Заметив, что Коза начал злится и вот-вот собирался открыть рот, Ёсимура резким движением подняла руку на уровне груди, — Вам известно о Барок Уоркс? Я буду искренне надеяться, что вашим людям можно доверять, так как разглашение последующей информации может пагубно сказаться на моем физическом здоровье. — Никогда не слышал. — Вот как. А жаль. Ведь люди этой организации на данный момент находятся здесь, в Каторее. И именно эта организация стоит за похищением дождя, чтобы подставить короля. Ваша принцесса, Виви Нефертари, три года была одним из агентов Барок Уоркс, чтобы узнать правду и имя того, кто стоит во главе данного безобразия. И у нее это получилось. И сейчас, она вместе с моими накама направляется прямо к тому человеку, который использовал вас, Коза-сан, в своем желании захватить Арабасту. И вы танцуете так, как он этого хочет. Я видела слезы Виви и ее желание спасти страну, спасти как можно больше людей и остановить вас, повстанцев. Я слышала, как она заглушала свои рыдания в подушку, ночью, думая, что этого никто не заметит. Коза ошарашено смотрел на Май и не мог поверить с услышанное. То есть, он все это время ошибался и прав был его отец, когда сказал, что Кобра не виноват? И Виви была три года одним из агентов какой-то неизвестной ему организации, босс которой хочет захватить Арабасту? Короля подставили? Да что за бред! Если бы так оно и было, то он уже знало бы об этом! — Почему я должен тебе верить? — Он не верил. Слишком абсурдно звучит. Слишком сильно верит в свою правду. Да чтобы им кто-то управлял как какой-то марионеткой?! Коза смотрел в эти холодные, ничего не выражающие, глаза и не верил. И пусть докажет, что видела Виви! — Это ваше дело, верить мне или нет, Коза-сан. Я всего лишь выполнила просьбу вашей принцессы, вот и все. Приятно было пообщаться, — Май поклонилась в знак прощания и, развернувшись на каблучках своей обуви, покинула здание. Тору молчаливой тенью следовал за ней. И отойдя на достаточное расстояние, он поравнялся с сестрой и посмотрел на ее спокойное выражение лица: — Они клюнули. Единственное, что он сказал, после чего узрел по-настоящему лисью улыбку своей маленькой принцессы. Да, он точно знал, что малышка невероятно довольна проделанной работой. Осталось всего ничего. Но это «всего ничего» — самая опасная часть ее маленького плана. Тору хмыкнул и покачал головой.

***

Коза злился. Коза бесился. Но делал это тихо, молча. И только сжатые кулаки и горящий в глазах огонь ярости выдавал его состояние. Да что эта наглая девчонка позволяет себе! Как Измайлов вообще додумался привести ее сюда? Или он реально подумал, что Коза поверит в эту чушь? А ведь он поверил ему тогда, когда он впервые появился недалеко от Катореи чуть больше недели назад. Поверил и принял. А он так отплатил? Что вообще за странная семейка? На заднем плане Коза слышал споры своих друзей. Кто-то верил, а кто-то нет. Повернув голову и внимательно посмотрев на остальных, в его голове промелькнула мысль. А может правда? Хоть и звучит эта версия не так правдоподобно, и у него много вопросов, но все же. Может ли быть, что та девушка и вправду знакома с Виви и сказала чистую правду? Значит, среди повстанцев есть предатели? Есть те, кто изначально внедрился к нему в доверие, чтобы им, Лидером, было легче управлять? В ее словах есть доля правда. А спасут они страну, свергнув короля? Да что за черт! Он верит своим друзьям! И в свой выбранный путь тоже верит! Он спасет страну! И если надо будет, то умрет, но спасет! «Больше никогда не говори „до смерти“, Лидер!» Мужчина замер, совершенно не вовремя вспомнив слова своей подруги. — Как мне быть, Виви? — совсем тихо, куда-то в пустоту, спросил Лидер. Его решимость пошатнулась.