Игра

      Маленький, озаряемый солнцем садик. Мелкие кустики и деревья расположились недалеко от заправки. Дорога уносила машины куда-то вдаль, слышался громкий взвизг стирающейся резины. Жара неимоверная, как бы не разнесло бензоколонку и полгородка еще в придачу. Казалось, от жара воздух плавился перед глазами чуть дрожа.  - Что это? Не пугай меня, – невысокий мальчик вздрогнул, когда в руке у него появилось что-то гладкое, прохладное и круглое.  - Истхи, не бойся. Это всего лишь ягода, – более крепкий парень приобнял его за плечо. - Какая она, Мадлен? – лицо мальчика было спокойным, но внутри он сгорал от любопытства.  - Она красная, гладкая. На ее блестящей, почти глянцевой пленке, видно твое лицо, если хорошо присмотреться. Солнце блестит на ней, она кажется наполненным краской шариком, когда крутишь ее в руке, она переливается, – Мадлен вздохнул. - Пробуй ее.       На лице Истхи застыла нечеткая эмоция, сотканная страхом, взволнованностью и счастьем. Он взял одну ягодку, медленно покрутил ее пальцами и положил в рот. Он медленно жевал, пробуя все новые ягоды, одна за другой. Его рот окрасился красным, незрячие глаза были отрешенными, но губы изогнулись в улыбке.        Мадлен застыл в вопросе. - Она… она. Когда берешь одну - это взрыв вкуса, она кажется сразу сладкой и кислой, и терпкой. Но когда добавишь ягод, она становится более насыщенной, более сладкой. Она немного щиплет язык, и он становится скрипучим после нее, – Мадлен и сам улыбнулся, не имея возможность понять ее вкуса, он потянулся к лицу Истхи.       Истхи, не выдержав, припал кроваво-красным, брусничным ртом к губам Мадлена - вкус брусники разбавил сладкий поцелуй.       «Вот она, настоящая брусника», - подумал Истхи.       «Вот она, слепая любовь», - сказал Мадлен.