Heathens

Блондинка с двумя хвостиками по бокам со смехом неслась к огромному особняку. Она совершенно не замечала криков полицейского возле машины с которым приехала, Харли крепко сжимала свою биту, ускоряя ход. — Харлин Квинзель! Немедленно остановитесь! — кричал мужчина в форме. — Ха-ха-ха-ха!!! — рассмеялась девушка, — Что? Убить его к чертям и сбежать? — Харли будто прислушалась к чему-то, немного останавливаясь. — В смысле убить?! — воскликнул коп. — О, всё эти голоса в голове! — протянула Квинн, — Шучу! Они не то сказали! — акробатка вновь захохотала, прикрывая голубые глазки. — Ещё одна подобная шуточка и я закину тебя в психушку, — пробурчал обиженный мужчина, догнав преступницу. — Спокойно, Майк, — улыбнулась Харлин, — Я не буду тебя убивать. — Прям легче стало! — с сарказмом произнёс страж порядка, — Чокнутая. — Спасибо! — ответила блондинка, закидывая биту на плечо и надувая жвачку. Вскоре оба дошли до дверей. Харли спокойно рассматривала свою новенькую биту, а вот Майк уже стучал. Дверь открыл Того Сакамаки, тот безумец, который разрешил поместить Харлин Квинзель в особняк его сыновей. — Харли Квинн, королева Готэм Сити, приятно познакомиться! — тут же проговорила акробатка, протягивая руку вампиру. — А вот и наша чокнутая преступница, — сказал Того, целуя руку Харлин. — О, как мило, — улыбнулась блондинка, — А с кем я буду жить? — С моими сыновьями, — ответил Сакамаки, пропуская королеву вперёд. Харли маниакально улыбнулась, но вновь вернула мордашке более милое выражение и последовала за мужчинами, которые прошли вперёд. Девушка поправила свои волосы, одежду и только после этого вышла к своим новым сожителям. — Харли Квинн, прошу любить и жаловать! — в своей обычной манере воскликнула акробатка. — Ого, какая стервочка, — облизнулся Райто, осматривая бывшего психолога. — Тут не блинчик, а пончик, — с улыбкой произнёс Аято, глазея на чокнутую Квинн. — Тедди кажется, что Харли милая, да Тедди? — Канато смотрел то на своего медведя, то на Квинзель, которая стояла облокотившись о свою биту. — Никаких манер, — только и сказал Рейджи, даже не глядя на блондинку. — Шумит, но забавная, — приоткрыв один глаз, Шу тоже не мог оторваться от невероятной Харли. — Бесит, — буркнул Субару, покраснев. Видимо она ему приглянулась, но вампир точно этого не покажет. — И так, — начал Майк, привлекая внимание вампиров и одной девушки Юи, которая до этого просто пялилась на прекрасную Квинн, — Эта дамочка, — полицейский указал на акробатку, — Будет жить тут пока не исправится, она очень опасна, поэтому в ваших же интересах не злить её. — А если она сбежит? — нахмурившись спросил Канато. — Если кто-то из вас ей понравится, то она никуда не денется, — вздохнул коп. — Ха-ха-ха! — рассмеялась девушка, — Я люблю только своего Пудинга! — Пудинг? Это кто, простите? — спросил Аято, непонимающе глядя на блондинку, которая уже сидела на спинке дивана и болтала ножками. Послышался более глубокий вздох со стороны стража порядка. Он тёр переносицу, качая головой. — Пудинг — это Джокер, — ответил Майк, — Они были королём и королевой Готэм Сити, и упаси Боже обидеть Королеву! Джокер убивал всех, кто причинял вред Харлин, пока мы её не поймали. — Вот ещё! — крикнула девушка, топнув ножкой, — Это я сдалась, а не вы меня поймали! — Как скажешь, — закатил глаза полицейский, — Они перевоспитают тебя, — уверенно произнёс мужчина, — Несносная Харлин Квинзель. Ну, мне пора. Удачи, парни! — с этими словами Майк удалился. — У Харли сквернейший характер, так что, желаю не умереть! — сказал Того и тоже испарился. Харлин Квинзель осталась с шестью вампирами и одной жертвенной невестой. Игра началась.

***

— Ха-ха-ха! Овечка меня боится! — хохотала акробатка, стоя возле бедняжки Юи Комори. Харлин пробыла в доме всего час, но уже до чёртиков испугала жертвенную невесту вампиров. Квинн то и дело выполняла акробатические трюки, выгибаясь в невозможных позах, чем напугала Комори, а вот Райто она наоборот привлекла и завела. Он не отводил взгляда от преступницы, впрочем как и остальные. — Прекрати пугать моего блинчика! — крикнул Аято, предварительно встряхнув голову, дабы освободиться от «чар» Квинзель. — Кто-то собственник? — насмешливо протянула блондинка, — Я могу стать твоей! — девушка походкой от бедра подошла к Аято, облизывая алые губы. — Бери пока дают! — шепнул Райто своему брату. — Ха-ха-ха! Вы такие смешные! — вновь засмеялась девушка, — Что? Переспать с ним прямо сейчас? — Чего?! — Шучу! Это только голоса! И они не то сказали, — блондинка опять посмеялась. — Она мне уже нравится, — сказал Райто, кладя подбородок на руку. — Юная леди, я отведу Вас в вашу комнату, а после займусь Вашими манерами. — Накажешь меня? — игриво спросила Харли. — Не без этого, — ухмыльнулся Рейджи. Харлин Квинзель расхохоталась, и прихватив свою биту, пошла за очкариком. Она шла вприпрыжку, чем немного бесила вампира. Все её мысли были лишь о Джокере, она не знала любит ли он её, скучает ли, планирует ли как её забрать и вернуть себе. Харли не знала.

— Готова ли ты умереть ради меня? — вновь безумная улыбка на его губах. — Да, — уверенно произносит психолог Харлин Квинзель, стоя ещё в обычной одежде, а не в своём уже привычном костюме. Тогда на ней были очки в чёрной оправе, рубашка и джинсы. Теперь такого она не носит, но теперь она и не Харлин Квинзель. — Нет, — протягивает Джокер, — Это жутко просто! Готова ли ты жить ради меня? — Да, — ещё большую уверенность в голосе он слышит из её уст, а после довольно улыбается. Харлин тоже улыбается. Подойдя к краю платформы, она падает в чан с химикатами. Джокер в лёгком замешательстве, но по привычке не показывает этого. Он собирается уйти, но что-то щёлкает в голове и ноет под рёбрами. Безумец скидывает с себя пиджак и прыгает за ней. Она почти не пострадала, лишь её одежда почти растворилась, но его это не волнует. Джокер смеётся и целует ошеломлённую Харлин Квинзель.