Heathens

— МАТЬ МОЯ ШЛЮХА! — крикнул Райто, увидев своего связанного брата в гостиной. — Не выражайся, Райто! Тут же леди! — недовольно сказал Рейджи. — Нет, ну ты только посмотри на это! Вырубила и связала! — продолжал шляпник, показывая на Аято. — Мы в таких случаях сразу о Харлин говорим? — с долей насмешки спросил Субару, который стоял у стены. — Хах, — усмехнулся Шу, — И эгоиста заткнула, надо будет её отблагодарить, — лишь сонный Шу проявлял интерес к Харли из всех обитателей особняка. — Эта распущенная девушка просто невыносима, — пробурчал очкастый вампир, — Харлин Френсис Квинзель! — крикнул он на весь дом, — Быстро сюда! — Ха-ха-ха-ха-ха! — послышался смех девушки, вскоре она скатилась с перил, сидя на них верхом, а в руках была бита, когда блондинка подъехала к краю, то приземлилась на руки, и оттолкнувшись им от пола, села на шпагат, — Вот она я! — Хера себе, — удивился Райто, оглядывая акробатку. — Зачем звали? — спросила Квинн, поднимаясь на ноги. — Во-первых, — начал Рейджи, — Не смей скатываться по перилам! Во-вторых, почему ты ударила Аято? — Он хотел меня наказать! — объявила преступница, — А он тоже не умер? — Жив, но без сознания, — ответил Субару. — Ужас то какой! — вскрикнула девушка, — Опять я никого не убила! После этих слов Юи, сидевшая возле «Великого Аято», ещё больше забоялась. Это конечно не могла не заметить Квинн. — Боишься, куколка? — насмешливо спросила Квинзель. — Мы все боимся, — ответил за всех Канато, который крепче обычного прижимал к себе Тедди. — Канато, прости за мишку, — неожиданно для всех сказала Квинн, — Ты его любишь так, как я люблю эспрессо, поэтому, мне жаль. После этой фразы все замерли. Юи подумала, что в Харли всё же есть что-то хорошее. Парни же впервые взглянули на Харлин как на обычную девушку, а не на сумасшедшую. Им она даже показалась очень красивой. Знали бы они, какая любовь есть в маленьком сердечке этой преступницы и насколько сильно она любит Джокера. — Но всё равно ты был сам виноват, поэтому вини за это в первую очередь себя, — Квинн снова натянула безумную улыбочку. — А я то думал, что это ты виновата, — сказал Субару. — Малыш, тебе думать не надо, ведь тебе нечем думать, — девушка подошла к уже злому парню и поцеловала его в щёку. — А меня поцеловать? — Райто возмущённо замахал руками. — А ты стой и помалкивай, понял? — грубо ответила Харли шляпнику. Она подмигнула Субару и повернулась лицом ко всем. — Ну, я пошла! — сказала Квинн и собралась уходить. — Стоять! — гаркнул Рейджи, — Приведи Аято в чувства, это твоя вина, что он без сознания. — Эх, — вздохнула блондина, — Но только ради тебя, сладенький, — девушка взглянула на Рейджи и закусила губу, сам вампир же покраснел и отвёл взгляд. Квинзель усмехнулась и подошла к Аято. Она сняла с него цепь и забралась на его колени. — Аято, — тихонько пропела Харли, а парень поморщил нос, — Возьми меня, мой вампир! — Уже беру! — Аято встрепенулся и схватил преступницу за талию. — Ну вот и всё. Ты мне теперь должен, стесняшка, — обратилась Харли к Рейджи. Она встала с Аято и взяв биту в руки пошла в свою комнату. — Эй, куда ты? А как-же страстная ночка? — крикнул Аято вслед девушки. — Только в твоих мечтах, — послышался голос Харли сопровождаемый безумным смехом. — И что это было? — Аято принял сидячее положение и потёр запястья, на которых остались багровые следы от цепи. — Вот что, — Райто протянул брату телефон. Там была открыта фотография на которой был связанный Аято. — Что?! Я убью её! — закричал аловолосый. — Кто кого ещё убьёт, — со смешком сказал Шу и исчез.