Заметки Скромного Ящерки

Фуф. Даже не верится, что эти все злоключения на Фальскаре закончились. Мы получили море благодарностей от Талмора, хотя Рикке и намекнула на то, что фиг им, а не Скайрим. Те сказали, что еще посмотрят. Второй момент, который меня волновал по поводу осколков другого артефакта. Но Хермеус Мора сказал, что мы перевыполнили план, дав ему ту самую штуку из странного мира. А это все значило, что можно наконец-таки вернуться домой! Возможно и немного окунуться в семейные дела. Дома, собственно детвора встретила нас радостными воплями, Блез и Авентус начали хвастаться тому, что они изучили в коллегии Винтерхолда. Туллий и Стефан еще не говорят, но что-то там пролепетали. Соловей пытался запеть, но дал ему денег, чтоб не возникал. Лида же стала расспрашивать о том, что произошло. Поведали ей о своих подвигах. — Невероятно! — Невероятно то, что дети тебя еще мамой не называют. — усмехнулся я, пока у жены проснулся материнский инстинкт и она возилась с малышней. — Пытались. Вы еще на пару лет смотайтесь и они вообще забудут кто вы. — Ты права, нужно проводить больше времени здесь. — Я засеку время, через сколько дней тебя потянет в очередную дыру! — Вот не надо тут, это твои слова были: «а что, больше приключений не осталось?». — И кто-то ляпнул про Фальскар. Потому, что ближе не нашлось. — Не зуди, Кобальт! — отмахнулась жена. — Давай ты лучше поесть приготовишь, а я пока детьми займусь? — Дети! Щас ваша мать вас научит как сжечь дом. — А ваш отец вам суп из мухоморов сварит. — Милая, только не рассказывай им про мечи Фениксов и прочее, а то они потом будут так же всю жизнь мечтать о некой реликвии и попрутся за ней, рискуя жизнью. Жена показала мне кулак, потом язык и действительно занялась мелкотой. Но вот не надо мне тут заливать про мухоморы. Между прочим, у меня в карманах есть куча полезных и питательных вещей. Из которых можно что-то да годное приготовить. Пока я ковырялся с котелком, ко мне подошел Блез: — Пап, а можно личный вопрос? — я немного насторожился. какие личные вопросы могут быть у пацана? Откуда дети берутся? Хотя, кто ему расскажет, как не отец! — Задавай. — Как вы с мамой познакомились? Это наверное было жутко романтично? — Нет, сынок. Романтика и наша мама — в разных областях находятся. А познакомились мы просто — я вступил в Легион, там она уже командовала вместе с Туллием. — И вы сразу полюбили друг друга? — я почесал затылок… — Она мне понравилась сразу. Я ей, ну, наверное чуть позже. — И с тех пор вы всегда-всегда вместе? — Конечно. Почти всегда. А почему ты спрашиваешь, тебе кто-то понравился? Блез замялся: — Ну нет, мы просто с Авентусом поспорили. — На тему нашего с мамой знакомства? — Да. Он говорил, что она с тобой потому, что ты довакин, и только с тобой она может урвать кусок славы. Она ему так сказала. Я аж застыл, словно меня всосало в пол. С одной стороны, Авентус мог и нафантазировать, ребенок есть ребенок. Но зачем тогда он бы начал спорить с братом, заведомо зная, что спор проиграет? Значит…неужели она ему такое сказала? Стоп! Но даже если это было правдой, с какого перепугу она бы говорила об этом ребенку? — Сейчас мы вместе все обсудим. А то мне аж интересно стало. — я прокашлялся, закончил варить зелье…тьфу. суп. И позвал наш коллектив: — Жены, дети…идите жрать пожалуйста! — Ни на секунду одного оставить нельзя. Уже у него парочка лишних жен появилось. — усмехнулась Рикке, спускаясь к столу с остальными сыновьями. — Приятного вам аппетита. — решил во время приема пищи не перебивать глобальными разговорами. Наконец все были сыты и довольны, относительно. — Спасибо. Прямо на душе легче стало. — А мне что-то не очень. — обратился к жене. — Так, детский сад! Все поели, а теперь по своим комнатам, умываться-спать. Батя сказал. Давайте, расходимся. Взрослым надо поговорить. — О чем? — непонимающе посмотрела на меня Рикке, откладывая тарелку. — Я согласна, что время уже позднее, но твой тон меня не устраивает. — Меня тоже кое-что не устраивает. Но давай не при них. Пацаны послушно разошлись, кто не мог ходить, того донесли на руках. Закрыв им дверь, Рикке вновь посмотрела на меня: — Что ты хотел обсудить? — Ко мне сейчас подходил Блез и спрашивал как мы с тобой познакомились. — Ну и? Дети порой таким интересуются. Ничего удивительного. Да и что ты ему ответил? — Я ему ответил как все и было, что пришел в легион, ты там уже командовала, дальше любовь-морковь. Но интересно не это. Блез сказал мне, что Авентус задавал тебе аналогичный вопрос и твой ответ сильно отличался от моего. — Ты о чем? Я ему рассказала тоже самое, что пришел в легион, вначале я в тебе увидела обычного легкомысленного повесу, хоть и очень сильного, но после битвы в Данстаре ты открылся с другой стороны. И после решила рискнуть. — А что там про славу, подвиги, мое довакинство?.. Рикке села на ковер около камина, я сел рядом с ней. — Помнишь я тебе говорила про вечное стремление быть лучше? Про то, что это привлекло в тебе? — Конечно помню. — Если бы ты был из тех, кто после войны продолжил бы курсировать между тавернами — я бы не согласилась. Если бы занимался бюрократией, политикой потом — тоже вряд ли. Да и ты знал, кому делаешь предложение. Сам же говорил, что меня не заинтересует стояние у котелка с пеленками-распашонками… Я не буду скрывать, что мечтала всегда и о подвигах и о приключениях. И я поняла, что только с тобой смогу их разделить. Я задумался, переваривая ее слова. Вновь отпустило это неприятное чувство в душе, взял жену за руку, обняв ее сзади. А она, закрыв глаза продолжила: — Кроме того, ты не ждешь от меня того, что я не могу дать. — В смысле? — Ты же не ждешь, что я стану порхать рядом как бабочка, стану нежной, романтичной натурой, которая умиляется цветочкам-листочкам? Тут я хлопнул себя рукой по лбу: — Черт! Я же тебе ни разу цветов не дарил! — Помнишь Данстар? Когда ты впервые решил накормить и дал ту накидку медвежью? — И ты до сих пор это помнишь?! — такое чувство, что я редкостная редиска, и моя женщина готова вечность вспоминать тот ужин и сляпанную на коленке шмотку. — Он стал одним из важных моментов. Знаешь, что делали некоторые ребята в таких ситуациях? Дарили как раз цветы. В лагере. На снегу. Букет цветов. Скажи мне, в чем смысл? Внимание? Ты увидел, что мне хочется есть и холодно. А они увидели, что мне капец как в палатке букета не хватает. — Ну, что? Поставила бы его в сапог и любовалась. Или на зелье пустила. — Или так, сырым бы съела, чтоб узнать его свойства. Картина маслом: стоит легат армии, грозно потрясая мечом в одной руке, а из другой жрет цветок. — — Классный командир! — я заржал представив эту картину. — Может, как-нибудь изобразишь? Я тебе любой цветок принесу. Какой скажешь. Самый-самый вкусный. — И как ты определишь какой самый вкусный? — фыркнула Рикке. — Сам будешь лопать? — Умеешь ты поставить в неловкое положение. Вот и сиди без букетов теперь. — Вот и буду. Или, кстати, в тему переделок… Когда я была еще молодая… — А сейчас уже пенсионерка. — Не смешно! После Фальскара эти шутки уже не веселят. Короче, когда я еще только пришла в легион, женщин у нас немного было в отряде, и естественно начали обращать внимание некоторые ребята. Приглашали в таверны, погулять. — Все стандартно же. — кстати, в таверны я ее тоже ни разу не приглашал. Ну, так, для романтики. Как это принято. Сколько упущений! — Действительно. И обычно девушки же едят немного, пьют чуть вина. А меня несло по бездорожью. — С аппетитом все нормально? — фыркнул. — Если бы только с аппетитом. И с алкоголем тоже. Я на спор пила эль из бочки, танцевала в этой же броне на стойке, кидаясь теми же сапогами в граждан. Кричала неприличные песни… — Какая же ты у меня талантливая! — Вооот. И представляешь, какая репутация? Меня убеждали, что это не женственно, что нельзя так себя вести. — Однако, ты так себя и не ведешь сейчас. Пить-то все-таки бросила. Во всяком случае при мне на барных стойках ты еще не танцевала… Кстати! — В личном порядке может и станцую, а тогда…просто в какой-то момент стало стыдно от себя самой. Ну и особенности городского воспитания проявились. Чуть не выперли из легиона. — Из легиона могут выпереть?! — Кобальт! Хорош язвить! Да, чуть не выперли, написали письмо домой. Когда приехала в гости, дома напомнили что к чему, как важна дисциплина и что после таких приключений может болеть еще и зад. — Да ладно, нежто в таком возрасте отшлепали? — я удивленно поднял бровь. Она фыркнула: — Ага, отшлепали… Я потом месяц сидеть не могла и весь зад в крови был. Зато больше не напиваюсь. Погладил ее по головке, поцеловав, отчасти жалея: — Вечно ты себе приключения находишь. Зато с тобой не скучно. — Ну, что поделать? Не подарок. — А по-моему, самый лучший подарок. Рикке аж зажмурилась, улыбаясь. И наконец-то переполняет это приятное чувство, что нас никто не должен дергать, можно просто наслаждаться тишиной, покоем… — Какие планы на завтра? — Отдыхать. Детьми заниматься. Домом. надо хоть иногда это делать. Или твой чудесный зад, опять ищет приключения? — Не-не-не, действительно, пока хорош. И пока никто не требует. Потом займемся легендой Феникса. — РИККЕ! — Что?! — и удивленно захлопала глазами. — Тебе вот этой вот побрякушки мало? — А как же легенды? Ну, я же не говорю прямо завтра…попозже можно. — Посмотрим. — вот тянет-тянет понимаешь ли еще что-нибудь найти. А я хочу, что я хочу? Я хочу нежности, любви, тепла и спать. Собственно, мои желания более просто реализуются. Утро началось наконец-таки спокойно и не с первыми жабами, а получилось продрыхнуть полноценно, до полудня. Впрочем, когда я проснулся рядом уже кровать пустовала. Два варианта: либо занята домашними делами, либо поперлась искать приключения. А я как всегда банален и примитивен. Нужно вначале поесть, потом все остальное. Дома же были только мелкие, которые копошились с игрушками. А где старшее поколение? Хоп, записка на столе. Рикке сказала, что отправились с пацанами в Вайтран на рынок. На кой-рынок, когда в моих карманах провианта на 10 лет вперед лежит? Ладно, поедим, займемся отцовскими обязанностями. Плюнул на стенку Агонией не кусачей, появились щупальца, Стефан и Туллий очень живо ими заинтересовались, а я пока почитаю что-нибудь. Все под моим контролем, безопасно и интересно. — Папа. Дракон! — молвил Туллий. — Где дракон? — и малой показал какую-то картинку в книжке. — Хотите дракона? Щас будет. Пойдем на улицу! — пацаны обрадовались настолько, насколько могли. И я надеюсь, что он против не будет…кто он? Ну, сам не могу пока катать детей и держать их одновременно, потому: — ОДАВИНГ! — и через несколько минут к дому прилетел этот красавец. — Кобальт! Сколько лет сколько зим! А где женщины твои? — У меня она одна, на рынок ушла. Как сам? — Ты знаешь, без изменений. Ты чего хотел, вроде врагов не вижу. Так, тебе опять перевозки нужны, а лошади надоели? — Не столько мне. Во! Пацаны хотят дракона. — Одавинг поднял бровь, посмотрел на меня, в его взгляде читалось: «А не ел ли ты уху, друг мой?». Пока малые подошли к дракону, изучая его снаружи. — Давинг! — повторил коряво Стефан. — О-Да-Винг. — поправил собственно, дракон. — Теперь меня вся твоя семья звать будет? — дай пароли-явки других — будем эксплуатировать и их. Но ты же знаешь, как я тебя люблю. — Твоя любовь меня пугает. Ладно, садитесь. Только недолго. Ты их держи главное. — Базара нет. Собственно, пацаны были счастливы неимоверно. В конце-концов, кто еще может похвастаться тем, что в таком возрасте летает на драконе? Батя знает как развлекаться! Одавинг, кстати все делал аккуратно, не трясло, не крутило. Хоть и ворчал вначале, но под конец даже стал разговаривать с мелкими, попутно и со мной. — Кобальт. Вижу изменения внизу. — Ты про что? — А, жена вернулась. Судя по тому, что не кидается, она меня узнала. — Ну, у нее со зрением все в порядке. Давай, тогда назад. — Еще! — крикнул Туллий-малой. — Не, пацаны. Щас надо маму встретить. Одавинг спустился, получил от меня тонну благодарности и несколько килограмм мяса. — Ты зови, вместе полетаем как-нибудь. А то что ты все катать да катать. Поохотимся может. — Дельное предложение. Обязательно надо будет воспользоваться. — КОБАЛЬТ! Привет, Одавинг. — из дома выскочила жена, к ней же сразу подлетели мальчишки и стали взахлеб рассказывать про дракона. — Что, «Кобальт»? Гляди как им понравилось! — Оставила одного с детьми. — И что? Все же замечательно. — А если бы они упали? Они же совсем мелкие. — Ты мне не доверяешь? У меня все всегда под контролем. — И те щупальца, которые расползлись по всей детской? — Тьфу ты! Щупальца, точно! — Какая безответственность. — взмахнула руками Рикке. — Какой кошмар…отец, тоже мне. Не успел я войти в дом, как подлетели Авентус и Блез, так же наперебой стали рассказывать про рынок. Такое чувство, что поход на рынок не менее впечатляющее событие, чем полет на драконе. Наконец, смог из их криков разобрать слова: — Мама там вот так втащила здоровому дядьке! — Серой Гриве-Серой Гриве! — Да-да! Он к ней подошел, а она ему ррраз с левой кулаком. Он на нее хотел кинуться, а она ему в лицо молнией как даст! Он отлетел аж на крышу! — Вся площадь завизжала, а мама-мама… Короче, к маме подошел некто молодой из клана Серой Гривы, судя по всему с сальными предложениями, и Рикке не придумала ничего лучше, как разнести половину Вайтрана. Вот вообще не кстати портить отношения с Балгруфом. — Эй ты, женщина-мать! Подь сюды. — — Чего тебе, мужина-отец? — Ты мне объясни несколько вещей. — Ну? — Во-первых, на кой-лес ты пошла на рынок? — Купить одежды и еды. Нет, чтобы это было новое, а не хлам! И свежее. — Хорошо. Второй вопрос. Что тебе сделал весь Вайтран, что ты решила там жизнь остановить? — Какую жизнь? А, ну подумаешь одного нахала взгрела, что же было терпеть? — Одного? Рикке, если бы я тебя не знал. — Ну ладно, двух. — нет, я от тебя не отстану, женщина. — Хорошо! Пятерых. Не смотри на меня так, Кобальт! Ладно! 8 человек! Но они живы. — На сколько золотых нам штраф ждать? — Ни на сколько. — Рикке! Скажи честно — на месте Вайтрана щас подобие Винтерхолда, или же просто чисто поле? — Ты из меня-то дуру неадекватную не делай. Я штраф оплатила сама. Не, а что было мне делать? — — Вдарила — молодец, могла бы паралич кинуть, чуток подпалить…но зачем полгорода разносить? — Чтобы знали, с кем дело имеют. — И ты после этого что-то говорила про агонию и про Одавинга? Всего два дня в Скайриме, а уже дров наломали. — Так, давайте обед готовить. Сегодня у нас готовит… — Мама! Я тебе детей не доверю. — Ага, и кого ты им на этот раз вызовешь? Искателя? Луркера? Атронаха? — Лошадку! Дети, кто пойдет кататься на Тенегриве, пока мать нам пирожков напечет? — Ну, хоть так… Смотри! Если вместо лошадки будет дремора или неведомая штука из обливиона, я тебе в пирожки динамит засуну. Но я почему-то вспомнил наш вчерашний диалог с Рикке. Все-таки, может и стереотип, но стоит ему научить. — Давайте маме приятное сделаем. Цветов ей принесем. Девушкам обычно цветы дарят, если они нравятся. Детвора с радостью приняла это предложение, и когда нас позвали к столу, букет получился приличный: — — Садитесь есть. — позвала Рикке и ей тут же вручили несколько букетов. — И тебе приятного аппетита, милая. — поцеловал ее нежно. — Кобальт! — засмеялась, но видно было, что ей понравилось. После обеда, собственно отправили детей на тихий час… Короче, семейная жизнь — прекрасна, спокойна. Несколько дней мы провели примерно подобным образом. В одну из ночей я проснулся от истошного крика Рикке. — Милая?! — обратился к ней, а она металась по подушке из стороны в сторону, продолжая кричать. — Рикке! — потряс ее за плечо, пытаясь разбудить. Она выкрикивала слова прощения, и что-то нечленораздельное. — РИККЕ! — повторил я и тряхнул сильнее, наконец она проснулась и выпучив глаза села на кровати. — Кошмар приснился? И обратил внимание, что у нее из глаз текут слезы, вместо ответа она просто кивнула. Обнял ее, чтобы успокоить, поглаживая, целуя. — Все хорошо… Я рядом, я с тобой. — она пыталась что-то сказать, но прям всю колотило, продолжала рыдать. — Солнце мое. — дал ей чашку с водой, отпив немного, она начала успокаиваться. — Кобальт…- прошептала Рикке. — Да, это я. А ты ожидала проснуться с кем-то другим? — попытался разрядить обстановку. — Нет, прекрасно, что это ты. И ты жив. И все хорошо…в Совнгарде мои предки в ярости. До них дошли вести о том, что я перешла на сторону Даэдра. — Милая, это был просто сон. — Но они и впрямь могут меня проклинать. Я же всех предала. — Где же они все были, когда тебе нужна была помощь? Ты выбрала тех, кто не отвернулся. Все логично. Кто кого еще предал. Рикке задумалась, поглаживая меня по руке, успокаиваясь сильнее и в итоге вновь заснула. Казалось бы, что такого-то я тут расписываю? Каждому человеку может присниться кошмар и так далее, тоже мне сверхъестественное событие. Но! Эти кошмары стали повторяться из ночи в ночь. Более того, Авентус и Блез тоже стали спать плохо, каждую ночь они то прибегали к нам, то вовсе просыпались и больше не могли заснуть. Единственное что, у Рикке судя по всему был один и тот же сон, а у пацанов разные. Семья разделилась на два лагеря — одна половина мучается кошмарами, другая не может уснуть, потому что первая мучается этими самыми кошмарами. Что за нафиг? Нет, ребят, тут без всевидящего и всезнающего даэдра не обойтись. Нужно смотаться в Апокриф, а то это не порядок, что кошмары словно простуда распространяются по воздуху…