Этот мир слишком сложный

Я рылся в шкафу, пытаясь найти хоть какую-нибудь яркую одежду. Все серые и тусклые вещи давно беспорядочно лежат на полу. Когда появилось солнце, комната вправду стала светлее. Теперь я мог разглядеть бежевые обои, стеллаж с разными книгами об искусстве шиноби и деревянный стол, на котором стояла аккуратная стопка бумаг и канцелярия. Я минут десять искал, пока не нашел в самой глубине старого шкафа, картонную коробку. Коробка была большая и тяжелая, я вытащил и открыл её. Сверху лежало семейное фото: папа держал маленького, где-то трех лет, в костюмчике лисенка, меня. Рядом стояла мама, она держала Инко, девочка была в таком же костюмчике, а перед ними стоял и глупо улыбался Хираши. Мне стало интересно, почему это фото лежит в коробке. В этой комнате ни одной фотографии, а на стенах в коридоре — полным полно. Те фотки по дороге в комнату я все-таки осмотрел: большую часть на них занимала Инко, а вот я был лишь на нескольких и, что самое главное, я был каким-то угрюмым и хмурым и улыбнулся только на одном фото. Там мне было, наверное, где-то лет пять и мы праздновали наш с имото День рождения, так как мы стояли измазанные тортом. Когда я смотрел на семейную фотографию из коробки, мне вспомнилась моя семья из моего мира. У нас были похожие фото. Я, Хината, маленький Боруто и, еще крошка, Химавари. На глаза навернулись мелкие слезы, но я тут же их вытер рукавом пижамы и продолжил рассматривать содержимое коробки. Там были аккуратно сложенные яркие футболки, шортики, бриджи, жилетка, носочки, штаны и меня очень порадовало то, что всё оранжевое! Были и красные, зеленые вещи. Всё новенькое и чистое, некоторая одежда была мне маленькая. Похоже, старик не всегда был хмурым и скрытным: что-то случилось в его детстве, из-за чего он не тренировался и отгородился от общества. Что-то или кто-то его сломил. Конечно же, первые подозрение пали на Хираши, но это еще надо проверить. Не может же он так меня ненавидеть, тем более, я ему родной брат. Нестыковочка. На улице лето, потому я не задумываясь одел оранжевую футболку с белым знаком Водоворота (клана Узумаки) и светленькие шортики. Убирать за собой я не хотел, ну и не привык, а просто закинул всё в эту самую коробку. Место в шкафу заняли яркие и жизнерадостные цвета. Комната имото была напротив моей. Пока я «убирался» всё было тихо, но через минуту послышался грохот из комнаты сестры. — Я живая! — крикнула Инко. «Наверное, опять с кровати упала», — подумал я. Я решил пойти посмотреть в комнату имото. Забавно получается: тогда, когда она упала с кровати, я заволновался. Впервые я почувствовал себя в роли старшего брата. Необычное для меня явление. В моем мире был Конохамару, но он больше ученик чем младший брат. Сейчас этот ученик и сам учитель, причем моего сына и дочки моего лучшего друга. Я постучался в дверь Инко. — Входите! — весело ответила она. Когда я зашел в комнату, то был очень удивлен. Очень много оранжевого, желтого и зелёного. Будто здесь солнце поселилось! Но что меня больше всего удивило, так это полным полно жаб. Не в прямом смысле, а в переносном. Мягкие игрушки, наклейки на зеркале, рисунок на одеяле на кровати, на коврике — всё лягушки! А сама девочка стояла возле окна и куда-то смотрела. Потом сестра обратила на меня внимание. — Нии-сан, это ты? — Ну да, а что? — не остался я на пороге и сел на стульчик, что стоял возле двери. — Ты никогда не хотел сюда ходить, — замялась девочка, но в её глазах я разглядел искры радости, — тебе нравится моя комната? «Еще бы! Я лучше бы здесь жил, а не в том скучном склепе! Ну ничего, это не надолго, я возьмусь за ту комнату — хуже не будет!» — Конечно, нравится, Ты любишь жаб? — протянул я, догадываясь, почему у нее такая тяга к этим земноводным. — Ага! Когда я окончу академию, то попрошу у папы или крёстного подписать с ними контракт! Представляешь? — Инко начала прыгать на кровати. Меня очень радовало, что здесь Джирая тоже мой крёстный и не только мой. Захотелось его увидеть: я его уже очень давно не видел, но никогда не забуду. Он стал для меня настоящим учителем. Хоть я и не сразу узнал, что он мой крёстный, я принял его за родственную душу. Много хлопот с этим извращенцем у меня было, но я его прощал. Потому, когда он умер, я был в отчаянии. Было больно, сложно, но я чувствовал, что он рядом. Бабуля Цунаде горько плакала, ей было грустно. Она выпивала много саке, чтобы успокоиться, и только должность Хокаге и ответственность за деревню, не давали ей спиться окончательно. Больше всего я хотел увидеть старика-извращенца. — А где сейчас Джирая? — Извращеный отшельник где-то в стране Волн, наверное, на горячих источниках, за женщинами подглядывает… — флегматично ответила имото. «Ахахаха мы слишком похожи!» — в сердцах смеялся я. — Ладно, пошли к Мирочи. — Инко слезла с кровати, махнув мне рукой. Она была одета в желтые бриджи и зелёную футболку. Мы вышли из дома, и я нёс корзинку с яблочным пиром, накрытым белым полотенцем. (Минутой позже) — Кто такой Мирочи? — спросил я имото. Та тяжело вздохнула. — Ты и это забыл, — больше звучало как утверждение, чем вопрос, — Мирочи — советник главы клана Намикадзе… «Опа, что-то интересное. Я вовремя проснулся», — сонно зевнул в подсознании Лис. «Курама! Ты что-то слишком много спишь». «Ага, не то слово, — опять зевнул Кьюби — возле тебя так спать хочется, что аж бесит». «Наверное, это из-за способности того Наруто — он говорил, что хвостатые возле него крепко засыпают…» «Мг, в нашем случае, я должен был ОЧЕНЬ крепко спать». «Может, это из-за того, что ты не здешний Кьюби?» «Может быть, ты лучше послушаешь, что твоя новоиспеченная сестра рассказывает?» — Эй, нии-сан, ты меня слышал? — спросила имото. — Э… Может, сначала расскажешь, а то я ничего не понял. — более — менее невинно посмотрел на Инко. — Почему ты стал такой невнимательный? — я поджал плечами, — в общем, Мирочи мне не очень нравится. Он уже давно в должности советника главы клана. Умный и строгий. Хоть мы не из главной ветви клана Намикадзе, но нас тоже уважают. Это, наверное, скорее всего, из-за того, что папа Хокаге. У нас не такие порядки, как в клане Хьюга. Мы шли в сторону, где в моем мире был полигон номер 2. Там были дома и ходили люди. Причем большинство были блондинами, как я, но не было ни одного «ежика», и оттенок желтых волос был разный. У кого-то темнее или светлее. У некоторых волосы длинные, у кого-то короткие, прямые, кучерявые. Глаза разные: синие, голубые, зеленые, черные, фиолетовые и т.д. На спинах одежды белобрысых был знак клана Намикадзе*, что напомнил мне клановую технику Менмы из Малого Цукуеми. Призыв Кьюменджу. Помню, когда мы сражались, он призвал девять чудиков в масках. Мне стало интересно, могут ли эти люди использовать ту технику. Почти у каждого человека был протектор Скрытого Листа, это означает, что они — ниндзя. Столько блондинов в одном месте я в жизни не видел. Одеты они были только в темные тона: синий, черный, темно-фиолетовый. Я окрестил эту улицу «квартал Намикадзе». Интересное место. Я чувствовал себя «в своей тарелке», но больше всего меня удивило, что люди улыбались мне и здоровались, но на Инко старались не обращать внимания. Похоже, сама имото не заморачивалась с этим. Мы дошли до, как сказала сестра, дома Мирочи. Поместье было большим и роскошным. Ничем не уступает Хьюгам. Возле дома был сад — сестрёнка рассказала, что там растут персики, абрикосы и пара сакур, которые я, кстати, разглядел. Еще она говорила, что недалеко есть птичник. Там выращивают специальных посыльных ястребов и соколов. Слуг я не видел: может они отдыхают или их вообще нет? Тогда кто следит за всем этих хозяйством? Инко постучала в деревянные двери. Нам открыл высокий, с прямыми и длинными волосами блондин средних лет. Одет в белое кимоно. У него были голубые глаза и большой шрам на всю левую щеку. — Двойняшки? Зачем пришли? — как-то не очень гостеприимно начал он. Я протянул ему корзинку с пирогом. — Ааа, я уже забыл, что просил Кушину испечь мой любимый пирог, — блондин по-доброму на меня посмотрел. Похоже, ко мне он хорошо относится. — как поживаешь, Наруто? «Впервые вижу клан Намикадзе, тем более этого чудика», — протянул Курама. «Не нравится он мне», — подумал я, стараясь улыбнуться и нормально ответить. Тишину, как ни странно, прервала имото. — Мирочи-сан, а он вас не помнит. — О чем ты? — он скептически посмотрел на мою сестру. — У него травма головы, — тоже недружелюбно сказала девочка, скрестив руки на груди и прикрыв глаза: — нии-сан не помнит весь клан Намикадзе, вас тоже и даже меня с Хираши, — мне показалось, что она еле сдерживалась, чтобы не нахамить «родственнику». — Понятно, — безразлично проговорил Мирочи, он вел себя так, будто Инко здесь нет, — Ну что ж, про меня наверняка тебе уже рассказали. Хорошо, что мы еще не начали тебя обучать. У меня много дел: потом поговорим. — мужчина, буркнув себе что-то под нос, бесцеремонно хлопнул дверью. «Обучать? О чем он?» «Интрига…», — сказал Лис после моих мыслей. — Тьфу ты, заноза. — фыркнула ему вслед русоволосая. — Пошли, Наруто. — я кивнул и мы направились в неизвестном мне направлении. — Если тебе так не нравится Мирочи, почему ты тогда обрадовалась, когда мама поручила нам эту миссию? — спросил я. — Я была рада потому, что снова увижу тётю Каракую. Ты её тоже не помнишь? — я кивнул. — Эх, нии-сан, это самая добрая тётя в мире! Хорошая, умная, красивая. Мы с ней редко видимся: она постоянно пропадает на миссиях. Мама вчера сказала, что у нее сегодня выходной, вот мы и идем к ней, а Мирочи очень любит мамины яблочные пироги и мама попросила меня отнести. Вправду говоря, я очень удивилась, что ты согласился пойти со мной, обычно ты дома сидишь. — Я решил проветриться. Расскажи еще про Каракую. «Интересная личность, и Инко её сильно любит и уважает». «Мне кажется, что мы встретим еще одну блондинку. Я так с ума сойду: мне тебя и Минато хватает», — ныл в подсознании Кьюби. «Тише ты, голова раскалывается. Сейчас главное добыть информацию». «Да, Хокаге-сама», — ехидно улыбнулся Лис. «Ты что, специально? Короче, нужно просто выслушать сестру». «Ты её уже „своей“ считаешь?» «Ну да, а как по другому?» «Она же не совсем „твоя“ сестра», — утвердил Курама. «Ты тоже мне не кровный, но ты мне как брат», — сказал я, но в ответ была тишина. — А что еще рассказать? Ей двадцать три года, элитный джонин, личный охранник отца. Она веселая, всегда поможет и поднимет настроение и… — девочка заметно погрустнела. -… она единственная из клана, кто считает, что я тоже Намикадзе. — В смысле? — спросил я. Инко резко стала серьезной и смотрела вперед. Это выражение лица я ни с чем не спутаю… — Клан Намикадзе стал потихоньку вымирать, из молодёжи остались только ты, Хираши, я и еще один парень из клана. Наш глава не старый, но на всякий случай, решили выбрать наследника. Хотели взять того парня из клана, но тот предал деревню и стал нукенином. Отец рассказывал, что ему сейчас где-то семнадцать. Про Хираши даже не думали: он больше на Узумаки похож, у него волосы красные. Потому, если с главой что-то случится, то через десять/пятнадцать лет ты станешь на этот пост, потому, после академии, тебя возьмут на обучение соклановцы. «Ого! Да ты у нас принц!» — вскрикнул Курама. «Сам в шоке!»  — А ты? Разве ты не можешь стать главой? Ты ведь тоже Намикадзе, ты тоже «молодёжь» клана. — Во-первых, у тебя, из нас троих, характерная внешность. Во-вторых, мне нельзя… — Почему? — Я — Нейтральная… Продолжение следует.