I'll keep you in my mind

Сон никак не идет, хотя часы показывают уже второй час ночи. Не смотря на жуткую осталось и общее подавленное состояние, я не моргая смотрю в потолок размеренно дыша. Отлично Ванда, теперь еще и со сном проблемы, такими темпами я окончательно сойду с ума. Раз уснуть не получится, можно прогуляться по штабу, возможно удастся нагулять сон. Встаю с кровати и не удосужившись собрать волосы или хотя бы надеть обувь, иду к двери шлепая босыми ногами по холодному полу. Тело ломит от усердных тренировок и заварушки которая была несколько дней назад, когда он позволил мне залезть в его голову. После я старательно его избегала из-за стыда и пытаясь понять почему он позволил мне сделать это. И я до сих пор не пойму. Коридор штаба пустой и холодный, уже жалею, что иду босая, но мне не охота возвращаться к себе, поэтому просто продолжаю идти куда глаза глядят. Такая тишина. Никаких гудящих аппаратов, криков ученых, гула оружия, разговоров, штаб погрузился в гробовое молчание которое мне по душе. Нет суеты, которая передается от одного человека к другому, захватывая тебя с головой и заставляя паниковать и нервничать из-за проблемы которая вовсе и тебя-то не касается. Нет слепящего солнца, лишь ночная прохлада врывающаяся слабым ветерком через оставленные открытыми окна. Мир замер, прекращая на время движение, именно в такое время я чувствую свободу. Но вот этот простор сменяется узкой лестницей ведущей в подвальное помещение откуда доносятся глухие удары и застоявшийся запах пота, прелости и сырости. Не осознавая того, я пришла к тренировочному залу. И вроде бы я должна остановиться, и не мешать тому, кто так рьяно выбывает из груши всю дурь, недовольно пыхтя, когда удар выходит недостаточно сильным. Но пока я рассуждала, уже спустилась и обратного пути уже нет. Что ж Ванда, ты сама виновата. Я даже не удивляюсь, когда вижу широкую, напряженную спину и блондинистые волосы. Стив продолжает быть грушу видимо не заметив меня, он так усерден. Как девочка-подросток с бурным всплеском гормонов и мечтами о идеальном парне, любуюсь как двигается каждая мышца Стива. Ему идет потная майка прилипшая к телу. Тяжелое дыхание и пыхтение добавляют привлекательности. Роджерс поворачивает голову в мою сторону и удивленно смотря на меня, чуть было не пропускает удар груши, в последний момент схватив ее обеими руками. Я скорее всего зашлась в истерическом смехе, если бы он грушу не поймал. — Ванда? Что случилось? — Роджерс уверенно идет в мою сторону, в его глазах зарождается тревога. Я мнусь готовая убежать, как маленькая девочка. Лицо горит, а щеки заливает краской. Еще не поздно развернуться и уйти, он не так уж и близко. Давай, же, Ванда, плевать л чем он подумает, тебя и так все считают поехавшей. — Эй, ты в порядке? — Стив кладет свою ладонь мне на плечо, выдергивая из мыслей. Черт, он же был не так близко, вот дура, нужно было не высовываться из кровати. Теперь стою тут перед Роджерсом, красная как рак, с растрепанными волосами, в пижаме и босиком, думая о том, что он довольно красивый даже если потный и пыхтит как паровоз. Все это странно и так пугает. — Мне не спалось и я решилась пройтись. Извини, я не хотела мешать. — Стараюсь говорить как можно увереннее, но под конец, голос срывается, отчего еще сильнее заливаюсь краской. — Ты мне вовсе не помешала, я сам пытаюсь сон нагнать, да вот не выходит. — Стив неловко оглядывает зал. Между нами повисает тишина. Вязкая и тяжелая, напрягающая и вызывающая удушье, словно бы из зала выкачали весь воздух, создав вакуум, который нас вот-вот раздавит. — Спасибо. — слово слетает с губ прежде чем я начинаю думать. Стив удивленно смотрит на меня. Господи, ну почему со мной так трудно, почему я не могу заткнуться, желание уйти появляется все сильнее. Теперь мне даже плевать на то, как будет странно выглядеть ситуация если я сейчас уйду. Мне ничего не мешает развернуться и убежать. Ничего. Но я продолжаю стоять. — За что? — За твою поддержку. Ты пытаешься помочь мне не смотря на то, что я тебя об этом не просила. Ты не давишь на меня и терпишь все выходки. Я благодарна тебе, потому что знаю насколько это тяжело. И это так странно, потому что до того как попасть к вам в штаб, я пыталась вас убить. Я прекрасно знаю, что все относятся ко мне с опаской из-за моей силы, я и сама теперь ее боюсь. Все изменилось после смерти Пьетро, больше нет той уверенности в себе... — Не знаю зачем я все это рассказала, Стив тот кого бы мне меньше всего хотелось нагружать своими проблемами, у него и своих предостаточно. Роджерс смотрит на меня и молчит. Не хочу снова лезть ему в голову, это не честно. Мне хочется услышать хотя бы что-то, впервые я так сильно хочу, чтобы человек заговорил со мною. Но настал тот момент, когда человек, все время поддерживающий меня, помогающий держаться на плаву, теперь стоит, не говоря ни слова, а в его глазах непонимание. В груди образуется щемящая боль, спускающаяся к животу завязывая органы в один большой узел. Дура, дура... Зря я ему это все сказала, нужно уходить. Уже разворачиваюсь, как вдруг Роджер хватает меня за плечи, придвигает к себе и наклонившись целует в губы. Напряжение и шок сменяется расслаблением и лёгким волнением. Одной рукой Стивен придерживает за спину, другой зарылся в мои волосы. Его губы такие мягкие, невозможно оторваться. Обхватываю его шею руками сильнее прижимаясь. Отстраняемся друг от друга, когда дышать уже совершенно нечем. Если бы некоторое время назад, мне сказали, что я буду в команде Мстителей и поцелуюсь с Капитаном Америкой, то я бы рассмеялась и устроила бы тому, кто это сказал феерическое шоу из галлюцинации. А сейчас мне не смешно...