La cuisine de l'amour (Кухня любви)

Chapitre 10 А затем, опустив голову, тихо признался: - Это я. Секунда мне понадобилась, чтобы сообразить, чём говорит Жан-Филипп. И только, когда до меня дошло, я смогла проронить одно слово, вырванное из моих уст неукротимым любопытством: - Почему? Метрдотель осмелился глянуть на меня, и даже в этом полумраке я сумела различить в его глазах легко считываемый укор. Он будто говорил мне, что я должна сама понимать причину его действий. И я действительно имела предположение, но оно бы разрушило всю систему и казалось таким нелепым. Почему оно вообще пришло ко мне в голову? - Я просто не хотел, чтобы ты уходила,- искренне проронил JP, а наткнувшись на мой удивлённый взгляд, поспешно объяснился, снимая с себя все подозрения: - Ты отлично готовишь, я замечал мельком. И ты вполне можешь победить, а неудачные вечера бывают у всех. - Но я стояла на ковре уже два раза из трёх! Это не характеризует меня как хорошего повара, они так часто не проигрывают! - Зря ты так думаешь,- пожал плечами метрдотель, вызывая у меня невольную улыбку: он так мило это делает! – Вот, например, во втором сезоне Вирджинию номинировали чуть ли не на каждое голосование, но она дошла до финала, правда, проиграла,- усмехнулся Жан-Филипп. - Она дошла из-за личной симпатии,- поспорила я, припомнив второй сезон,- они с Рамзи друзья. Он должен был её в первый вечер выгнать? JP промолчал. Правильно, я и сама бы не придумала ответа на такое заявление! Да и чего продолжать бессмысленный спор? Выглянувшая из зала Мари, попросила меня поторопиться. Конечно, им не нравится, что я тут прохлаждаюсь! Хотя сами большую часть уборки проболтали! Однако мне действительно стоило поспешить. И я хотела бежать в ресторан, как вспомнила о главном. - Спасибо, JP, помочь мне было очень мило с твоей стороны,- проникшись моментом, я одарила мужчину беглым поцелуем в щёку и отправилась в зал, не зная, что своим обычным действием перевернула в душе метрдотеля всё с ног на голову, заставив сердце биться с бешеной скоростью. Вечер следующего дня обещал многое. По крайней мере, красная команда хваталась за него, как за спасительную соломинку. Это был наш последний шанс доказать шефу, что мы не просто кучка неудачниц во главе с одним неудачником, а сильная боеспособная бригада. Ко всеобщей радости (в особенности шефа, который мог поберечь голос) начали мы за здравие. С закусками, на которых стояли Роза и Мария, проблем не было вовсе. Гребешки, салаты, капеллини, ризотто, спагетти слетали с раздачи, отправляясь к довольным гостям. И всё, казалось бы, хорошо, но спустя сорок минут мы перешли к основным блюдам, а вся ответственность легла на плечи Корри, Сары и Стефа. Я же с Мари могла только наблюдать за происходящим на секциях, время от времени возвращаясь к своим десертам. Стремительно и верно мы начали свое падение в глазах шефа. А всё не заладилось с первыми же заказами, когда Стеф имел неосторожность перепутать блюда и подать мясной пирог раньше нужного цыплёнка. Даже тот факт, что мясной пирог был приготовлен идеально, не спас парня от разъяренного шефа. Будучи злым на голубую команду, всё ещё церемонившуюся с закусками, Рамзи спустил значительную часть своего гнева на Стефана. Такие оскорбления, на которые шеф не скупился, щедро разбрасываясь ими в разные стороны, любого бы выбили из колеи, но парень как-то продолжил кухарничать, причём довольно недурно. Однако тут чёрная полоса настигла Корри. И избавиться от неё оказалось уже не так просто. Вот говорила же я, что секция гарниров какая-то проклятая! Ещё никто не показал себя на ней на отлично! И девушка не стала исключением. Сегодня явно был не её день. Корри ошибалась на каждом заказе, с каждым блюдом. Она пять раз переделывала гарнир из-за того, что лук постоянно сгорал! Тирады шефа лишь ухудшали положение, доводя подругу до истерики. После ленты упрёков и браней в её сторону Корри готова была заплакать от досады. Мы с Мари, наплевав на все правила, поспешили на помощь, но на секции царил такой хаос и бессмыслица, что разобраться в этом было крайне тяжело. С горем пополам подав около десятка съедобных гарниров, мы оставили пришедшую в себя и, казалось, немного оклемавшуюся девушку, но это стало роковой ошибкой. Продержавшись ещё с треть часа, Корри вновь пошла ко дну. Я смотрела на неё с ужасом - подругу будто подменили. И я боялась за неё. Боялась, что шеф сейчас окончательно сорвётся и выгонит участницу ко всем чертям прямо во время ужина. Этот вечер действительно стал адским, мне было страшно находиться на кухне, я, дрожа, ждала своей очереди. Рамзи в сотый раз заглянул в нашу половину кухни, проверяя, как идут дела. - Морской ангел, два мясных пирога, телятина! Сороковой стол ждёт уже час! Сейчас же! Проклятье! Где заказ!? Около шефа тут же закопошились Стеф и Сара, неся на металлических подносах затребованные блюда. Они тоже боялись ошибиться – страх застыл на их покорных и измученных лицах. Однако больше всех не поздоровилось Корри – она не приготовила один гарнир, попросту забыв о нём. - Fuck! Невероятно! Эй, мадам! – презрительно бросил Рамзи, указав на неё, и двинулся к сжавшейся от испуга под грозным взглядом девушке. – Пошли со мной! Шевелись, тупая корова! Шеф схватил бедную, бледную как смерть Корри за рукав грязно-белой куртки и потащил за собой в подсобку. Я затаила дыхание. Обычно после таких разговоров тет-а-тет поваров выгоняли на ближайшем голосовании. Но я не готова расставаться с Корри сегодня! И завтра! Она же хорошо готовит, просто не в этот раз… *** (POV Корри) Олдон грубо затолкнул меня в подсобку и закрыл дверь. Я знала, что меня ждёт, поэтому была готова ко всему. Не прошло и секунды, как шеф стал на меня кричать и ругать на чём свет стоит. Удивительно, что он уже не употреблял личные оскорбления в такой частоте, как на людях. Сейчас его критика была понятна и справедлива. - Корри, я не понимаю тебя! Что с тобой произошло!? Почему ты сегодня целый вечер подаёшь мне чёрт знает что?! Эти грёбаные гарниры! – Олдон ударил рукой в стену, заставив меня содрогнуться от пробежавшего испуга. - Неужели нельзя приготовить нормально?! Правильно рассчитать время! Общаться с другими! Ты молчишь! Боже! Какой кошмар! Я… Он говорил эмоционально, так жарко, так пылко. Я смотрела на него в упор, любуясь. Этим стройным телом, изумительным лицом, которое так рано избороздили живописные морщины, являющиеся своеобразной фишкой повара с мировым именем. Его растрёпанные блондинистые волосы притягивали меня, как магнит, вызывая необузданное желание зарыться в них рукой. И эта маленькая капелька пота, показавшаяся на его виске и медленно покатившаяся по щеке… А он отчитывал меня… Я отчётливо осознавала, что сдерживаться не в моих силах… Я заткнула его поцелуем.