Everything has changed

- Знаешь, думаю, мне стоит перед тобой извиниться, - произнес Луи, когда парни уже сидели на диване в гостиной. Гарри смущенно сложил руки на коленях, глядя куда-то в пол, но на словах Томлинсона поднял на него взгляд: - За что? – удивился студент. - За все. За тот поцелуй, хотя, не спорю, он мне понравился, - от этих слов Гарри смущенно заулыбался и опустил голову, - за то, что просил держаться от меня подальше. Я не хотел, чтобы ты… обжегся об меня. Не был уверен, что хорошо повлияю на тебя. - А сейчас? - Сейчас тоже не уверен. Но… дальше так продолжаться не может. За ту сцену в баре тоже прости. Я был пьян и не понимал, что творю… - Элеонор сказала, Вы ревновали. – Перебил его Гарри - Элеонор? – удивился Луи, - откуда ты знаешь Элеонор? - Мы разговаривали сегодня, она сама ко мне подошла. Я из-за нее здесь оказался. - Из-за нее? - Да, она… помогла мне, - Гарри пожал плечами, – не знаю, как ей это удалось. - Она семейный психолог. Странно, что она помогает другим, а свой брак построить не смогла… Хотя, наверное, это я виноват… - Она сказала, что никто не виноват. Хорошая у Вас жена. Заботится о Вас. - Прекрати «Выкать» мне, Гарри, мы ведь уже не просто студент и преподаватель, - Луи пересел ближе к парню и посмотрел ему в глаза. - А кто мы теперь? – прошептал Стайлс. - Гарри, - Луи положил ладонь на щеку студента, - я тоже влюблен, - он оставил почти невесомый поцелуй на губах кудрявого, - в тебя, - выдохнул ему в губы, - и с этим нужно что-то делать. - Что же? – заворожено спросил Гарри. - Мы могли бы… начать встречаться. Если ты хочешь. - Я хочу. Очень хочу. Это сон? Слишком хорошо, чтобы быть правдой. - Значит, с этой самой минуты мы встречаемся. Запомни этот день, ладно? Я очень сентиментальный, когда дело касается различных годовщин, - Луи засмеялся, и Гарри подхватил его смех: - Я запомню, - произнес он. Весь оставшийся вечер они просидели на этом диване, разговаривая и узнавая друг о друге все больше и больше, до тех пор пока Гарри не уснул на плече Луи, и тот с трудом и трепетом отнес его в спальню, уложил на кровать и лег рядом. Стайлс закинул одну ногу на парня, и тот разулыбался непонятно чему. *** Зейн и Гарри расположились под деревом в студенческом парке, и Малик, яро жестикулируя, высказывался по поводу его подозрений о том, что Найл ему изменяет. Гарри было смешно за этим наблюдать. Пару раз прогулявшись в компании этих двоих, он мог с уверенностью сказать, что Найл даже думать боялся об изменах, но Зейн, так, похоже, не считал: - Этот его дружок меня раздражает! Сразу же видно, что он Найла глаз положил! А он мой парень, а не его! – бушевал Малик. - А сам Найл что? – спросил Гарри, не отрываясь от конспекта по филологии. - Будто и не замечает ничего! «Ой, Лиам, да, конечно, мы сходим в кино! Да, пойдем в кафе, плевать, что у меня есть парень!» - передразнил своего парня Зейн, заставив Гарри рассмеяться. - А Лиам этот, он одинокий? - Нет, есть у него девушка какая-то, - Зейн пожал плечами, - они вроде уже почти три года вместе. - Тогда зачем ему Найл? Зейн приготовился ответить, но только открыл рот, и тут же его закрыл. - Вот, видишь. Ты сам все придумал. - Он точно мне не изменяет? – Зейн плюхнулся рядом с Гарри и жалобно взглянул на него, - я же волнуюсь. - Не волнуйся, по нему видно, что ему только ты и нужен. Любит он тебя. - Правда? - По-хорошему, ты ему должен верить, а не мне. - Он ни разу не говорил этого, - Зейн покачал головой, и, если бы Гарри, не знал его, подумал бы, что тот сейчас заплачет, настолько потерянным он выглядел. - А ты сам? Говорил? Малик огромными глазами уставился на Гарри: - Нет. - Ну вот. Найл первым не скажет. Он же боится, ребенок еще. - А сам? - Я не ребенок! – возмутился Стайлс. Зейн только усмехнулся, за что Гарри стукнул его в плечо. Оба рассмеялись, и кудрявый произнес: - Я уверен, что, как только ты сам признаешься, признается и он. - Сегодня и узнаем! – Зейн встал на ноги и протянул руку Гарри. Тот ухватился за ладонь друга и поднялся сам, - спасибо тебе. Если бы не ты, я, наверное, закатил бы сцену, и мы поругались бы. - Не за что. Должен же я спасать отношения моего друга, - Гарри подмигнул, - пойдем, у меня философия. - Давно ты на нее не рвался, - Зейн подозрительно посмотрел на кудрявого. - Некоторые… обстоятельства заставили меня сменить точку зрения. – Гарри широко улыбнулся. - И эти обстоятельства носят брючки по щиколотку, имеют неплохую задницу и зовутся Луи Томлинсоном? Да, ты все угадал все, Малик. - Может быть, - улыбка превратилась в лукавую, и Гарри нырнул в аудиторию, прежде чем Зейн успел спросить что-то еще. По привычке прошел на последнюю парту, приготовился к лекции и только после этого взглянул на Луи. Тот улыбнулся, и студент тоже не смог сдержать улыбки. Он наблюдал за Луи всю лекцию, и преподаватель бросал нечастые взгляды на него, из-за которых Гарри чувствовал странный водоворот ощущений в животе. И произнесенная Луи просьба остаться после лекции совсем не удивила парня. Он закрыл дверь и подошел к преподавательскому столу. Луи сразу же за шею притянул парня к себе и поцеловал. За неделю с небольшим отношений студент еще не привык к этим поцелуям и тем чувствам, что они вызывают в нем. - Я уже успел соскучиться, - произнес Луи, оторвавшись от поцелуя. Гарри смущенно улыбнулся: - Я тоже. - Сегодня вечером ко мне? – улыбаясь, спросил Томлинсон. - Тебе удобно сегодня? Точно? - Да, Гарри, было бы неудобно, я бы не звал. - Ладно, тогда… хорошо! – Гарри широко улыбнулся и получил легкий поцелуй в уголок губ. - Жду тебя. *** - Это и является одной из главных тем сонетов Шекспира. – Закончил Гарри. - Все верно! – Луи подмигнул студенту и коротко поцеловал его в губы. Парень потянулся за продолжением, но Томлинсон остановил его, - один ответ – один поцелуй! Так, следующий вопрос… Расскажи мне историю поэмы Джорджа Байрона «Шильонский узник». - За основу сюжета Байрон взял заключение настоятеля одного из женских аббатств Франсуа Бонивара в тюрьме Шильон… Луи и Гарри сидели на диване в гостиной дома у преподавателя и готовились к зачету по английской литературе. Точнее, Луи готовил Гарри, подкупая его поцелуями. За каждый правильный ответ Стайлс получал один поцелуй от своего парня. Своего парня… Странно-то как. Неужели, правда? - Молодец, - произнес Томлинсон, дослушав историю знаменитой поэмы в изложении Гарри, и поцеловав студента за правильный рассказ, - следующий вопрос… - Луи, я уже устал, - прохныкал кудрявый, - я все знаю, можем мы просто отдохнуть? - Тебе нужно быть готовым, Гарри, я знаю твоего преподавателя, она не поставит зачет без знаний, даже за твои красивые глазки. Гарри, зардевшись, произнес: - Знаю я все, Луи, я сдам зачет, не волнуйся. - Точно? - Точно. Давай просто посидим? - Ну, хорошо, только учти, не сдашь – я тебя загоняю по всем темам! - Согласен! – Гарри широко улыбнулся и в следующую секунду упал на диван под весом Луи, повалившего его вниз. - Луи… Луи, ну, тяжело же, ну… - Стайлс попытался скинуть его с себя, но тот удобно устроился на тушке Гарри и скидываться не хотел. В конце концов, Гарри, густо покраснев, оставил попытки и расслабился. Ох, Боже, какая поза. Главное, не возбудиться. Не нужно, не сейчас. - Ты чего? – удивился преподаватель, - не нужно стесняться меня. - Я не стесняюсь, - Стайлс покраснел еще гуще и откинул челку на лоб. Луи мягко засмеялся: - Стесняешься. Не нужно, ладно? - Я не могу. – Гарри глубоко вздохнул, что было довольно проблематично, учитывая лежащего на нем Томлинсона. – Ты думаешь, я глупый. И не умею ничего. - С чего ты взял, что я так думаю? – недоуменно спросил Луи. - Я маленький, - всхлипнул Гарри, - и глупый. - Да, маленький, - засмеялся преподаватель, - совсем малыш еще, но вовсе не глупый. - Правда? - Конечно! Гарри, ты очень хороший. И умный. И красивый. Запомни это, ладно? И не нужно стесняться. Томлинсон слез с тела студента и, усевшись на диван, положил кудрявую голову себе на колени, зарываясь пальцами в волосы. - Лу? – тихо позвал его Гарри. - Лу? – удивился тот, - ты назвал меня Лу? - Тебе не нравится? Прости, я не буду больше… - Нет, мне нравится. Ты так красиво это говоришь. Так что ты хотел? - А… тебе нравится со мной целоваться? - Что? – рассмеялся Луи, - что за вопрос? Конечно, нравится! - Правда? Ты думаешь… я… ну, умею? - Успокойся уже, Гарри, - Томлинсон засмеялся еще громче, - ты все делаешь прекрасно, не волнуйся. - Я хотел попросить Зейна научить меня… - Что?! Почему Зейна? – возмутился преподаватель, - почему не меня? - Нет, еще до… - Кажется, еще «до», ты с Зейном неплохо поучился! - Луи взглянул на Гарри, приподняв брови, - в любом случае, теперь есть я, и целовать тебя буду я, а Зейн пускай делает это с кем-нибудь другим. - Кстати! – воскликнул Стайлс, - нужно будет позвонить и узнать, как он с Найлом поговорил! Хотя… - Гарри задумался. Если разговор прошел успешно, то мешать им сейчас не нужно, а если все закончилось плохо, то Малик сам бы уже позвонил. – Завтра узнаю, - улыбнулся парень, и сам потянулся вверх за поцелуем. Уже поздно вечером, оказавшись дома, Гарри удивлялся, как сумел дойти до своей квартиры, да и вообще, как у него получается делать хоть что-то в том состоянии эйфории, которое не оставляло его с того самого разговора в прихожей.