мальчик-солнце

Я смотрел на него, на мальчика-солнце. В глазах рябило, а дыхание замирало, словно пробежал пару километров в среднем темпе. Чувствовалось головокружение, и всё это только за ту минуту или несколько секунд, которые мне удавалось наблюдать за ним. Незаметно, как воришка, который вытаскивает пару тысяч йен из чьих-то карманов, я ловил его движения, слова. Мне не хватало смелости, хотя это не то слово, которое больше всего подходит. Отчаяние — вот то самое слово. Только прибывая в полном отчаянии, я смог бы подойти к нему и со всей уверенностью раскрыть свою тайну. Что луна обожает солнце, что она жить не может без его сияния, и одновременно погибает. Погибает от этого самого света, который сочится от каждого удара по мячу ладонью, от каждого поворота ступней. Выдыхая, я снова отворачиваюсь и продолжаю тренировку, но мысли мои до сих пор с ним. Я на третьей позиции, но кажется, что сейчас двигаюсь в полном содружестве с его руками и ногами, поворачиваю так же туловище в сторону мяча и лечу к нему. Но мои ноги неподвижны, пальцы только слегка сжимаются, как при прикосновении с чем-то упругим и твёрдым, и внутреннее чувство выталкивает из кончиков силу. После тренировки меня мучает опустошённость, но не такая, как обычно. Я привык уставать, но это другое. Такое, что будоражит сознание, а потом ему недостаёт этого. И хотя я никогда не курил, но думаю, что человек думает о следующей сигарете так, как я думаю о следующей встречи с ним. Я зависим, и потому изнурён. Даже если посмотреть здраво, то это болтающееся рыжее создание не может не вселять сил. А мои он забирает, как будто они принадлежат ему. Но почему, если луна подчиняется солнцу, во всей своей невыгодной ситуации, когда она так зависит от него, почему она так в него влюблена? Мы слишком разные, чтобы он понял. Мы слишком разные, чтобы я решился.