Мой президент - Чак Хэстон!

Знамя с перевёрнутым распятием реет над миром. Этот блядский герб Люцифера со звездой даёт понять, что выбора нет. Смирись, стань рядом с нами. Эти свиньи напялили маски святош, призывают к покорности и повиновению им. Они хотят всем внушить, что правда за ними, за большинством. Нас много - и мы правы, и неважно, Бог за нами или Дьявол. Хотят сами декларировать, что есть добро и есть зло, что есть справедливость и что достойно порицания. Никто не давал им этих прав, сатанисты с пластмассовыми крылышками и светодиодным нимбом сами взяли себе все права и теперь запрещают другим людям отходить от их гнилой нормы. Ересь считается истинной религией, а истинная вера - ересью. Трусливые сволочи приняли клеймо "666" и зовут к себе. Они рассуждают о том, что всяк обязан жить по справедливости, а то, что их справедливость означает полное рабство перед всякой падалью и абсолютное бессилие перед окружающим дерьмом - это часть системы и она осуждению не подлежит. Так дела не делаются. Бог не будет любить тех, кто кланяется его врагам. Сила Господа пребудет на стороне того, кто возьмётся за оружие и смело вступит в схватку, наплевав на закон Сатаны... Окрестности города Катарсис, промышленный район. Пятница, 07.16 утра Пелена трепещущих языков жадного жёлто-оранжевого окутала автозаправку в считанные мгновения. Потоки горючего из сброшенных на землю заправочных штуцеров-"пистолетов" немедленно обратились в огненные фонтаны, затем тянущиеся от "пистолетов" шланги лопнули, дав огненным струям вторгнуться внутрь бензоколонок - эти жестяные ящики глухо хлопнули, все четыре, один за другим, стеклянные панели топливных счётчиков рассыпались мелкими осколками, синеватые всполохи рвутся наружу, ещё секунда - и все колонки разом слетают со своих мест, свороченные средним по силе взрывом. Из постаментов бьют гейзеры пылающего горючего, взвиваясь выше крыши невысокого супермаркета. Следующих полминуты оказалось достаточно, чтобы возгорание добралось до подземных резервуаров с бензином, породив новый взрыв, сокрушивший своей мощью всё вокруг: земля содрогнулась, а на месте заправки "S-Mart" вырос сияющий пламенеющий желтизной шар, будто взошло новое солнце. По округе разнеслись подхваченные волной раскалённого воздуха обломки кирпича, бетона, куски перекрученного железа, обуглившиеся деревянные балки, доски, плавящийся пластик, а также куски плоти... Трупы и все следы бойни ушли в жаркое пекло, чтобы стереться с полотна реальности. Лишь огонь ведал теперь о случившемся в промышленной зоне окраины Катарсиса. Через двадцать минут в местное пожарное депо поступил звонок от проезжавшего мимо очевидца, заявившего о крупном возгорании на бензоколонке. Ещё пять минут потребовалось, чтобы к воротам здания пожарной охраны поехала снаряженная команда в ярко-красная машине с лестницей наверху, оглашая округу воем сирен. Депо располагалось невдалеке, в той же промышленной зоне, поэтому красная машина должна была прибыть на место происшествия раньше полиции и "скорой помощи". Но машина с выдвижной лестницей на крыше не прибыла туда совсем. Фасад здания службы противопожарной охраны, выстроенного из красного кирпича, имел высокую арку с массивными крупно-решётчатыми воротами. Их створки медленно распахнулись, открытые электрическим приводом. Наружу поехал рычащий мощным двигателем автомобиль пожаротушения. Не успел он до конца выкатиться в арку и свернуть направо на неширокую дорогу, как стекло на правой дверце его кабины раскололось треугольными осколками. Пара секунд - и новая пуля залетела в салон. Потерявшая ход длинная машина завернула ещё правее, заскрежетала металлической обшивкой борта по арке и встала, наискосок застряв в воротах. - Пулька за папу! - пробормотал Почтовый Чувак, дёргая затвор охотничьей винтовки М-700. Бутылкообразная гильза зазвенела латунью в стороне, а рыжий опять прильнул глазом к окуляру оптического прицела. Стрелок расположился на плоской верхушке торчащего из земли цилиндрического резервуара с лестницей сбоку. Эта огромная ёмкость для воды была установлена в полукилометре от самого депо, рядом с забором какой-то закрытой фабрики. Парень лежал на животе с оружием в руках, он подстелил под себя кожаный плащ и опёр цевье винтовки на случайно подвернувшийся чурбак, дополнительно поддерживая цевье левой рукой. Очки с откинутыми дужками лежали справа от снайпера с козлиной бородкой, у ног его располагалось остальное снаряжение. Пожарник на пассажирском сиденье упокоился навек, а вот успевший запаниковать водитель задёргался и оттого оказался лишь ранен. Сейчас он неловко открыл дверцу авто и выпал наружу, истекая кровью из пробитого плеча и оглашая городские окраины воплями. Его серебристая каска полетела к обочине, слетевшая с головы. Он ударился об асфальт, еле поднялся на ноги, встав справа заклинившегося в арке авто. Машины была так развёрнута, что спереди просматривалась отлично... - О, кажется, кому-то надо бы вколоть морфий... - протянул рыжий снайпер и прицелился. Ружьё гулко хлопнуло, оборвав вопли человека в брезентовой куртке 7,62-миллиметровой пулей в череп. Пожарная команда в кузове всполошилась. Следующий кусок свинца сбил с ног ещё одного пожарника, на свою беду вышедшего из боковой двери машины узнать, какого чёрта творится. Снова клацанье затвора, звон гильзы. Выстрел! - Хех, какой прыткий! Чтоб тебя... - проворчал художник: один из людей в огнезащитной форма выскочил из авто и с воплем побежал к воротам, в самый последний момент пожарник лег на землю и прокатился под днищем загородившего арку автомобиля. Как следствие, пуля прошла мимо, впившись в борт. Вообще-то, точная стрельба из оружия с оптическим прицелом - дело нелёгкое, Почтовый Чувак не был опытным охотником на дикого кабана или оленя, а при службе по контракту в армии Соединённых Штатов был пулемётчиком, а не снайпером. Поэтому оставалось пользоваться базовыми навыками по обращению с оружием плюс применять кое-что, почерпнутое из книг и фильмов. Он не задирал винтовку прицелом вверх во избежание бликов от линз, старался ритмично и спокойно дышать, стрелять на полувыдохе и плавно жать на спуск. Выходило вроде сносно. Он перезарядил винтовку М-700, взяв пяток патронов из россыпи рядом с тёмными очками, откинув рукоять затвора оружия и задвинув боевые заряды сверху в корпус. Закрыл затвор и опять воззрился в окуляр. Двое пожарников присели рядом с убитым товарищем, пытаясь оказать тому первую помощь. Отдача приклада орехового дерева толкнуло плечо худощавого стрелка, голова человека по правой стороне от трупа разлетелась вдребезги, бесполезная пластиковая каска откатилась прочь. Мертвец завалился поверх первого тела. Второй служащий депо кинулся в сторону, он зигзагами побежал куда-то назад. Зато другие, похоже, сообразили покинуть салон сквозь заднюю дверь в торце кузова, выпрыгнув прямо во двор депо. Сирены всё ещё продолжали выть. Почтовый загнал в ствол новый патрон и прильнул к прицелу 7,62-миллиметровой охотничьей винтовки. Парень сделал четыре неторопливых вдоха и выдоха, успокаивая дыхание, а затем чуть задержал его. Три удара сердца, всё как в замедленной съёмке. Он постарался угадать направление бегства улепётывающего пожарника. Спуск плавно вжимается. Остроносая пуля всё же зацепила парня в брезенте, попав тому в бедро, она перебила кость и разорвала артерию. Пожарник рухнул в добром десятке метров от машины, заливая дорогу алым фонтаном. Из-под днища выкатились трое охранников в синей униформе с револьверами наперевес. Они начали бешено оглядываться, ощетинившись стволами табельного оружия. На одно из них легло перекрестье оптического прицела, выстрел разорвал охраннику трахею и вышиб шейные позвонки. Тело распласталось по дороге, раскинув вбок руки. В ответ жахнула пара револьверных хлопков, но эта пальба была скорее жалким истерическим ответом на пулю неведомого стрелка... "Н-да, я далеко не Джон Рэмбо..." - хмыкнул рыжий. Он рассчитывал на точный "хэдшот" по мишени, но отсутствие снайперского опыта давало знать, - "Спасибо, хоть не промазал..." Когда после очередного лязганья затвором Почтовый заглянул в линзы оптики, он увидел бритоголового толстяка-охранника, пытающегося оттащить кровоточащего пожарника, второй секьюрити, в форменной же бейсболке, стоял перед ним, всё ещё водя стволом туда-сюда, будто это могло бы напугать скрытого на таком большом расстоянии "охотника". Через пару секунд обладатель бейсболки повалился с разверстой пробоиной в груди - лёгкий кевларовый бронежилет не удержал мощного винтовочного заряда, легко способного убить матёрого дикого лося, и свинец разворотил жертве аорту и пробил позвоночник. Художник даже мог видеть сквозь прицел реку крови, текущую изо рта охранника. Клик-кланг! Дзинь-дон-дон... На прицел взят бритоголовый охранник, выволакивающий с линии огня раненого мужчину-пожарника. На подмогу ему из-под днища заглохшей красной машины вылез ещё секьюрити, этот был тонконогим плюгавым негром с помповиком в руках - бритый что-то прокричал ему, отгоняя и пытаясь объяснить, что проблема гораздо серьёзнее, чем школьник с взятым без спроса отцовским пистолетом, и тому лучше убраться. Толстяк успел перетянуть ремнём раненому ногу и подтащить к борту авто. Негр вроде не хотел бросать сослуживца и докладывал что-то по рации. А может, на сослуживца ему было плевать и он хотел поиграть в крутого копа с большой пушкой, как в боевиках по телевизору, заодно и отличиться по службе. - Благими намерениями вымощена дорога в чертоги преисподней... - негромко проговорил Почтовый, уголки его тонких губ изогнулись, - И ты, "уголёк", сейчас это поймёшь. Убийца предпочёл более мобильную цель той, что движется медленнее. Прицел аккуратно переведён на чернокожего, пара мгновений на новое прицеливание - художник ввинтил кусок огнестрельного свинца тонконогому в голову, едва тот зазевался. Дробовик полетел вниз, а мозги охранника заляпали бок машины. Щелчок затвора - ладонь в перчатке-мотоциклетке подхватывает один патрон, чтобы вставить его в ствол. Зеленоглазый успел: толстый охранник ещё не исчез из поля зрения, он волок истекающего кровью пожарного. "Зато теперь я избавлю кое-кого от скандалов с женой, забот о том, как долго ещё его дочь пробудет девственницей и не выращивает ли сын в своей комнате марихуану, от каждодневной злобы на мудилу-начальника и, в конце концов, убогой старости в вонючем захолустном доме престарелых... Разве это не радость - избавление от страданий земных?" - задался вопросом Почтовый Чувак, задерживая на полувыдохе дыхание и считая биение своего сердца. Вот и третий удар. Охотничий "Ремингтон" выпустил остроносый снаряд в медной оболочке в бритую голову последнего охранника. Выбрызнувшееся из черепной коробки серое вещество разлетелось вокруг, толстяк опрокинулся лицом в дорожное полотно, выронив потерявшего сознание от кровопотери работника депо. Надо истратить заряды к "винтарю" и сматываться отсюда. Снайперская позиция хороша лишь до той поры, пока не стала слишком заметна. Значит, вскоре следует вновь обрести подвижность, чтобы не оказаться окружённым полицией. Затвор винтовки откинут, норовящие раскатиться патроны сграбастаны рыжеволосым и вставлены в оружие. Ещё три чьих-то смерти. Рыжий осмотрел пейзаж вокруг, немедленно найдя новую мишень. По широкой дороге слева, что под прямым углом заворачивала затем к пожарному депо, катились не спеша пара красно-белых автобусов. Они мерно рычали двигателями, шурша покрышками по шероховатому сухому асфальту; машины были среднего размера, не чета тем громадинам, на которых детишек в школу возят. Судя по логотипам "SMEGINS Co. LTD", в этом транспорте перемещались рабочие какого-то предприятия. - Можете не торопиться, грешнички - с сегодняшнего дня у вас отпуск! - злорадно пробормотал художник, - Вечный отпуск... Парень приподнял винтовку, переставил чурбак левее и сам расположился с разворотом в ту же сторону. Пожарные кончились, да и вообще теперь из депо вряд ли кто сунется. Сквозь линзы мощного прицела "охотник" вглядывался в будущую цель, находившуюся немногим больше пары сотен метров от его собственного лежбища. Чуть подкрутил регулировочные колёсики, подстраивая оптику. Наконец прицельная сетка расположилась центром своим на голове шофёра в белой рубашке и форменной фуражке. Почтовый взялся неторопливо продышивать лёгкие. Едва дыхание успокоилось, стрелок уверенно прицелился по автобусу из "Ремингтона" 700-й модели. Указательный палец художника вжал спуск плавно и легко. Грохнул винтовочный залп. Лобовое стекло переднего в колонне автобуса замутнилось пеленой трещин, изнутри по нему плеснулись красные потёки. Лишённое управления авто плавно замедлилось и встало, не доехав до поворота. С другим автобусом всё обстояло иначе: он заскрипел тормозами, в запоздалом повороте расшиб левую свою фару и угол об задний бампер замершей машины, а затем съехал с дороги и мигом пересёк обочину... Послышался грохот, приглушённый всплеском. Снёсший металлическое заграждение слева дороги, автобус рухнул в глубокий бетонный жёлоб, чтобы нырнуть в мутные сточные воды, что с бульканьем неслись вдаль по канаве, словно быстрая и глубокая река. Зазвучали людские визги и выкрики, кто-то всплыл и сейчас пытался выплыть к краю канавы, кто-то запутался в хаотических мотках бросовых проволоки и телефонного провода, свешенных в воду по милости небрежных монтажников, иные люди не могли выбраться из затонувшего автобуса вообще - о самом транспорте напоминали теперь лишь пузыри воздуха, рвущиеся на поверхность грязной воды. Мужчин и женщин уносил сточный поток - по направлению он шёл в сторону укрытия Чувака и уходил куда-то в огромную бетонную трубу. Оставалось лишь гадать, что будет с выжившими жертвами. Но гадать Чуваку было некогда: он выцелил в окне того автобуса, что остался на дороге, какого-то парня в очках и серой футболке, но тот быстро исчез оттуда, вместе с другими запаниковавшими пассажирами очкастый выскочил в проём уже расколотого кем-то заднего окна. Кто-то выпрыгнул за ним следом в то же окно, ведь как открыть автоматические двери, в нужный момент никто не разобрался. Однако после приземления парень с очками замешкался, неловко захромал прочь от машины - тут его и свалила пуля калибра 7,62. Она вошла в бок туловища, пробила левую почку и разворотила печень, пройдя навылет с понижением траектории, дабы в конце концов тюкнуться в асфальт. Тело рабочего рухнуло, вскоре вокруг медленно растекалась лужа крови. Слетевшие очки разбились где-то в стороне. Смертельно раненый был обречён скончаться менее чем через две минуты от обильного кровотечения и отказа жизненно важных органов. Тем временем в патронник винтовки был загнан последний заряд. Оптический прицел перекрестил последнюю жертву, ею был небритый мужчина в мятом коричневом костюме. Он-то и покинул салон после очкастого, и сейчас недоумённо озирался по сторонам, затем пошёл к кабине рокочущего двигателем автобуса. Внезапно вдалеке заурчал мотором ещё один автомобиль - то был синий джип рейнджерской службы. Прицел выхватил машину, следя за тем, как она катится в сторону красно-белого заводского автобуса - по пути авто чуть не сбило нескольких сбежавших рабочих. Когда джип сбавил ход при виде трупа на дороге, рыжий снайпер перекрестил прицелом шофёра-рейнджера и произвёл выстрел... Свинец ударил водилу в правое плечо, раздробил сустав, после чего прошил спинку шоферского кресла и стесал кусок мяса с голени у бойца, сидевшего на заднем сиденье. Продолжающий глядеть сквозь линзы убийца увидел, как джип рейнджеров свернул в сторону, проехал ещё сколько-то метров, а потом окончательно сбился с курса, врезался углом в стену пожарного депо; по инерции синий автомобиль продолжал двигаться, с громким скрежетом стесывая кирпичную крошку до тех пор, пока не застрял между стеной и бетонной опорой электропередач рядом с депо. "Интересно, парни по тревоге приехали или просто мимо гуляли?" - задумчиво сощурился Чувак. - "Теоретически пожарники могли смекнуть, что к чему, а даже если нет, на номер 911 любой идиот из них мог позвонить, людишки и так туда постоянно трезвонят по поводу и без повода... Сейчас не мешкать, пока эти придурки из машины не полезли." Жаль, последний залп был не смертельным, но из-за риска опоздать с выстрелом пришлось поторопиться. Да и руки "охотника" к этому времени успели порядком одеревенеть от однообразного положения, что вообще могло привести к промаху, не сбавь джип скорость. Наверняка его пассажиры даже не поняли, откуда прилетела пуля. Потом поймут, может быть - люди с военной подготовкой, как-никак... только поздно будет. Боезапас к винтовке Ремингтона М-700 с оптическим прицелом иссяк, и Почтовый Чувак положил "Ремингтон" перед собой. Длинновата, да и без патронов носить её с собой не было бы смысла. Парень подобрал, обмахнул от пыли дужки тёмных очков и, нацепив их на нос, вскочил на ноги. Бронежилет военного образца по-прежнему с ним, из обоих задних карманов брюк торчит по три динамитных шашки. Расстеленный на платформе плащ подобран, Чувак накинул его и быстро отряхнул полы от пыли. - Денёк только начался... - весело проговорил художник, - Засиживаться рано. Пора в атаку! Здесь же, на платформе вверху водяного резервуара располагалось уже приготовленное к бою оружие: художник надел на спину чёрный тканевой рюкзачок - в нём робко позвякивало переложенное тряпицами стекло; ремень полицейского дробовика закинут за левое плечо, автомат Томпсона М1942-А1 рыжий навесил на шею, чтоб пушка висела поперёк живота. В последнюю очередь ладони в перчатках взялись за автоматический карабин Гаранда. Очередной сувенир с фермы. Он был покороче охотничьего "Ремингтона", и чуть легче. Заслуженный и потёртый карабин имел тёмно-коричневые приклад и ложе, заряжался обоймами-рожками по 15 или 30 патронов и мог палить очередями. Воронение местами истёрто и в мелких царапинках, но в целом пушка была внушительной и надёжной. Военный образец, не иначе раздобыт нелегально. Оставив оружие в одной руке, мужчина в кожаном плаще подступил к краю платформы и начал спускаться с верха контейнера по узкой наклонной металлической лестнице, другая рука мужчины скользила сбоку по перильцам. Как только рубчатые подошвы обуви Чувака коснулись земли, художник перехватил карабин "Гаранд" М-2 в обе ладони, затыльник приклада плотно упёрся в плечо. Щёлкнул предохранитель, клацнул-лязгнул затвор старого оружия. - Готово... Теперь повеселимся! - довольно осклабился убийца в кожаном плаще со значками. Он иронично добавил: - Интересно, можно ли этой штукой при ремонте сверлить стенки вместо дрели? В полутора сотнях метров рейнджеры гремели-скрипели бортами покорёженного синего авто, пытаясь вытолкнуть машину из западни, чтоб извлечь тяжелораненого водителя, им на помощь пришли несколько рабочих из автобуса, тем более что с открыванием автоматических дверей уже разобрались и выход был свободен. Правда, большинство при этом предпочитало прятаться в салоне. Один из рейнджеров отличался наспех перетянутой случайной тряпкой прострелянной ногой, на которую прихрамывал. С пушкой наперевес зеленоглазый в лёгком темпе побежал к замершему справа на расстоянии рейнджерскому джипу, вокруг которого суетились люди. Чуть поодаль слева от джипа оставался и стоящий вполоборота автобус, из которого всё же выглядывали пассажиры - их лица виднелись в окнах, кто-то вышел наружу. У заднего бампера двое остолбенело разглядывали мёртвого парня с кровоточащим пулевым отверстием в спине. Мотор автобуса по-прежнему урчал. Пробежав две трети дистанции, безумец открыл огонь. Зазвучала дробно-грохочущая очередь выстрелов. - Хех... а я в вас сейчас дырочек наделаю! - раритетный карабин Гаранда ощутимо дёргался и толкал Чувака в плечо, когда срезал десятью враз выпущенными пулями две фигуры рейнджеров в зелёных рубашках и широкополых шляпах у капота джипа. Один из них, с пышными усами, даже успел вскинуть помповик, но это ему не помогло: пробитые навылет, люди в шляпах размазали свою кровь и серое вещество по решётке радиатора и упали оземь. Первому вояке разорвало грудь, а второму в довесок к дырам в туловище пара пуль попала в локоть, почти оторвав руку. Волонтёры из автобусных пассажиров спрятались за кузов джипа, кроме одной дамы... В автобусе и вокруг него усилилась суматоха. - Помогите, это псих!!! Мочит всех подряд... - раздались вопли среди рабочих, - Спасайтесь кто может! Почтовый преодолел ещё часть пути, чтобы пальнуть в впавшую в истерику темноволосую женщину, что убегала назад, к стоящему в десятке метров заводскому автобусу - две свинцовых болванки прошли мимо, зато ещё пара угодила ей в область лопаток, последняя пробила шею. Беглянка свалилась замертво. По асфальту снова забренчали выброшенные карабином горячие гильзы. По этому последнему выстрелу парень выдернул с характерным щелчком из своего карабина отработанную обойму на 15 зарядов - брошенная, она звякнулась об асфальт. Из левого кармана плаща тут же возникла новая жестянка, уже на три десятка патронов - тронутый царапинами рожок вставлен в винтовку снизу, затвор загоняет патрон в ствол. - Граждане, не суетитесь, на этот раз пуль на всех хватит! - примиряюще сказал Почтовый Чувак, с наслаждением втянув ноздрями кисловатый аромат порохового дыма, - А лучше встаньте в очередь... Стрельба очередями выходила не всегда точной из-за той самой отдачи, зато снаряды были убойными, это видно сразу. Ещё парой выстрелов из "Гаранда" М-2 оказался убит показавшийся в окне автобуса морщинистый мужчина. Стекло лопнуло и осыпалось россыпью осколков, потерявшее равновесие тело заводского служащего обвисло наружу, свесив напрочь разбитую свинцом голову, алые струйки зажурчали вниз, заливая белоснежную обшивку борта авто. - Убивает не оружие... убиваю я! - констатировал рыжий парень. Он стоял, спокойный и неторопливый, мрачно наблюдая бегущих прочь жертв. Можно было бы подумать, что стрелок и люди вокруг него существуют в разных временных потоках и даже разных реальностях. Добровольцы-рабочие возле синего авто рейнджеров встрепенулись, раздался новый истошный визг... В следующий момент короткие очереди прошибли тела упитанных мужчины и женщины у джипа, потом ещё одному, последнему, волонтёру в бейсболке винтовочные снаряды разодрали шею, гильзы бойко звякали по дороге, а человек с потёртым карабином М-2 окончательно приблизился к автобусу, чтобы несколькими одиночными выстрелами завалить ближайших к себе паникующих заводчан. Быстрые ноги не спасли их, хотя один крепыш наоборот кинулся от автобуса к маньяку, пытаясь обезоружить его - он получил от Чувака тычок стволом "Гаранда" в лицо, а потом пулю в грудь. Неслышно зашуршав, дверцы недалёкого автобуса закрылись, что, правда, не привлекло внимания стрелка. Рыжий продолжил расстрел граждан, мчавшихся пешком по дороге. Автоматическая винтовка ритмично и оглушительно хлопала, с мощной отдачей плюясь металлом 30-го калибра - из дула рвались мимолётные всполохи, окружённые сероватой дымкой, гильзы сыпались под ноги. Замена обоймы, и опять стрельба, три рожка с зарядами вылетели за минуту. Художник выгреб из другого кармана новый магазин, нащупав среди россыпи дробовых патронов. В запасе у него водились и рожки на 15, и на 30 зарядов, Чувак взял всё, что нашёл на ферме. На этот раз опять попалась жестянка покороче, значит, 15-зарядная. - Вот теперь вы мне нравитесь. Передо мной идеальные люди, спасённые... спасённые от самих себя. День, когда вы, твари, навсегда остановились на своём грешном пути... - приговаривал безумец, перезаряжая разогретый от стрельбы инструмент истребления. После оглядел путь впереди - кровь расплёскана по асфальту, дорога шла чуть под уклон и потому алые потоки скатывались вниз, выливающиеся из разверстых ран в повалившихся как придётся трупах. Мертвецов было больше десятка, вряд ли кто успел сбежать... Зияющие отверстия и разорванные мягкие ткани, одежда убитых пропитана пунцовой влагой. - ...а ещё я избавил ваш долбанный завод от лишних расходов на выплату заработной платы и пособий по беременности. - закончил свою мысль Почтовый. Его бледное лицо выражало теперь отчуждённость и безразличие. - Покойтесь с миром, дети мои! "Нехилая заваруха получилась... интересно знать, получится ли смотаться до того, как полиция от заправки перекинется сюда?" Парень в плаще пошёл к автобусу, попутно задумчивым взором оглядывая левую обочину дороги. Выхлопная труба продолжала чуть дребезжать, источая невесомые потоки дыма. Зеленоглазый остановился и немного нагнулся к кювету - там продолжал журчать поток сточных вод в жёлобе; оттуда на обочину пытался выбраться насквозь промокший мужчина с ёжиком тёмных волос на голове, за край жёлоба цеплялся ещё какой-то парнишка-мексиканец в порванной клетчатой рубахе. Художник чуть усмехнулся, глядя на пыхтящих людей со вздувшимися от напряжения жилами на шеях: они карабкались изо всех сил. Два залпа из карабина М-2 смяли выживших, сшибив продырявленные истекающие кровью туши назад в воду; каждой жертве досталось по пол-обоймы смерти, и выбитые мощными пулями из плоти багровые фонтанчики забрызгали ботинки убийцы, а также окрасили собой обочину, хотя поодаль и так валялось трое трупов. Мутная вода на минуту приобрела отчётливо-красный цвет, со всплеском приняв в себя мёртвых. - Приятного вам дня! - с таким приветливым пожеланием Чувак опять перезарядил карабин Гаранда, любуясь его тёмным деревянным ложем, чуть истёртым и засаленным, но всё ещё прочным и красивым. Оружие щёлкало, лязгало и звякало металлом, что несомненно ласкало слух "охотника". Мужчина с бородкой обошёл заводской автотранспорт с левого бока, подметив закрытую автоматическую дверь. Кто-то из них догадался использовать автобус как убежище, надо же! Догадался, что снаружи всех их пристрелят, и потому будет лучше залечь в салоне... ни хрена. Это не танк, к счастью. Почтовый Чувак вскинул ствол, обратив внимание на боковые окна замершего автобуса со всё ещё мурлыкающим мотором: стёкла тут же начали лопаться, а нерасторопные люди за ними - падать со сквозными огнестрельными ранениями; рыжеволосый художник палил беспорядочно, отстреливая то несколько зарядов, то только один, но пули редко промахивались из почти упёртого в самые окна ствола. В салоне послышались людские крики и отчаянный женский плач, пока в атмосфере пороховой гари карабин Гаранда М-2 рвал выстрелами воздух, отмечая каждый выпущенный кусок свинца колокольным звоном гильз. Битое стекло сыпалось вокруг, пара осколков даже царапнула Чуваку щёку, а один отскочил от его тёмных очков, хотя парень вообще будто не заметил. Автоматический карабин, избавленный от пустого рожка, перезаряжен и опять открывает огонь, теперь пробивая борт под накрепь вынесенными окнами и буравя присевшую к полу публику, тупоносые снаряды в бронзовой оболочке прорываются сквозь пластик, плоть, кости и металл, иногда рикошетя и разлетаясь на осколки, что порождало ещё большую панику и хаос. - Вот это праздник, вот это салют на чёртов День Независимости, мать вашу! - худощавый парень издевательски засмеялся, кривя сухие губы в ухмылке и вжимая раз за разом спуск, безотказный карабин не уставал грохотать и подпрыгивать у Чувака в руках, - Нравится вам, суки безбожные?! Нет?! Ладно, молчите, я и сам знаю... Когда винтовка опять получила свежую обойму, Чувак прошёл дальше, обогнул автобус сзади, остановился у другого бока авто, чтобы опять начать расстреливать борта и окна, под громогласные залпы салон автотранспорта стал окончательно расписан дырами и завален обезображенными трупами, а также истекающими кровью тяжелоранеными заводчанами. Ещё через полминуты автобус был мёртв. - Аминь. - рыжеволосый парень крутанул затёкшей шеей, с хрустом размяв свои позвонки. Нарастающее вытьё сигнальных сирен. Пожарная машина, застрявшая в воротах депо, всё ещё ревела сиреной, но сейчас звук шёл не со стороны депо - оно было за спиной Почтового, а эти сигналы выли впереди по дороге, плюс отличался тональностью - эти сирены принадлежали полицейской машине. Или двум. Что ж, вот и ответ на недавний вопрос самому себе. Нет, не про дрель, а про уход из промзоны до прибытия копов. Придётся импровизировать. Он вернулся к кромке придорожного кювета у дороги. Опустевший карабин "Гаранд" художник швырнул в подёрнутые радужно-сизой химической плёнкой глубины стремительных сточных вод. Патронов к этому оружейному раритету с Вьетнамской войны в городе вряд ли найдётся, это тебе не 9-миллиметровые заряды, кои у каждого "фараона" найти можно. Железка хорошо послужила и теперь отправится на покой. Не черта полиции лишние улики оставлять. Почтовый Чувак взялся за всё ещё висевший у него поперёк живота пистолет-пулемёт "Томпсон" М1942-А1 и отошёл за автобус. Начинается веселье! ____________________________________________________________________________