Just my kitty, right?

Маринетт проснулась от противного звона будильника. А это значит, что уже утро, надо просыпаться и идти в школу. Жаль, под одеялом так тепло. «Стоп, на мне же нет простыни!» Темноволосая хотела повернуться, но внезапно её спина упёрлась в чью-то грудь. Внутри всё мигом похолодело. Взгляд голубых глаз невольно опустился ниже и взору предстала рука с перстнем, обхватывающая её талию. В голове смутно возникли вчерашние происшествия: душ, мрак, рука без перчатки… Так это Кот такой тёплый. Она лежит в одной кровати с Котом Нуаром. Кот Нуар спит и ничего не подозревает. Более того, этот Кот сейчас без трансформации прямо у неё за спиной. Маринетт чувствовала, как мерное дыхание мальчика опаляло её шею. Она вновь посмотрела на его руку, всё ещё сжимающую девушку в объятиях. Так вот, оказывается, какая она. Большая и крепкая. А кольцо серебряное. «Я думала, чёрное…» — подумала синевласка, сдерживая внутреннее волнение. Его шелковистые кудри приятно щекотали кожу. Маринетт протянула руку сзади и прикоснулась к ним. По телу прошла дрожь: пальцы не ощущали привычных накладных ушек. Ну конечно. Кот ведь сейчас парень. Вернее, он всегда им был. Но раньше на его взъерошенной голове всегда смешно торчали чёрные уши, которые ей нравилось почёсывать, доставляя напарнику удовольствие. И ещё был хвост. Который, наверно, тоже исчез вместе с трансформацией. Как непривычно. Маринетт запустила пальцы в мягкие волосы и по привычке почесала. Сколько раз она так делала? Немало. Особенно в последнее время. Вообще, многое поменялось за эти месяцы. И её отношение к напарнику не является исключением. Нуар стал ей намного ближе, дороже. Нет, вы не подумайте, что она не дорожила им раньше. Маринетт всегда твердила, что Кот один из прекраснейших людей, с которыми ей довелось встретиться. Конечно, он ей нужен. Как партнёр, помощник, советчик, собеседник. Несомненно. Они одна команда, и ЛедиБаг очень ценит своего лучшего друга. Вся беда в том, что у героини Парижа не хватает времени на выслушивание каламбуров и свидания, на которые её приглашают неоднократно. И она отказывала. С усмешкой на лице, с усталостью в душе — но отказывала. Маринетт была не менее загруженной в повседневной жизни, чем своё альтер-эго. Одна пекарня чего только стоит. Нередко приходилось подменять родителей на работе. Школа, домашние уроки тоже отнимали немало сил. А ей ещё нужна уйма энергии для спасения горожан и творческого времяпровождения за созданием новых дизайнов. Герой героем, а о личной жизни забывать не хочется. Кот уже давно наведывается к Маринетт. Она единственный человек, способный исцелить его разбитое сердце, как он выражается. Отказы Леди, должно быть, порядком задолбали Нуара. Может, поэтому он так часто ходит к ней? Во всяком случае, темноволосая твёрдо знает, что ему не нужно личное приглашение. Она готова встретить своё лохматое счастье в любое время и выслушать целую ленту жалоб. Кот часто скулит о том, что ЛедиБаг не замечает его преданной любви к ней и что попытки пригласить на свидание ещё ни разу не увенчались успехом. Маринетт лишь смеялась, скрывая глубоко в душе сочувствие к этому отчаянному романтику. Она давно полюбила его каламбуры, пускай порой и глупые, и неуместные. Да, раздражает, конечно, когда во время боя тебе хвастаются наличием девяти жизней. Но всё-таки это же Кот. В этом вся его сущность, и она приняла её такой. Ей всегда казалось, что подкаты к её второй личности всего лишь лёгкое увлечение, а не какая-нибудь подростковая влюблённость, что попытки флиртовать не таят в себе ничего серьёзного. Маринетт и в голову никогда не приходило, что ЛедиБаг является для Нуара целым миром, полный детской радости и чистой красоты. И она бы так и не узнала об этом, если Кот сам однажды не признался ей там, на мосту. Маринетт не может без боли вспоминать этот случай. Непрошенная слеза уже показалась из-под тёмных густых ресниц. Она медленно провела мокрую дорожку к носу, скатилась вбок по щеке и упала на подушку, оставив памятный след. Маринетт никогда раньше не разбивала мальчикам сердца. Ведь до этого ей не приходилось сталкиваться с откровенным признанием на фоне мерцающей Эйфелевой Башни. А он сделал это. Признался. Собрал все необходимые силы и вылил всё, что лежало на душе и так тяготило её. Очень сложно принять отказ любимого человека, за которым готов пойти на край света. Но Кот, как храбрый Рыцарь, не расплакался на месте и лишь улыбнулся, сказав, что подождёт. Подождёт… Неужели он не устал? Не устал ждать так долго? Как у него хватает столько терпения и силы воли? Ведь это, должно быть, больно: видеть яркий луч света совсем рядом и не имея шанса воспользоваться его теплом. Да, больно. Уж кому, как не Маринетт, знать все тягости безответной любви. Столько времени она отдала Адриану Агресту — своему принцу, в которого влюбилась по уши. Это просто замечательный мальчик. Модель, отличник, добрый, красивый, отзывчивый… В него просто невозможно не влюбиться. Конечно же, притягательная внешность тоже влияет на многое. Всё-таки общаться с симпатичными людьми всегда приятно. Особенно, когда речь идёт о воспитанном благожелательном однокласснике. Но Маринетт так и не познала всю прелесть общения с ним. Она не может элементарно нормально поздороваться. Что уж там говорить о каких-то дискуссиях. Тем не менее, даже простое «привет» от него вызывает бурю эмоций, земля уплывает из-под шатающихся ног, а язык предательски прилипает к гортани. Одна лишь тёплая улыбка может заставить её трепетать от волнения и счастья. Любовь — прекрасная вещь. Но даже она способна причинить боль. Адриан никогда не приглашал её на свидания. Маринетт часто не засыпает ночью, думая о том, как предложит предмету своего обожания сходить куда-нибудь вдвоём. Но стоит ему на следующий день только взглянуть на неё своими пронзительными зелёными глазками, как заученные слова вмиг улетучиваются из памяти и в голове остаются одни междометия. В итоге получается какая-то бессвязная речь. Маринетт даже в некотором смысле завидовала Коту Нуару, который легко приглашал на свидание свою Леди, несмотря на то, что любит её. Он не заикается перед ней, а наоборот, ведёт себя довольно раскрепощённо и свободно. Фразы, стрелой вылетающие из его уст, не таят в себе даже малейшего намёка на смущение. И если Кот иногда и чувствовал волнение, то очень умело это скрывал. Маринетт крепче сжимает руку, покоящуюся на её талии. Вот почему, почитая всеми обожаемую ЛедиБаг, он признался ей? Нуар вновь и вновь повторял, что его сердце принадлежит лишь его Леди. Тогда… зачем? Может, отказы гордой героини наскучили ему, и он предпочёл доверчивую дочку пекаря вместо того, чтобы бегать за недосягаемой Божьей Коровкой. Или он просто в курсе, что она и есть та, кто разбила ему сердце. Тело синевласки, как ни странно, даже не дрогнуло. А ведь раньше она всегда боялась за свою тайну личности. На самом деле, темноволосая бы вовсе не испытывала страха из-за того, что напарник раскроет её. Если б, конечно, не боялась увидеть на его лице разочарование. Маринетт готова на всё, лишь бы этого не произошло. Она всегда считала себя ниже других. Редким исключением являлась Хлоя. Уж кого-кого, а заносчивую Буржуа она точно превзошла. Маринетт понимает, что не хорошо чересчур занижать свою самооценку. Но что поделать, если ты неуклюжая робкая заика? Никто в целом мире не сказал бы, что она ЛедиБаг. А если бы и нашёлся такой смельчак, то люди бы точно покрутили у виска пальцем. ЛедиБаг была той, кем хотел стать каждый. Маринетт тоже хочет быть похожей на неё. Она стремится к этому идеалу. Но знает, что это невозможно. В повседневной жизни Маринетт происходит слишком много нелепых ситуаций. ЛедиБаг всегда знает, как выкрутиться. Маринетт спотыкается почти на каждом шагу. ЛедиБаг никогда не позволит себе опозориться перед напарником и приземляется с невероятной грацией. Маринетт робка и мила со всеми. ЛедиБаг более открытая и уверенная в своих действиях. Неудивительно, что Кот Нуар запал на неё. Дюпен-Чен почувствовала, как хватка блондина усилилась. Сердце невольно содрогнулось от ощущения близости. — Моя Леди… — с улыбкой пробормотал Нуар и зарылся носом в синие пряди. По лицу темноволосой с новой силой потекли слёзы. А на что, на что она надеялась? На то, что он полюбит её — беззащитную, скромную, обыкновенную девочку? Маринетт усмехнулась сквозь солёные капли. Глупости. Какая-то её часть желала, чтобы Кот предпочёл простую, ничем не примечательную дочку пекаря. Конечно, ей не хотелось, чтобы он оставил влюблённость в ЛедиБаг. Иметь привлекательного, преданного поклонника на своей стороне всё-таки как никак льстит девичьему сердцу. Но ведь каждой девушке хочется, чтобы её полюбили за то, что она есть. Тем не менее, это лишь безответные желания. «Никто не предпочтёт меня ей…» Но ведь он сам сказал, что она ему нравится. Сказал ведь! Он не мог просто взять и соврать. Или мог? «Нет!» — и руки сильнее обхватывают тёплую ладонь. Неужели это ничего не значит? Неужели её тайна раскрыта, и супергерой, пользуясь возможностью быть поближе к напарнице, стал заходить к ней чуть ли не каждый день? Неужели всё обстоит именно так… Грустно, всё-таки, что тебя любят только потому, что ты ЛедиБаг. ЛедиБаг была символом удачи, героем, идеалом и мечтой многих парней во всей Франции. И Кот Нуар тоже являлся таковым. Сказать, что ему повезло больше, чем остальным, и что у него больше шансов, нельзя. Божья Коровка не подпускала к себе ни одного мальчика, в том числе и своего напарника. Она была готова отдать себя лишь одному единственному человеку. Конкретному блондину с небрежно раскинутыми волосами и зелёными глазами, так сильно пленяющими. Но сознание шептало, что это неправильно. Опять же факт, что её примут, исключительно как соблазнительную героиню, мучил и доводил до головной боли. Даже здесь она установила границы. ЛедиБаг всегда была очень одинокой. Да, её окружали бесчисленные фанаты. Да, она радовала своим присутствием каждого гражданина, стоит только пролететь мимо него. Да, многие лишь мечтают о Дне Святого Валентина, на котором, возможно, удача улыбнется им и Леди не откажет. Но при всём при этом чувство одиночества никак не покидало её и буквально пожирало изнутри. Кот с вечными каламбурами изрядно надоедал. И даже его самые искренние на вид признания не могли устранить это прискорбное ощущение. Тем не менее, даже в таких ситуациях Нуар всегда был рядом. Пускай и доставал чутка, пускай безуспешно старался развеселить, но главное — он рядом. Близко. Навечно. «В любой момент и час…» Маринетт прикрыла глаза и прислушалась к мерному посапыванию Кота. Она знала, что будильник прозвенел ещё полчаса назад. А значит, нужно срочно вставать с постели. Но ей кажется, что если она встанет, его рука испарится. Как приятно лежать в обнимку с таким хорошим мальчиком, как Кот. Вернее, с таким дерзким, временами смешным, порою нахальным, милым Котёнком. Она просто хочет побыть так ещё немного. Совсем чуть-чуть. А потом встанет и пойдёт умываться. Честно. Внезапно Нуар сзади вновь заворочался. — Моя… Синевласка сразу поняла, что за этим последует. Тут даже раздумывать не надо. Интересно, чем она занимается в его сне? — Моя… — донёслось невнятное бормотание. Похоже, продолжать он не собирается. Ему достаточно, что она принадлежит ему. «Твоя, твоя Леди…» — мысленно успокоила его темноволосая, закатывая глаза. — М… моя Маринетт… Моя… Голубые глаза широко распахнулись. Может, ей просто послышалось. — Маринетт… сюда… со мной… Сильные руки крепче прижали её к своей груди. — Ко мне… «Иду…» — пронёсся туманный ответ в голове. — Маринетт… люблю… Слёзы снова хлынули из глаз. Да, она плакала. Но от счастья. Он думает о ней. Даже во сне. Он вновь признаётся ей. Даже во сне. Он доказывает, что любит ничем не примечательную девочку. Даже во сне. И пускай она всё ещё влюблена в другого. Пускай она будет метаться между двумя лучшими людьми на этой планете. Это случится потом. А сейчас… нужно лишь наслаждаться тем, что тебя любят такой, какая ты есть. Маринетт улыбнулась сквозь слёзы. Она провела рукой по лохматой голове того, кого не видела. Какое у него лицо? «Наверно, красивое…» — промелькнула мысль, заставляя щёки покрываться румянцем. Наверно. Девушка кинула взгляд на будильник и — о боги! — пора вставать, иначе не миновать головомойки от мадам Менделеевой. — Маринетт. «Он всё ещё грезит…» — Я глаза открыл. — … Маринетт огромными глазами отчуждённо буравила взглядом стену. — Ты проснулся? — Да. «Он проснулся.» — Доброе утро, — нежно промурлыкал Адриан и ласково провёл носом по девичьей шее. — Ага. Д-доброе. Кто просил её заикаться? — Ты хорошо пахнешь, — Маринетт вздрогнула, почувствовав тёплые прикосновения языка на своей шее. — Очень вкусная~ — К-кот… — Сладкая… — Кот, перестань. Мы с тобой ещё не… — Ты же любишь меня. Ну вот. Приехали. — И что? Это реально было единственное, что она могла сказать? — А то, что я тоже люблю тебя. Язык трепетно лизнул мочку. — И скрывать этого не собираюсь… Он куснул её за ушко. — Ой… К-кот… Всё. Х-хватит. Ну Кот! — М? — Мне надо в школу… — Пф-ф… Адриан нехотя отпустил её и отдалился. — Накинь на себя одеяло, — приказала Маринетт. — Зачем? — Хочешь, чтоб я тебя увидела? — Я был бы не против, конечно, но… Дюпен-Чен не дала ему договорить и живо набросила на мальчика одеяло, не забыв при этом зажмуриться. «Легче всё сделать самой.» Из глубины донеслось невнятное бормотание. Темноволосая хихикнула и вскочила на ноги. — Я сейчас поищу тебе запасы камамбера. Должно быть, мама знает, где он находится. Надеюсь… Она захлопнула люк, оставив напарника наедине с раздумиями. Адриан осторожно высунулся из-под одеяла. — Плагг… — позвал он. — Пла-агг… — Отстань. Поздно вспомнил. Блондин вздохнул. — Иди ко мне, лезь сюда. Сейчас тебя накормят. Из дальнего угла загорелись зелёные глазищи и хитро прищурились. — Камамбером, — закатил глаза Агрест. Квами не трогался с места. — А кто у нас хочет ку-ушать? Кто это у нас вечный обжора? М-м, вот принесёт Принцесса сыр и я его весь слопаю. — Чтоб ты им подавился… — пропищал голосок, и котик вылез из убежища. — Ты мой камамберчик хорошенький, — мило улыбнулся мальчик и засмеялся над реакцией друга. — Похоже, у кого-то поехала крыша после ночных обнимашек. — Похоже, у кого-то настроение испортилось от голода. — Я вхожу! — послышался весёлый голос Маринетт. — Стой!!! Квами и хозяин крикнули почти одновременно, но этого было достаточно, чтобы люк мгновенно захлопнулся. Адриан зарылся с головой в одеяло, в то время, как Плагг последовал его примеру. — Можно? — неуверенно постучалась темноволосая. — Да-да-да, входите. Господи. Что за формальности? Это же не Натали, в конце-то концов. Кажется, он слишком много времени провёл в своей роскошной усадьбе. Маринетт осторожно вошла в комнату и, увидев большой комок одеяла, облегчённо вздохнула. — А вот и твой камамбер. Еле выпросила. Внезапно комок зашевелился и оттуда стрелой вылетел чёрный ушастый котёнок, который больше напоминал чертёнка. — Ах, ты мой ненаглядный! — произнёс Плагг, обнимая излюбленное лакомство. — Господи… — простонало «одеяло». — Это твой квами? Плагг? — спросила шокированная Маринетт. — Да, — ответил Адриан, — и как видишь, его интересует лишь сыр. Так что, можешь даже не пытаться с ним познакомиться. Спустя пять минут комната озарилась зелёной вспышкой, и Кот Нуар в привычном для Маринетт обличии слез с кровати и потянулся. — Ох, да, блаженство… — пропел герой, потирая шею. — Намного лучше, — поддакнула синевласка, — а теперь беги домой, иначе я опоздаю. Нуар бросил недоумённый взгляд на часы и его спину пробрал холодок. «Боже, я же тоже опоздаю, если не поспешу! Натали сейчас пойдёт будить меня…» — Ну, было очень приятно провести с тобой вечер, Принцесса. Но Рыцарь вынужден покинуть свою красавицу. Маринетт слегка покраснела от последних слов. — Да-да, ты красавица, — подмигнул Кот, прочтя её мысли. Он заставил девушку в миллионный раз закатить глаза. — Позвольте поцеловать вам руку, — промурчал Нуар, а затем прикоснулся губами к тыльной стороне её ладони. — Иди уже. Напарник отсалютовал двумя пальцами на прощание и выпрыгнул в окно, не забыв совершить тройной переворот в воздухе. Маринетт добродушно усмехнулась и посмотрела на свою квами, вылезшую из укрытия. — Что? — Ничего, — довольно протянула Тикки, почему-то хитро щуря глазки.