Just my kitty, right?

— Ах, кровать, я люблю тебя! Маринетт плюхнулась на мягкое ложе и тут же почувствовала себя самой счастливой в мире. После сегодняшнего недоразумения в школе постель осталась единственным понимающим другом. Ах да, и Тикки, конечно. — Устала? — осведомился тихий голосок. Девушка посмотрела на квами с улыбкой. Приятно, когда о тебе заботятся. — Немного. Но я держусь. — Я вижу, — захихикала та. — Ох, нет! — Что такое? — Я вспомнила, что сегодня мне нужно приглядеть за Манон! — Идеальное завершение дня. Маринетт обречённо замычала в подушку. Нет, она любила детей, очень сильно, в том числе и своего буйного «ангела». Но сейчас не было абсолютно никакого желания бегать за маленькой проказницей по всему дому. — Уверена, ты справишься, — произнесла Тикки свою заветную фразу. — Надеюсь… — Оберегать малолетнюю девочку не самое страшное, что тебе приходилось делать. Ты же боролась с Акумами, а теперь боишься присмотреть за ребёнком? — Да, Тикки, ты права… — вздохнула темноволосая, — я, наверное, просто переутомилась. Мне нужен небольшой отдых, пока Надья Шамак ещё не пришла. Она взяла с полки интересную книгу и устроилась поудобнее в кресле. Квами зарылась в её спутанных волосах, иногда здесь довольно приятно вздремнуть. В полном молчании прошёл час. Тишину нарушало лишь однообразное тиканье будильника. Строчки разбегались в разные стороны перед голубыми глазами, буквы двоились и прыгали. Маринетт почувствовала, как потяжелели её веки. Книга выпала из рук, а голова опустилась на стол. Она заснула. Внезапно послышался звон разбитого стекла. Девушка мигом вскочила от неожиданности. Тикки отлетела подальше от происшествия, а сама Маринетт протёрла глаза. Увиденное не показалось ей необычным, но тем не менее… это было странно. — Так, где этот пёс? — громко заявил Кот, потирая ушибленное место. — Моя ваза… — огорчённо проговорила синевласка, бросая жалостливые взгляды на оставшиеся черепки. — Он здесь, да? — Нуар проигнорировал её вздохи и заглянул под стол. Темноволосая инстинктивно поджала ноги. «В смысле, о чём он?» — Кокосик, не притворяйся! Я прекрасно знаю, что ты где-то его прячешь. — Кого прячу? — недоумённо похлопала глазами девушка. — Этого самозванца. — А? — Маринетт, клянусь, если я найду его в твоём шкафу… — Да что ты такое говоришь? Объяснись, в конце концов. — Ах, это я должен давать объяснения? — вскинул руки Нуар и подошёл к шкафу, — Ну-ка, посмотрим, что у нас здесь… Он открыл створки. Тут же посыпались всякие журналы, вырезки, постеры с… Адрианом Агрестом? — Никого, — деловито вынес вердикт супергерой и вновь осмотрелся. Маринетт поняла, что чаша терпения уже переполнилась. Возмущение нахлынуло вместе с непониманием. Как?! Трогать её вещи без разрешения. Хорош парень, нечего сказать. — Кот, если ты сейчас не прекратишь, я… — Слушай, просто признайся мне, я больше ничего не прошу. — Признаться в чём? И зачем ты нюхаешь моё бельё?! Кот тут же закинул деталь гардероба обратно. Он открыл тумбочку для того, чтобы проверить её, но… не удержался. — Почему ты так странно себя ведёшь? — Я веду себя странно? Да ну! — Что тебе нужно от меня? — Я всё равно его найду, Принцесса. С твоей помощью или без. — Кого?! — Собаку эту паршивую!!! Разум Маринетт практически отключился. Нуар продолжил рыться в её вещах, покуда она впала в ступор. Мозг медленно переваривал услышанное. И тут ослепительная догадка поразила сознание. — Погоди… Ты думаешь… что я тебе изменяю? — отстранённо осведомилась девушка. — Ага! И ещё с псом каким-то! На смену тормоза пришла ярость. — Как ты мог такое подумать?! Ты, ты, противный, гадкий, ненавижу!!! — Дюпен-Чен схватила брызгалку и не спеша направилась к Нуару, — Ворвался в мою уютную комнату, поставил всё вверх дном, да ещё и посмел меня обвинить в измене! Я считала, что ты мне доверяешь, я любила тебя, а ты… Грозный вид оружия не хило напугал Кота. Он сразу догадался, что Маринетт всё неправильно поняла. Вернее, поняла, но не так. Нужно как можно скорее исправить ситуацию, пока она полностью не вышла из-под контроля. А если быть точнее, пока Нуар ещё жив. — Постой, кокосик, я не это имел ввиду… — М-м-м, серьёзно? — Да-а… — То есть, по-твоему, я дурочка? — Нет, ты не дурочка! — А кто я? Для тебя, Котёнок, кто? — Несомненно, моя самая-самая прекрасная, незаменимая, неотразимая, идеальная, умная, сексуальная девушка… — блондин потихоньку отступал, продолжая тянуть время. — Хорошо ты пользуешься своим языком, — облизнулась Маринетт. — Что? Нет-нет! Чистая правда! Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю! — взгляд то и дело переводился с её лица на брызгалку. — Я тоже, Кот, поверь. Но такое поведение тебе явно не к лицу. Придётся его исправить… — Ай, не-не-не!.. Не надо-о-о!!! А, а! Звуки шипящей воды оглушили комнату. Маринетт умело действовала предметом устрашения, а Нуар бешено сопротивлялся, как кот, которого пытаются помыть. Но брызгалка была сильнее. Парень закрыл лицо руками, смиренно ожидая окончания игры. Бесполезно. Вода намочила бубенчик и потекла по шее. Девушка прекратила мучить жертву после того, как Нуар начать сплёвывать. — Нравится? — победоносно спросила она. — Я обязательно пожалуюсь на вас, миледи, за жестокое обращение с питомцами. — Пф, признаёшь себя поверженным животным? — Я весь мокрый! Маринетт снова фыркнула и достала полотенце. «Сейчас мы тебя высушим…» Накинув его на голову героя, она принялась скоренько тереть и без того растрёпанную светлую шевелюру. Тем не менее, даже после такой усердной процедуры вид у Кота был не ахти. Отвернувшись от девушки к стене, он надулся и сложил руки на груди. — Эй, обиделся, что ли? Кот молчит. — Нуар, серьёзно? — Маринетт усмехнулась, — Хватит выпендриваться. Вставай уже. Молчит. — Ну что ты начинаешь? Не смешно… Я… я сейчас снова тебя забрызгаю! — странно, даже угроза не помогла, — Эй, храбрый Рыцарь, не время шутки шутить! Твоя Принцесса нуждается в тебе. — … «Ничего себе!» — А ещё совсем недавно говорил, что никогда не откажешь Принцессе, когда ей понадобится помощь. Я могу снять тебя с этой должности! — лёгкий толчок ногой не даёт никаких результатов, и Маринетт прибегает к крайним мерам, — Всё понятно… Она сделала паузу. — Тебе больше не нужен кокосик… Да и зачем? Я лишь пустышка. Простая девочка, с причудами и ужасной неуклюжестью. Кому это надо? — темноволосая так заигралась и прониклась чувством, что голос на последней фразе задрожал. Но Кот всё ещё не отзывается. Ладно. — Ты оставил меня, так и не сказав ни слова. Всё бы ничего, да вот… Принцесса останется без своего верного, храброго, мужественного, прекрасного Рыцаря, — спина Нуара дрогнула, а Маринетт, на секунду ухмыльнувшись, продолжила, — Ей будет очень грустно, и скучно, она не переживёт, если он уйдёт. Ведь это такая большая утрата. Некому больше обо мне позаботиться… — она томно вздохнула. Кот держался из последних сил. Если Дюпен-Чен считает, что выиграла, она глубоко ошибается. — Я даже круассанов напекла. Эх, кто ж их теперь есть-то будет?.. — Я!!! Ошарашенная реакцией, Маринетт даже не оказала сопротивление, когда Нуар набросился на неё с поцелуями. Опомниться ей дал лёгкий укус в области шеи. — Ой… всё, хватит! Д-давай прекратим… Кот, облизнув губы, отстранился. «Ох, не ожидала от тебя такого». — Я люблю удивлять, — самодовольно муркнул тот. «Особенно, если ты мне это позволяешь…» — Тебя легко провести, — развела руками синевласка. — Поверь, это не так. — Ха, я ведь только что… Постойте. Маринетт подозрительно прищурилась и в упор посмотрела на парня. — Что? — Когда я говорила, что мне будет без тебя грустно, ты молчал, как рыба. А когда сказала, что приготовила круассаны… — она замолчала, словно о чём-то догадалась. Кот почувствовал себя очень неуютно под прожигающим в нём дыру взглядом. — Ты любишь выпечку больше, чем меня! — возмущённо ахнула Маринетт. — Что?! Принцесса, нет! То есть, конечно, ты готовишь мурркрасно… — Как ты смеешь каламбурить в самый разгар скандала?! — Да у нас скандалы из-за каких-то мелочей, ссоримся по всяким пустякам! — воскликнул Нуар, — Сначала от того, что ты завела собаку, теперь… — Стоп, как ты сказал, повтори? — Эм, мы ссоримся по пустякам и… — Нет-нет, после этого, — перебила девушка. — Я разозлился, что ты завела собаку… — смущённо признался Нуар. — Собаку?! — Ты сама так говорила! — Да, но… Э-эй, а ты откуда знаешь? — А-а… чуткие уши? — Кот. — Принцесса? — Ты следил за мной? — Нет… Иногда… Маринетт обречённо вздохнула. Порой герой выводит её из себя своими странностями. Как она умудрилась влюбиться в этого милого идиота. — Я думала, что под «собакой» ты подразумеваешь другого парня и обвиняешь меня в измене! — Я бы никогда так не сделал. И ты никогда бы мне не изменила. Уж больно я крут, — поиграл бровями блондин. «Кто б сомневался». Теперь он мог спокойно выдохнуть. Никакого пса-фокстерьера Маринетт не завела. Ну и слава богу. Ей с одним Котом сложно справиться. А пёс… «Противный, нечистоплотный, невоспитанный…» Пока Нуар мысленно проклинал несчастную породу, темноволосая размышляла. «Он начал ревновать, когда узнал, что у меня якобы появилась собака» — пронеслось в её голове, и она не смогла сдержать улыбку. Какой же он всё-таки странный. — Кстати, ты не забыла о моей компенсации? — прервал мягкий баритон. — О чём ты сейчас? Словно маленький ребёнок, Кот состроил обиженную моську и показал пальцем на брызгалку. — Как я могла забыть? — Маринетт театрально закатила глаза, на что юноша ухмыльнулся, — Тёплые объятия тебя устроят? — Не-а. — Чмок в носик? — Нет. — В губы? — она покраснела. — Соблазнительно, но нет. — Нуар, ты меня пугаешь… — Ничего особенного, Принцесса. — Скажи уже! — Ты говорила, что приготовила круассаны… — Так я и знала!!! Маринетт шлёпнула его по руке и демонстративно уселась на кресле, повернувшись спинкой к парню. Тот сунулся к ней с извинениями. — Ну Маринетт, мне просто нравится твоя выпечка. — Конечно! Я предлагала объятия, поцелуй… Из всех вариантов ты предпочёл этот. Раньше мне казалось, что я нравлюсь тебе лишь потому, что я ЛедиБаг. Но я ошибалась… — Дюпен-Чен мило улыбнулась и процедила, — Ты привязался ко мне не только из-за неё… — Естественно, я полюбил тебя за душу. — И за круассаны! Люк громко хлопнул, издав грохот. Пара тут же оглянулась на шум и увидела то, что меньше всего хотела бы. Перед синеволосой девушкой и защитником Парижа стояла Манон. И судя по выражению лица, она немало удивлена событиями и без объяснений точно не уйдёт.