Тысяча миль

Tove Lo — Thousand Miles

      Пот выступает на лице уже который час, но Гарри не обращает на него никакого внимания. Его ботинки уже давно промокли насквозь, но воды в них меньше не становится — он бежит по лужам абсолютно игнорируя всё и всех на своём пути. Больше нет сил бежать, но вспоминая то, зачем он это делает уже который час, силы находятся за считанные секунды, и он будет продолжать бежать до тех пор, пока они вновь не исчезнут. Прошло 8 часов с той ссоры между Гарри и Найлом, во время которой кудрявый настолько разозлился, что дал своему парню пощёчину. Он, конечно, осознал что натворил, но было уже поздно — голубоглазый собрал свои вещи и ушёл, оставив Стайлса в гордом одиночестве. Телефон Найла остался на столе и только лишь одному богу известно, куда он мог деться. На душе у Гарри стало неспокойно и он начал звонить друзьям блондина, но те не имели ни малейшего понятия, где он мог находиться. Вдруг телефон, который побывал в руках у Стайлса за последний час рекордное количество раз, завибрировал, и Гарри ломанулся к нему быстрее ветра. — Прошу прощения, это Гарри Стайлс? — нервно спросил мужчина лет сорока, если судить по голосу. — Да, — с недоумением ответил кудрявый, — а что слу… — Мы нашли блокнот парня, сбитого машиной, в котором были Ваше имя и номер, — практически на грани срыва протараторил мужчина, — он в критическом состоянии, мы везём его в больницу на Грейд Ормонд Стрит и если вы с ним знакомы, то скорее… Гарри выронил телефон и схватив пальто, побежал к выходу. Был поздний вечер, улицу с трудом видно, да и в глазах лишь прыгали мушки. Кудрявый выскочил на дорогу, в надежде найти кэб или, хотя бы, попутку, чтобы побыстрее добраться до Грейд Ормонд Стрит. Свет ярких фар ослепляя, ударил в глаза, отчего Гарри зажмурился. Чёрный автомобиль D-класса остановился возле разнервничавшегося Стайлса. — Куда ве… — Больница на Грейд Ормонд Стрит и побыстрее, — Гарри дёргает ручку на двери машины, но та не поддаётся. — Не спеши так, парень, сначала скажи за сколько везти, а уже потом залезай. Гарри начал судорожно рыться в карманах и нашёл какие-то деньги. — У меня только два фунта, пойдёт? — Пацан, ты что, прикалываешься? — с усмешкой произнёс мужчина, — это маловато для такой дороги. — Хорошо, сколько нужно? -раздражённо выпалил кудрявый. — Хм, — мужчина прикрыл глаза, оглядывая кудряшки Стайлса, — четыре фунта. — Четыре фунта?! — удивлённо выкрикнул Гарри, — у меня столько нет. — Ну, тогда прости, ищи другую машину в этом «оживлённом» районе. — Послушайте, вы не понимаете, у меня… — Это не моё дело, четыре фунта или иди пешком. — У меня не так много времени, а туда идти только три часа. Мужчина пододвинулся ближе к окну: — А ты беги. После этих слов, окно пассажирского сидения закрылось и от чёрного автомобиля остался лишь выхлопной газ, который окутал Гарри с ног до головы. Невольно по его щеке покатилась слеза, он понимал, что может не успеть. Он может опоздать, но он должен попытаться. Он должен. Гарри быстро повернул голову в сторону дороги, которая была не такой уж и длинной, но в данной ситуации казалась бесконечной и побежал, побежал со всех сил. Адреналин подбавлял ему сил и казалось, что он бежит быстрее кого-либо, но на самом деле, этой скорости было недостаточно. Недостаточно, чтобы успеть увидеть блеск в глазах Найла в последний раз, чтобы успеть прикоснуться к его тёплой коже, чтобы сказать ему три слова, которые он так любил слышать. Чтобы услышать его голос, который скажет ему те же три слова. Пот выступает на лице уже который час, но Гарри не обращает на него никакого внимания. Его ботинки уже давно промокли насквозь, но воды в них меньше не становится — он бежит по лужам абсолютно игнорируя всё и всех на своём пути. Больше нет сил бежать, но вспоминая то, зачем он это делает уже который час, то находит их в себе за считанные секунды, и он будет продолжать бежать до тех пор, пока силы вновь не исчезнут. Гарри бежал, превосходя свои возможности, он бежал, бежал, бежал, бежал не останавливаясь, преодолевая все препятствия на своём пути, будь то те же лужи или светофоры, на которые Гарри так же не обращал внимание. Он пробежал уже очень много, очень. Словно тысячу миль, чтобы вновь быть с ним. Но изнеможение сыграло свою роль — Стайлс больше не мог бежать, он был изнурён и очень слаб. Он остановился на перекрёстке, оперевшись на дорожный указатель, тяжело и глубоко дыша. Болело всё, что только можно: ноги, селезёнка, сердце. Гарри закрыл глаза, поднял голову вверх и выдохнул от безысходности, как вдруг он посмотрел на дорожный указатель «Грейд Ормонд Стрит», который указывал в обе стороны дороги, что означало, что он уже совсем близко к цели. К Найлу. Он побежал налево, молясь на то, что больница находится именно в этой стороне. И он был прав, среди уличных фонарей выглядывала белая надпись, которая гласила, что кудрявый прибыл на место. Вбежав в больницу, он подлетел на стойку регистратуры и быстро начал засыпать вопросами дежурную медсестру. — К вам несколько часов назад поступил молодой человек, Найл Хоран. Где он? Как он? Он в порядке? В какой он палате лежит? Ну же! — закричал на всю больницу кудрявый. — Мистер Хоран поступал к нам… — Мне плевать, скажите мне, где он? В какой палате?! — Он в двести четырнадцатой, Сэр, а кем вы ему… Гарри умчался к лифту, не дослушав вопрос медсестры. Он нажал на кнопку вызова множество раз, но ехал тот крайне медленно. Стайлс не вытерпел и, ударив двери лифта, побежал по лестнице. 210, 211, 212, 213… Он остановился перед дверью палаты 214 и, набравшись смелости, открыл дверь, которая отделяла его от Найла. Но когда Гарри вошёл, Найла там уже не было. Его уже там не было.