Опалённый мотылёк;

Пробуждение было неприятным: в рту противный привкус, голова раскалывалась, словно кувалдой по ней дали, и жутко тошнило, создавалось чувство, что пил несколько недель беспробудно. Глаза открывать не хотелось вовсе. Но ему пришлось их открыть, когда услышал голоса. Они смутно прорывались сквозь боль-туман. Абрахам вскочил на ноги и тут же грязно выругался, как заправский пьяница или военный. В висках ощущалась ломящая боль, а ноги были ватные, и он упал снова на холодный пол, выложенный мраморными плитками. Его бережно взяли за руку: — Абрахам, ты как? — голос звучал мягко, внушая доверие, но только не человеку, потрепанного войной. Он ответил хрипло: — Нормально. — К его губам приложили флягу и сказали пей. Он сделал пару глотков, и горло обожгло, это был ром, смешанный с водой, гадость еще та, но помогла немного прийти в чувство и прежде плавающие перед глазам пятна оформились во что-то четкое. Над ним стояла Ария, с тревогой всматривающаяся в глаза Абрахама. — Все хорошо. — Ответил он, прокашлявшись. Он приподнялся на локтях и попытался сесть, преодолевая невыносимую головную боль. «Как я ненавижу телепатию», — подумал он зло. Ему удалось сесть, и заботливые руки сестры его придержали. Он осмотрелся — все по-прежнему находился в той лаборатории. — Ты что тут делаешь? — спросил он уже удивлено. — За тобой пришла. — Ответила она с улыбкой, хотя она вместо бодрой вышла грустной. — Как ты здесь оказался? — поинтересовалась она. — Не важно. — Ответил он с раздражением. Попытка встать снова не увенчалась успехом, а еще жгло сильно руку и, когда он на нее посмотрел, то увидел на ней татуировку маленького леопарда, от которого тянулись нити, и вокруг другие звери, смутно различимые. Он хихикнул, увидев на леопарде корону. Но тут же застонал. — Что у тебя болит? — спросила она встревожено. — Голова. — Сказал он, хватаясь за вышеназванное место. Ария бережно убрала его руки и наложила свои, прохладные и дрожащие то от холода, то от страха, пока он не в состоянии был воспринимать ее чувства и эмоции. Абрахам почувствовал тепло, потом легкое покалывание, и пульсирующая боль медленно, но верно начала уходить. Он краем глаза заметил Лунианну, которая оплакивала погибшую соплеменницу. — Вас, наверно, изгонят. — Сказала Ария, показав одной рукой на учененный разгром. — Не должны, ведь я жив, а правила не нарушены. Хотя… феи народ добрый, но не когда не прощает убийство соплеменниц. — Есть, что-нибудь перекусить? — Ария обратилась к Лунианне — Лунианна, принеси что-нибудь из его кладовки поесть. — Попросила она, состроив просящие личико, и фея, кивнув, направилась в указанном направлении. — Что у вас произошло? — поинтересовалась Ария. — Это все Леонид. — Ответил устало маг, смотря в пространство. — Что ему нужно от тебя? — удивилась она. — Ничего, просто нужен материал для его безумных опытов. Что самое обидное — он как-то ушел, пусть и сильно израненный. Правда, лишь вопрос времени — выживет он или нет, после многочисленных ран веера никто не выживал. Но Леонид всегда был везучим сукиным сыном. — Маг ударил кулаком по полу, и он ответил на такую несправедливость обидой. — Есть курить? — спросил он сестру, она покачала головой. — Я не нашла на тебе ран. — Сказала она. — Он не успел ничего смертельного сделать, если только взять образцы крови, но мне все равно придется поспешно уйти. Феи не поверят в то, что Леонид проводит опыты. — Голос казался безжизненным. — Я пойду с тобой. — Она вскинула упрямо подбородок, смотря на него без колебаний, и продолжила, - я не хочу снова тебя потерять, второй разлуки я не вынесу. — Но Абрахам покачал головой: — Нет. Ты останешься здесь, ребенок должен жить спокойно и радоваться каждому мигу своей жизни, а не каждый раз боятся, что его маму могут убить или еще что-то произойти. Он должен общаться и со сверстниками. — Ария рассмеялась. — Прости феи ему не компаньоны. Я все равно планировала сменить место жительство, хоть на эльфийский лес или еще на что-то более подходящие. — Ответила она отсмеявшись. Так что я пойду с тобой и осяду в каком-то крупном городе. — Сказала она, смотря на брата твердо. — Иди с мужем, но без меня. — Сестра поджала губы. — Если ты хочешь от меня избавится, так и скажи. — Он покачал головой: — Как была глупой, так и осталась. Я о твоей безопасности беспокоюсь, да не смогу я вас троих защитить, ведь мои силы тоже не безграничны, тем более сейчас я пуст. — Попытался он урезонить сестру. — Тем более, я должна быть рядом, когда ты ослаблен, и вообще, я тоже знакома с боевой магией, пусть и не владею ей полностью, все-таки моя работа - лечить, а не калечить. — Сказала она. — Посмотрим. — Ответил он бесстрастно, услышав шаги феи. Бедняжка, скрючившись, несла две корзинки со съестным, чего она там наложила никто не знал. Вот они опустились на пол, и запахло ароматным чаем, а там лежали пирожки, сладости и что-то горячее. Все разложились на полу, постелив скатерть, случайно найденную в шкафу лаборатории. — Когда уйдешь? — спросила Ария. Абрахам пожал плечами и, почувствовав прилив сил, встал, хотя его слегка пошатывало, но он уже мог идти. Руку жгло, но он старался игнорировать. Некоторые магические символы горели алым, словно лепесток огня; рисунок продолжал расти и оплетать руку, распространяя жжение по всей руке и, что самое странное в этом, картинка снова менялась, плавилась, размывалась, становясь нечеткой. Он наблюдал за изменением рисунка, и ему на миг показался укоризненный злой глаз, и он отвел глаза. — Идемте. — Сказал он дамам, направившись к примеченной за поворотом лестницей. Они поднялись и вышли на улицу, солнце ударило в глаза своим ослепительным светом, Абрахам зажмурился, чувствуя, как заслезились возмущено глаза. — Интересно, сколько я так провалялся? — поинтересовался у спутниц, они пожали плечами. Когда глаза попривыкли к свету, то он увидел в тени деревьев знакомый силуэт и сказал девушкам: — Идите, я вас нагоню. — Он скользнул зигзагами за дерево, вообще на пол пути к избранному провалившись в сумрак. — Что на этот раз? Я ничего не могу делать, как видите, я опустошен. — Он кивнул Абрахаму. — Знаю, и твоя миссия еще не закончена, но пришел я с другим. А именно, поздравляю тебя с новым достижением и положением в обществе. — Абрахам с недоумением посмотрел на него. — Это шутка такая? — он облокотился на дерево, почувствовав слабость в ногах. — Нет. Слышал легенду о Сарре? — поинтересовался он невинно. — Но ее всем детям рассказывают. — Фыркнул маг скептически, смотря на избранного. — Вот что я тебе скажу, это - не легенда, а реальная история. Сарра первая стала повелительницей животных, что ей позволило ходить вниз без опаски. — Избранный покосился на рисунок. — А этот рисунок скоро разойдется по рукам и спине, и ты увидишь лес мира теней. — Ответил он и затем, словно фокусник, извлек из глубин своего плаща кулон на веревки. Это была ярко-зеленого цвета змейка, напоминающая собой кобру, но имевшая еще крылья за спиной, а хвост скручен в кольца и они казались живыми. — Что это? — Спросил он удивлено, с наслаждением вдыхая лесной аромат. — Талисман повелителя животных. Носи его всегда с собой, это существо называется Ирной, их всего три, вызвать ты сможешь только одну, Лаену, таково ее имя. Она - самая древняя рептилия мира теней и опасней Верна, и это лишь ее отдаленный облик, истинный ее образ видел только хозяин, а так она часто перетекает и меняет форму, если верить некоторым данным. — Произнес он это как-то устало. — Заклятие вызова ты знаешь или скоро узнаешь, оно само к тебе придет. — Он протянул на руке крылатую змею, и Абрахам осторожно ее взял и так же осторожно надел на шею. — И помни, она, как любое животное, не терпит слабости. — Избранный стал исчезать, когда Абрахам задал еще вопрос — А почему еще две змеи нельзя вызвать? — Легкий смех. — Какие мы жадные. Они будут принадлежать твоим помощникам, но найти их ты должен сам. — Вот последние клочки тумана растаяли, когда он кожей почувствовал чужой взгляд, по спине побежали стаи мурашек. Взгляд был недружелюбный, очень не дружелюбный. Он резко обернулся.