Близнец для меня (Larry Stylinson)

•°•°• - Да? - Луи вышел из машины, оставив ее около подъезда. Он по привычке огляделся и, не обнаружив ничего подозрительного, вошёл в подъезд. Как раз в этот момент ему позвонил Найл. - Привет. - прохрипел парень в трубку и сразу после этого тяжело вздохнул. - Ты не слишком занят? - У меня есть несколько минут. Луи как сейчас слышал голос Кары: "Ты поступил с ним как сволочь". Во всяком случае, Найл сам на это напросился. Даже несмотря на то, что он был единственным другом Луи. - Я хотел извиниться. Я правда вел себя как дерьмо сегодня... и не только сегодня. Я не должен был позволять себе... сорваться... с Иви. Ты понимаешь, о чем я. Луи вздохнул и открыл входную дверь. - Все нормально, я не должен был выгонять тебя сегодня. - Я был в дерьмо. А ещё эти придурки, черт. Прости, я притащил их к тебе домой, а ты их едва знаешь... - Найл изо всех сил пытался подобрать слова, но у него это с трудом получалось. - Забудь. Просто забудь. - он огляделся и, услышав голос Кары на кухне (она что-то напевала), облегченно выдохнул. Он прошел к своей комнате. Возникло длительное молчание и Луи почти забыл, что на том конце трубки находится Найл. Он уже начал думать о Каре и о том, как они будут обсуждать совместное дело. По правде говоря, Кара немного его напрягала своим присутствием. Луи привык быть один и просто не мог контактировать с незнакомым ему человеком, так внезапно появившимся в его... Гарри. Он ведь тоже такой спонтанный, яркий, шустрый, как весеннее утро, но тем не менее не вызывает у Луи отторжение. Сам себе парень напоминал скорее сухой ноябрьский полдень, когда мир погружен в формат 'сепия', небо туго затянуто беспросветным серым покроем, воздух замер и даже оставшиеся сухие листочки на деревьях никак не могут упасть, изнемогая от желания поскорее оказаться на коричнево-серой земле. Слишком большая проспать. Неимоверная разница. Если уж сравнивать окружающих Луи людей с природными настроениями, то Гарри все равно останется единственным весенним деньком. Найл был жарким июлем, самым разгаром года, пылкий и бойкий. Иви скорее походила на Рождество, и от этого она вовсе не становилась холодной. Она была тем Рождеством, которое проводится у камина с мыслями, которые вызывают улыбку на лице. - Чувак, когда мы успели стать такими солями? - пробормотал Найл и тихо усмехнулся. - Лучше ответить мне на другой вопрос. - Луи снял с себя футболку и завалился на кровать. - Как Иви, на 70% состоящая из книг, смогла влюбится в человека, который в свои двадцать два считает, что 'голубой' - это существительное? - У тебя совершенно девственный мозг. - Ты не умеешь разговаривать. Ты умеешь думать, а выражать это - нет. - А ты наоборот. - Найл закурил, Луи услышал, как чиркает зажигалка. - Противоположности притягиваются. Луи приподнял уголок губ и закатил глаза. - Ладно. - Ох, не говори таким голосом. Я возбуждаюсь настолько, что волоски на моей груди складываются в твоё имя. Найл наигранно простонал и поперхнулся сигаретным дымом. - Скоро мы встретимся и бухнем, обещаю. И ещё я взбудоражу каждый волосок на твоей груди. - Луи нажал на отбой и кинул телефон где-то рядом с собой, желая хорошенько обдумать свой день. Затем он всё-таки взглянул ещё раз на список входящих сообщений и нахмурился, не увидев там сообщения от Гарри. Теперь эта некогда привычная тишина казалась странной. Замечательно. Если бы у Луи сейчас спросили, кем для него является Гарри, то он бы ответил просто и непринужденно: "Он прекрасен", не вкладывая в эти слова ничего обязывающего. А все потому, что парень привык скрывать от всей вселенной свой маленький мир и не намерен раскрывать его кому-то. В этом Гарри и Луи были похожи. Перемены их до жути пугали и каждый будто стоял на месте до тех пор, пока окружающие их люди насильно не подталкивали вперед. Каждый боялся впускать кого-то в свой мир, боялся, что его хрупкие, так бережно возведенные стены рассыплются и превратятся в руины. Единственное различие между ними: Луи был таким от рождения, а Гарри к этому привела болезнь, и это его оправдывало. Как уже было сказано ранее, Гарри был весной. А значит по своей природе он безумно любит приключения, свободу, жизнь во всех ее проявлениях, со всеми ее плюсами и минусами. Это настоящий Гарри. И Луи понимал, что никогда бы не смог познать его удивительно нежную душу, не будь Гарри так тяжко болен. Даже если представить, что они вдруг встретились в каком-нибудь парке, Гарри уронил тетради, а Луи помог их собрать, все равно рано или поздно Гарри оттолкнул бы парня своей бойкостью и заставил его ещё больше замкнуться в себе. Хотя кто знает, кто знает... Томлинсон вдруг вспомнил о звонке, который поступил на его телефон ещё дома у Гарри и зашел в пропущенные. Он даже не успел одуматься, когда вдруг пришло сообщение с текстом: От кого: Эдриан Кому: Луи 16:54 Здравствуй, Луи. Я не смог тебе дозвониться и, скорее всего, в ближайшее время связаться со мной будет сложно. Я не смог изменить график, все операции слишком серьезные, чтобы их можно было перенести, поэтому день пересадки назначен на 28 октября. 16:55 Я понимаю, что три месяца это (в нашем случае) долгий срок, но Иви я обследовал лично и уверяю, что тебе не стоит волноваться по этому поводу. Тебе остаётся лишь следить за приемом лекарств, соблюдением режима и полнейшего спокойствия. И все. В этих предельно сдержанных предложениях скрывалось переживание, которое улавливалось почти в каждом слове, сказанном доктором Лоренцом. Трудно, должно быть, быть одновременно и доктором и человеком. Лоренц переживает за каждого своего пациента как за собственного ребенка. Луи точно помнит, как Иви несколько раз простила его о встрече с доктором и на вопрос "Тебе нездоровится?", в отрицание качала головой. В своё свободное время мужчина ни разу не отказался от дружеской встречи с пациентами, а во время разговоров старался избегать тем, касающихся болезни. Однажды Луи довелось проводить доктора до дома, это случилось в тот день, когда Иви впервые попала к нему. Когда Луи увидел, что Лоренц не подошёл ни к одной шикарной машине на стоянке, он тут же предложил ему свою, но мужчина отказался, направившись прямиком к воротам. В тот раз они обсуждали Иви, и Луи как сейчас помнит, что погода была отличная. Помнит, с каким волнением говорил Эдриан, будто это его сестра сейчас лежит в четырех белых стенах, помнит, с какой доброй улыбкой он попросил называть себя по имени. А ещё эта куча дворовых собак, встречающих его у дома, весело прыгающих на него, будто бы Эдриан - центр их вселенной. Луи тогда с некой грустью посмотрел на тёмные и пустые окна его небольшого дома, осознавая, что там его никто больше не ждёт. Что вечера мужчина наверняка проводит перед телевизором, поглаживая по жёсткой шерсти старую усталую собаку, вместо того, чтобы рассказывать своим внукам истории или обсуждать с детьми их семейную жизнь. Но ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов, даже в самых очевидных вещах. Луи часто задумывался о том, что если хотя бы десять процентов населения планеты походили на Лоренца, то жить стало бы в тысячу раз легче. Вообще, встреча с ним что-то изменила в самом Луи и в его мировоззрении, но он всем своим видом показывал, что не доверяет мужчине. Не доверяет его доброте, отзывчивости, милосердию. Но это лишь защита, на самом же деле, оставаясь наедине с собой, парень понимал, что не все люди на земле - лживое дерьмо. Вот такие мысли посещали его в свободное от работы время. Кстати, о работе. Пора бы уже взяться за план под названием "выбивание дерьма из Николсона". ™ "Разговор" прошел более, чем ужасно. Точнее, прошел он довольно продуктивно, а вот кончился отвратительно. Кара и Луи обсуждали и продумывали все до глубокой ночи, а перед самым завершением разработки плана и изучения характеристики разыгрался спор из-за одной незначительной мелочи, но Луи точно помнит, что эта ненормальная сука (так он решил называть Кару), что-то кинула в него и попала прямо в бровь. Это что-то было очень тяжелым и, судя по звуку при падении, фарфоровым. Как таким неуравновешенным людям вообще можно доверять серьезные задания? Ох, поскорее бы все это закончилось и она свалила! Посреди ночи позвонил Джон и был подозрительно мил и добр, хотя для знающего его человека не было ничего подозрительного - Джон всегда был таким, когда оплошал. В общем, он сообщил, что в ближайшее время Николсон не появится в городе и (оказывается!) совершенно не обязательно укладываться в срок. Черт бы побрал этого подхалима! Всю ночь после этого Луи думал о том, что в принципе, можно заставить Николсона приехать в город (хотя бы ради того, чтобы ненормальная сука наконец исчезла), но тогда нет никаких гарантий, что он не приедет с нарядом полиции. А это совершенно ни к чему, особенно сейчас. Весь следующий день прошел ужасно. Погода стояла жуткая, мерзкая, будто природа никак не может определиться. Все спас вечер, а точнее, одно единственное сообщение. От кого: Гарри Кому: Луи 18:59 Ты не забыл? Этого было достаточно, чтобы улыбка мелькнула на лице Луи. Он буквально через минуту начал собираться и вскоре был совершенно готов к выходу. Он накинул кепку на голову и, почувствовав себя в полнейшей безопасности, вышел из дома, хлопнув дверью. Переписка: Луи: Ты больше любишь чипсы или печенье? Гарри: Чипсы. Луи: Какой чай больше подходит к шоколадному печенью? Гарри: Но ты сказал чипсы. Теперь я хочу чипсы. Луи: Так что насчёт чая? Гарри: У нас есть чай... Луи: Тогда ставь чайник, я везу очень вкусное печенье. Когда Луи подъехал к дому Гарри, дверь была распахнута, в радиусе десяти метров пахло блинчиками и играла танцевальная музыка (явно не современная). Парень даже как-то по-другому взглянул на дом, теперь здесь все казалось более дружелюбным. У него складывалось ощущение, что его тут ждут. Парень поднялся по лестнице и постучал по дверному косяку, но музыка играла слишком громко, чтобы его кто-то услышал. Луи судорожно вздохнул и прошел вперед по коридору, улавливая запах свежего клубничного джема. Пахло просто потрясающе, по домашнему. Гостиная оказалась пуста и парень продолжил блуждать по дому в поисках жизни. Дом Стайлсов реально был лишь немного больше родного дома Луи (там, где жила Иви), но казался в сотни раз больше. Они страшные минималисты. Страшнейшие. Можно сказать даже те, кого стоит бояться. Интересно, поход в гости всей семьёй обычно заканчивается побоищем из-за лишней статуэтки, стоящей у дивана? Подойдя к кухне, Луи увидел пожилую женщину лет шестидесяти, удивительно стройную, но не слишком высокую. Она пританцовывала и увлеченно переворачивала блинчики, в упор не замечая присутствия совершенно постороннего парня. Луи замялся, но потом всё-таки решил сделать музыку потише, чтобы обратить на себя внимание. Женщина подняла на Луи взгляд. Сначала она немного удивилась, потом улыбнулась и весело спросила: - Ты Луи, верно? Парень не мог отрицать, что была определенная схожесть между ней и Гарри. И это грубое приуменьшение, Гарри был похож на нее даже больше, чем на мать. - Добрый вечер, миссис... Одна маленькая деталь. Луи знал, что она бабушка Гарри, но не знал ее фамилии (ну а вдруг она по материнской линии). И имени не знал. Но женщина оказалась ещё более дружелюбной, чем показалось сначала, и мгновенно исправила: - Просто Гейл. - она вытерла руки и протянула одну Луи. - Очень приятно. Очень даже. - Луи пожал руку и вдруг почувствовал, что сделал что-то не то. - Гарри рассказывал, что ты очень славный. По иронии судьбы Луи взглянул на вазу с фруктами и вспомнил, как Кара запустила в него что-то подобное, когда они обсуждали план Николсона. - Он на улице, ты можешь позвать его к столу. - Гейл сдержанно улыбнулась и вернулась к своему занятию. Как раз в этот момент в дом забежал запыхавшийся Гарри. У него были невероятно красные щеки, отдышка, сам он был весь растрёпанный и лохматый, но тем не менее, глаза у него горели. В руках и волосах его были цветы, а на одежде грязь. - Смотри, смотри! Я всё-таки нашел клевер с... Луи! - Гарри будто вздрогнул, подскочил, и кинулся к Луи, заключая его в крепкие объятия. - Привет! У парня похолодело под ложечкой, когда он услышал и почувствовал неистовый стук сердца Гарри у своей груди. Он ахнул, хватая мальчика за плечи и спину, будто бы он вот-вот умрёт. - Ты рехнулся?! Совсем с ума сошёл? Ты понимаешь, что, бл... - Не ругайся! - Гарри рассмеялся. - В чем дело? - Гейл вынырнула из кухни. - Ничего, просто Луи волнуется за меня. - мальчик поднял глаза на Луи и прижал подбородок к его ключице, все ещё смеясь. - Ему нельзя так беситься! - Луи возмущенно взглянул на женщину, будто она обвинялась в измене родине. - Ты не говорил, что твой друг - точная копия твоих занудных родителей. - Гейл скрестила руки на груди и приподняла бровь. Но было ясно, что она не злиться. - При чем тут... - начал было Луи, но Гарри вдруг захныкал. - Я хочу есть. Все хорошо, Луи, я просто хочу есть. Давай поедим? - Гар... - Отлично. Блинчики уже готовы. Вы можете поужинать. - Гейл хлопнула в ладоши и мальчик поспешно перебежал от Луи к ней. - Что тут у тебя? - Смотри, я нашел его! Я искал его сто лет! У него пять лепестков! - Я же говорила, что ты найдешь. - Гейл поцеловала Гарри в волосы и проводила его на кухню. Затем она взглянула на Луи, улыбнулась и добавила. - Проходи. Да они с ума сошли! Гарри плюхнулся за стол и начал накладывать себе все что видит, помимо блинчиков. К слову сказать, он сейчас совершенно отличался от того неприметного мальчика, каким был с родителями. Он взглянул на Луи, указал на место рядом с собой и положил в его тарелку все, что только можно. Парень даже не был уверен, что он все это съест. - Итак, я желаю услышать как вы познакомились. - Гейл села напротив, подталкивая ошарашенного Луи к его месту. - Я поефал с папой на прогулку и встфетил ефо в парке. - говорил Гарри, уплетая за обе щеки. - Как давно это случилось? - Офоло мефяца нафад. - Я удивлена, что вы вообще познакомились. Разве можно познакомиться с человеком, который не умеет разговаривать? - Гейл расстроенно нахмурилась. - Он умеет, просто фтефняется. - Такому красивому парню непозволительно быть стеснительным. - Гейл улыбнулась Луи. - Ты можешь чувствовать себя как дома. Я очень рада, что у Гарри наконец-то появился друг. Томлинсон просто кипел. Он крепко держал под столом руку мальчика, постоянно проверяя его пульс, словно сумасшедший. Поэтому он почти ничего не съел и Гарри потом пришлось насильно его кормить. После ужина Гейл осталась на кухне, Гарри отправил Луи в свою комнату, а сам ушел в ванную. За пятнадцать минут Томлинсон немного пришел в себя. Он откинулся на кровати и, тяжело вздохнув, посмотрел в потолок. Если честно, сегодня целый день у него было дерьмовое настроение, начиная с пробуждения, а сейчас он было просто взбешен тем, что Гарри так безалаберно относится к своему здоровью. Или же Луи просто не мог признать, что был покорен в тот момент, когда увидел лохматого и запыхавшегося Гарри, с цветами в руках: такого живого, счастливого, светлого. Полная противоположность Луи. В такие моменты парень понимал, что единственное, что их связывает - это болезнь. Не будь ее, Луи бы сейчас сидел дома и точил ножи, как он делает всегда от скуки, от злости, от грусти. Двадцать восьмое октября. Три месяца. Три месяца и все это кончится. Кончится жалкое существование, кончится бесконечная волокита серых дней. Что может быть лучше этого? Луи спасет самых прекрасных людей в его жизни и оборвет все дерьмо, что происходит в его жизни. При мысли об этом не возникает никакой боязливой дрожи в груди, никакого страха. Лишь еле заметная улыбка и блеск в глазах, которые сам Луи увидеть не мог, но рядом сидящий с ним человек обязательно бы сказал, что этот парень - сумасшедший. Возможно, это даже правда. Не каждый бы решился заняться такой работой, даже ради благополучия единственного родного человека, даже за приличный заработок. Хотя бы из своих моральных принципов, из страха перед обществом. А Луи увидел в этом не только обеспеченное будущее, но и способ справляться со своей ненавистью ко всему миру. Поэтому, он бы даже не обиделся, назови Гарри его сумасшедшим. Хотя, если бы так сказал Гарри, это, наверное, задело бы. - Ты чего? Луи поднял голову. Прям рядом с ним стоял Гарри, больше не красный и не такой пылкий, каким был буквально четверть часа назад. На нем были те самые футболка и шортики, в которых он был при первой их ночной встрече. - Просто задумался. Ты что, собираешься спать? - Луи приподнялся на локтях. - Да. - Гарри опустил глаза. - Не прямо сейчас, но... - Я не могу остаться на всю ночь, ты же знаешь. - Почему? - У меня... дела. - Луи нахмурился и попытался встать с кровати, но Гарри поспешно сел рядом с ним и схватил его за руку. Парень закрыл глаза рукой. - Пожалуйста, останься. - Гарри похлопал глазками. - Ты не сделаешь этого со мной. - Лу-у. - протянул Гарри. - Ты не имеешь власти надо мной. - Я очень хочу, что бы остался. - И не заставишь меня изменить решение. По правде говоря, Луи просто боялся остаться с ним на всю ночь. Он сам не понимал что, но что-то очень пугало. Возможно, это связано с его сегодняшним настроением, ведь в прошлый раз он был совсем не против. Гарри как-то подозрительно замолчал и его пальцы выпустили из своего плена предплечье Луи. Парень не открывал глаз до тех пор, пока не раздался судорожный вздох и еле слышный лепет: - Ладно. Прости. Прости пожалуйста за то, что я заставил тебя... что тебе пришлось... извини. - а дальше речь оборвалась ещё один вздохом и Луи показалось, что Гарри плачет. - Эй, эй, эй. Ты чего? - парень поспешно сел перед Гарри, пытаясь заглянуть ему в глаза. - Ангел, посмотри на меня. Гарри сжался настолько, что лица его не было видно вообще. Он стал совсем маленьким и буквально утопал в своей ночной футболочке. Меньше всего на свете Луи хотел обидеть Гарри. Это было даже хуже, чем с Иви - у нее-то был характер, она же сестрёнка своего брата. А Гарри представал перед Луи совершенно невинным существом, не способным за себя постоять. Парень поджал губы и обхватил ладонями сжатые кулаки мальчика. Что случится, если я останусь? К тому же, я всё ещё не узнал о Гарри всего того, что хотел узнать. И вообще... О Боже, я не могу смотреть как он грустит. - Ладно, хорошо. Я останусь с тобой на всю ночь, только не плачь.