С волками жить....

У озера. Пока Даня спал.

Кирилл не находил себе места, ворочаясь в палатке, где рядом пытался заснуть Тимур. Рыжий почти с головой закутался в спальный мешок, отвернувшись к брезентовой стенке. Кир сверлил взглядом потолок, совсем не ощущая прохлады ночи. Он слышал, как ускоренно билось сердце друга, как он пытался дышать ровно. И это сводило с ума еще больше. И запах. Сейчас, когда обоняние стало острым Кирилл слышал запах парня особо четко. Нет, не туалетной воды или геля для душа, а именно его собственный. Хотелось зарыться носом в волосы, вдыхая этот дурманивший голову аромат. — Спи уже! — фыркнул из-под своего укрытия Тим, когда Кир вновь повернулся, утыкаясь носом в свою импровизированную подушку из свитера. — Кто бы говорил! — голос блондина приглушала мягкая ткань «подушки», ведь он не потрудился поднять головы или повернуть ее. — Еще раз так вздохнешь и придется тебя оттрахать… — Придурок! — усмехнулся Тим, повернувшись и швырнув в друга свою ветровку. Кирилл рассмеялся. А сам едва не задохнулся от собственного желания. Выбравшийся из спальника Тим просто манил, источая соблазнительный аромат. Они хотели друг друга. Но перед ними стояла стена, сломать которую Кирилл не решался. Боялся признаться вслух в своих желаниях и чувствах. Принять чувства Тимура. Разрушить их дружбу. Он не хотел потерять Тима, и боялся, что это и случится если они признают свои истинные желания. — Я пойду пройдусь. — Кир резко сел и стащил с головы ветровку Тима. — Угу. — Тим лег обратно, закутываясь в спальнике. Кирилл прислушался. Все уже спят. Нашел в вещах у костра недопитую бутылку минералки и сделал несколько глотков. Глубоко вздохнул, прогоняя не нужные мыли и успокаиваясь. Получалось плохо. Побрел в лес. Может, он ошибается, считая, что признание своих чувств разрушит их с Тимуром дружбу? Десять лет много это или мало? Киру казалось, что мало. Он с ужасом думал о том, что Тим может исчезнуть из его жизни. Но правильно ли это — зная о чувствах друга, скрывать свои? Ведь оба сейчас мучаются, а так у них хотя бы будет шанс на счастье? Кирил тряхнул головой. Идиот! Какое счастье может быть у двух парней в обществе, где их осудят. Наплевать на мнение окружающих, тех, кого в принципе и не спрашивают? И вновь защищать друга от нападок гомофобов, к которым он последнее время активно намеренно причисляет и себя. Притворно. Может к психологу обратиться? То скоро будет ненавидеть весь мир вокруг. Мало что сам себя прибить порою хочет за ложь и двуличие. Мерзко. Пора с этим кончать и признаться наконец перед собой и обществом. Он влюблен в своего лучшего друга уже… Сколько? Да все эти десять лет! Кир вздохнул и решительно повернулся обратно к лагерю, но уловил мелькнувшую тень. Здесь кто-то был. Блондин напрягся, напрягая слух и обоняние. Повернулся и замер. Перед ним стояла волчица. Он не сомневался в этом. Золотые глаза смотрели внимательно. Оборотень. — Что тебе нужно? — Кир нахмурился. — Разве так встречают друзей? — голос девушки прозвучал прямо в голове. Кир нахмурился еще сильнее. — А мы знакомы? — парень был знаком из оборотней лишь с Максимом, Виталием и парой его шестерок. Волчица сделала шаг, второй и Кир удивленно охнул, уперевшись спиной в дерево. Перед ним стояла девушка. Обнаженная. Красивая. Черные вьющиеся волосы спадали на упругие груди, глаза выразительные золотые, губы чувственные и манящие. Он не видел ее прежде. Или все же… Нет, Кирилл бы точно запомнил такую эффектную девушку. — Что тебе нужно? — парень напрягся. Позади его друзья, семья и любимый человек, который наверняка ждет его, и к которому Кирилл спешил. Спешил признаться. — Кто. — улыбнувшись поправила девушка, — Мне нужен ты… Томный голос очаровывал, путая мысли. Кир отступил назад, когда она вновь сделала шаг к нему. — Не стоит боятся. Мне не нужны твои друзья. Лишь ты. — Зачем? — Оо, ты вспомнишь. — волчица приблизилась и коснулась его щеки. Кирилл хотел отступить, но не мог пошевелиться. Губы её были горячими и нежными, а запах пробуждал воспоминания. Ужас охватил его. Но слишком поздно. Рука её скользнула по светлым волосам парня, когти удлинились и стальной хваткой, впилась в затылок. Кир зашипел от боли, но не мог пошевелиться. Их разумы слились. Он чувствовал её внутри, он ощущал её гнев, боль и ненависть. Ненависть, сжигающую все остальные чувства. — Ты убьешь его для меня. — приказ и еще один поцелуй. Девушка исчезла, оставив лишь пряный аромат на губах и слепую ярость в сердце Серебрянского старшего. Кирилл впился когтями в кору ближайшего дерева, издав утробный рык. Когда Кирилл добрался до лагеря, его уже встречали Максим и Марина. Тимур тоже вылез из палатки. — Кир? — позвал Тим. Но блондин не реагировал. Он слышал лишь как ровно бьется сердце брата. Нужно лишь избавиться от насторожившегося оборотня и хрупкой рыжей девчонки. И уничтожить мальчишку, впиваясь когтями в мягкую горячую плоть. Порвать, упиваясь сладким ароматом. — Кирилл, ты должен успокоиться. — Максим говорил ровно и возможно голос звучал убедительно, но Киру было все равно. Нужно прекратить этот шум. Сердце бьется слишком ровно. Малыш еще не знает, что скоро умрет. Но он должен. Должен ответить за все! Кирилл оскалился. Черты его лица исказились, глаза горели золотом. — Макс, ты говорил он адекватный! — Марина напряженно следила за каждым движением Кирилла. — Он был в порядке. — нахмурился Туманский, оглянулся на палатку, где проснулся Даниил. Кир среагировал первым, бросившись к своей цели. Максим опередил его и сцепившись парни кубарем покатились к берегу. — Оставайся здесь! — кинула Марина, ошарашенному Тиму и побежала следом. Застала она парней на берегу, готовых вот-вот вновь бросится друг на друга. Девушка вскинула руку, читая про себя заклинание. Кир взвыл и схватился за голову. Звериные черты в нем стали таять, глаза потухли вновь став карими. Обессиленно блондин рухнул на камни, тяжело дыша. Максим кивнул девушке и подошел к Кириллу. Парень был без сознания. — Кир! — Тимур все же не послушал девушку и бросился к другу, — Он ведь в порядке? — Должен быть. Зачем ты пришел? — прищурилась. — Я вас двоих не знаю и хотите, что бы доверил вам друга? — Тим опустился на камни рядом с Кириллом. — У тебя совсем мозгов нет? Он мог поранить тебя! И все еще может! И только он знает, что ему нужно было! — Вот и спросим. Кир? — Тимур коснулся плеча друга, обеспокоенно заглядывая в его лицо. Кирилл простонал, прикрывая глаза рукой. Голова чертовски болела. Но это было сущей мелочью по сравнению с тем, что Кирилл едва не сделал. Макс нахмурился. Он чувствовал в блондине страх, панику и ярость. — Что это было, Кир? Ты как? — Тимур сжал ладонь, глядя на разодранное в схватке плечо парня. Кирилл помотал головой и отвернулся. — Кир? — Тимур коснулся его вновь. — Не думаю, что он сейчас готов говорить. — Макс присел с другой стороны. — Свяжи меня. — тихо попросил блондин. — На всякий случай… Максим помотал головой и посмотрел на Марину. — Пепел? — склонила голову девушка. — В багажнике. — кивнул Макс. — Что вы задумали? — напрягся Тимур, глядя как девушка поспешила к машине. — Ну, ночь ясная. Здесь он не замерзнет. И будет не опасен. — Вернись в палатку. — Кир сел и посмотрел на Тимура. — Еще чего! — фыркнул парень, сложив руки на груди. Глаза его темные, а он был без линз, завораживали. Хотелось утонуть в их глубине и забыться. Не вспоминать, что едва не убил собственного брата. Случись это, он не смог бы дальше жить. Вернулась Марина с тканевым мешочком. Кирилл не возражал, когда девушка насыпала пепел вокруг него. — Это что? — Тим наблюдал со стороны. — Рябина. — Что она делает? — Сдерживает оборотней. Кир не сможет выйти из этого круга. — Марина закончила круг и отошла. Блондин сидел в центре, сверля взглядом камни. — Ты точно ничего рассказать не хочешь? — Максим присел напротив. — Нет. Тебе уж точно. — Подумай хорошенько. У тебя ночь впереди. — прищурился Макс и встал, направляясь к палатке. — Кирилл, если бы не Максим… — начала Марина, но блондин перебил. — Я знаю. И ты. Спасибо, что… За то, что сделала. — Кир не поднимал взгляда. — Не стоит. Все-таки там была и моя сестра, да и ты вроде неплохой парень. — девушка улыбнулась. Милая. И теперь он знал, что и опасная. — Но иногда обращение проходит с осложнениями. Не позволяй ярости взять верх. Кирил кивнул. Марина неспешно направилась к палатке. Тимур сидел на поваленном дереве, глядя на воду. — Так и будешь здесь сидеть. Иди ложись. — спустя минут десять Кир повернул голову к другу. — Что-то не хочется спать. — вытянул ноги Тимур и кутаясь в ветровку. — Врешь. — Вру. — согласился Тим, зевнув. — Иди. Не надо меня караулить. — Ты…и мне не расскажешь? — вдруг спросил. Кир вздохнул. — Я не помню. Не помню ничего, кроме ненависти и ярости, желания разорвать и вырвать сердце… — голос парня дрогнул. Он потянул колени к груди и уткнулся лбом. — Кир… — Тим приблизился к кругу. — Я едва не убил… Тимур сглотнул и опустил голову. — Я чудовище… — Нет. Ты не такой, я же знаю! Ты справишься. Просто думай о том, как дорог тебе Данька. Что он значит для тебя. — Надеюсь, это поможет. — вздохнул Кир. Но сам верил в это с трудом. Было страшно. Тим тепло улыбнулся, переводя взгляд на озеро. Пара минут молчания и рыжего вновь клонит в сон. Кир вздохнул, наблюдая как друг засыпает сидя. И хотел приблизиться, подставить плечо, что бы Тим не упал, но врезался в невидимый барьер. Марина не шутила, говоря, что пепел рябины сдержит оборотня. Кирилл попробовал высунуть руку за предел еще раз и вновь уперся в стену. Касание это щипало кожу, и парень убрал руку. — Тим, иди в палатку. — Кирилл взглянул на парня. Тот встрепенулся. — Иди уже. — махнул рукой в сторону палаток. Тимур медлил, но вздохнув, поднялся. Ушел. Кирилл вздохнул. Все же поторопился он с мыслями о признании. Теперь он может быть опасен. Не только для Дани, но и Тима. Не стоит пока ничего менять. Или вообще не стоит? Вдруг Кир обернулся. Тим шел обратно, таща с собой спальный мешок. — Ты издеваешься? — усмехнулся Кир. — Да я, вот решил вздремнуть на свежем воздухе. Плеск воды успокаивает… — улыбнулся Тим, устраиваюсь поудобнее у поваленного дерева. Кир лишь помотал головой и отвернулся. Смотреть на него было слишком больно. Через пару минут рыжий засопел, а Кир смотрел на воду, размышляя.