Ленивый хозяин — беда трудяге

— Хару! — прикрикнул светловолосый парень, еле угоняясь за неугомонным и быстрым смерчем лет десяти отроду. — Прекрати бегать по замку, он ещё спит. Нельзя разбудить, иначе нам головы поотрывают, — нервно вздрогнув, мысленно представив свою кончину, оборотень остановился. Отойдя на уставших ногах к стене, прислонился к прохладной поверхности, тяжело выдыхая. Юноша не спал уже несколько суток, жуткая усталость в теле напоминала о себе каждую секунду. Глаза безжалостно слипались, но спать было нельзя… Нерадивый босс завалил парня работой, которую, вообще-то, должен был сам выполнить за прошедший месяц, и теперь бедному и уставшему оборотню только то и делай, что за какие-то четыре дня, буквально к приезду Седьмого Короля, нужно успеть всё разобрать и решить, а после ещё и успеть отдохнуть нужно. Ему всё же хозяина сопровождать, как самое приближённое к нему лицо и охрана, а в таком состоянии от него толку, как от солнца зимой — никакого. Переводя дух, борясь с желанием отключиться прямо на этом месте, Клай вовсе позабыл о цели своих преследований. Но мальчик и сам вернулся к нему, с детской наивностью и беспокойством заглядывая в прикрытые глаза. — Ты себя хорошо чувствуешь, братик? — подняв голову, смотря снизу вверх, вопросил малыш, большими карими глазами наблюдая за уставшим подростком. Услышав знакомый голос, Клай приоткрыл глаза, протерев их рукой, пытаясь прогнать сонливость, что никак не хотела уходить. — Всё хорошо, Хару, — сил еле хватало, чтобы улыбнуться, но он сделал это, потрепав слегка отросшие каштановые волосы названного братишки. С времен их «родства» прошло не так уж и много времени, но Харутора стал для Клая действительно как младший и непослушный брат, а тот же, в свою очередь, очень дорожил добрым и весёлым оборотнем, так хорошо относящимся к нему. — Я больше не буду бегать по утрам, обещаю, — смущенно прикоснувшись к щеке, мальчишка опустил взгляд в пол. — Я не хочу доставлять братику проблем. Кивнув, Амбер притянул к себе Хару, направившись с ним в сторону комнаты младшего, чтобы уложить того спать. Три часа ночи, о какой беготне вообще может быть разговор! Но тому всё не спалось, вот и решил сделать небольшую пробежку через все этажи здания, которых, стоит заметить, было больше трёх. Так на одной из многочисленных площадок для бега мальца и услышал Клай, решив разузнать, что так поздно делает на коридоре, причём так далеко от своей комнаты. Уложив ребёнка спать, юноша вернулся к прежнему занятию — изучению карты приближённой к данному городу местности и доклады подчиненных касательно грунта и полезных ископаемых, продвигать земледелие и прочие роды занятий нужно было, странно, что Грей вообще не придал этому значения. Ленивый кардинал, как его величали в кругу двоюродной сестрицы Рицу, предпочитал поваляться на диване, полистать какую-то книженцию сомнительного содержания, поворчать на Клая за его медленность и нежелание работать. Это злило молодого оборотня. Порой так и хотелось превратиться в волка, вцепиться в Грея и перегрызть ему шею. Но… это были лишь скрытые ото всех мысли, в реальности Клай себе такого позволить не мог, о чём зачастую очень жалел. Асука до ужаса злил его. Да и это его двуличие! То он больной на голову придурок, вопящий на каждом шагу; то жестокий и расчётливый убийца, один взгляд которого холодит всё внутри. А что уж говорить о способностях! Они у него слишком опасны. Все эти компоненты и напоминали Клаю лишний раз не возникать и делать то, что сказали, правда напомнить — напомнили, а вот вбить в голову никак не получалось. Постоянно оборотень срывался, начинал орать на демона, порой бил чем под руку не попадья. Конечно, покрывал любые убытки тоже он. То люстру за свой счёт чини, то кабинет ремонтируй, то замаливай грешок кучей еды и всякими подарками, которые Грей «ненавязчиво» заказывал. Устроившись в не так давно отстроенном кабинете, Клай вернулся к дальнейшему изучению. Стопка бумаг с первого дня его посиделок значительно уменьшилась, оставались какие-то парочка листочков, но с каждой строкой слова расплывались ещё больше, что вскоре парень вообще перестал видеть текст перед собой. Тереть глаза и умываться смысла не было, ничего не помогало. Организм желал сна, он требовал его уже не первый день, но было ещё рано, пока всё не закончено… Так думал Клай, но тело само перестало его слушаться, и вскоре юноша завалился уставший на стол, моментально засыпая…

***

Голова раскалывалась. Приподнявшись, Клай обнаружил, что находится в собственной спальне. Чудо, но он не помнил, как вообще здесь оказался. Последние несколько дней он здесь вообще не бывал, только и просиживал днями в кабинете Грея, занимаясь его работой. Прислушавшись к своим внутренним ощущениям, почувствовал рядом причину своего привычного раздражения, подымаясь с кровати и направляясь в его сторону. Соседняя комната была обустроенная в пестрых тонах, от цвета которых уже привычно рябило в глазах, хоть и всё равно неприятно. Поправив давно уже не свежую футболку, Амбер тихо пробрался в помещение, крадясь к небольшому дивану, подняв с того небольшую подушку. Примерившись, парень замахнулся, попадая прямиком в тёмную макушку, победно захихикав. Не ожидающий такой подлянки Грей не мало всполошился, скидывая со стола папку с кучей вылетевших из неё фотографий. Разной формы картинки опали на пол, застелив собой, будто ковром. Цыкнув, Клай поднял одну из ближних себе, раздражённо зыркнув на потирающего голову демона. — Нечего в меня подушками бросаться. Должен быть благодарен, что я дал тебе поспать, а не позволил и дальше сидеть над бумагами. — Я выполнял твою работу! Ты должен был позаботиться об этом самостоятельно намного раньше. — Зачем? У меня ведь есть ты для таких дел, — как ни в чём не бывало протянул Грей, повернувшись к альбиносу лицом. Клай сейчас был похож на хищное животное, готовое в любую минуту наброситься на свою жертву. И эти двое прекрасно понимали, что это вполне может осуществиться, скажи Грей сейчас хоть одно неправильное слово, только его это мало заботило, злить Клая было весело. — Я тебя когда-нибудь убью, обещаю! — прошипев сквозь зубы, Амбер выбросил старый снимок обратно на пол. Надо же, Грей ещё хранит их, хоть прошёл уже не один год с тех пор… — Тебе стоило меня разбудить, чтобы я закончил всё вовремя. Сегодня ведь последний день, Седьмой вечером будет. — Ага, вечером… приехал. Ты продрых целый день, он как раз часа три назад приехал. Но я всё доделал сам, — чуя убийственную ауру подчиненного, поспешил успокоить его демон. Злить, конечно, было весело, но посторонние же в замке сейчас, а показывать разруху в их отношениях было не очень приемлемым в данном случае. Приходилось сдерживаться, чтобы не перейти на колкости и прочие привычные разговорные штучки, что так привычны в разговоре Грея. Поднявшись со стула, Грей стремительно приблизился к нумэнклату, посмотрев с насмешкой тому в глаза. — Раз ты отдохнул, дай и мне немного расслабиться. Мне завтра терпеть общество старых пердунов, а так я буду мысленно отвлекаться от их бессмысленных речей. Медленно приблизившись к лицу оборотня, Грей сделал то, что обычно не позволял себе в отношении Клая, стараясь сдерживаться, но не в этот раз…

***

Стоя за спиной Грея, Амбер мысленно несколько раз четвертовал, разорвал, похоронил, опять разорвал, и обматерил сидящего впереди довольного парня. Уж чего, а произошедшее этой ночью он ему долго будет припоминать и злобно сопеть над ухом. Предложения гостей присесть Клай вежливо отклонял, объясняя тем, что ему так удобнее…