Любить, как ты

Подготовка к экзаменам была уже в самом разгаре. Однажды, переступив через порог школы с учебником геометрии в руках, Пери почувствовала смачный шлепок по спине и громыхнувшее над ухом: — С первым апреля, Дорито! -…Только не говори, что у тебя рука была в мелу, — прошипела блондинка и развернулась, но Аметист уже и след простыл. Пери сдёрнула свитер и прискорбно оглядела отпечаток небольшой белой пятерни на месте лопатки. — Вау, это начало стриптиза для меня? — конечно, рядом оказалась и Ляпис. Она оценила меловую пятерню на своей работе и хмыкнула. — А, сегодня же Первое. Главное — пережить этот день, а мел отстирается, Дотти. На химии всё было более-менее тихо. Никому не вздумалось смешать что-то взрывное или дико пахнущее, но кто-то постоянно хихикал на задних партах. — Если вы испортите что-либо в этом кабинете, молодые люди, то «неуд» вам обеспечен, — безмятежно пообещал мистер Де-Фужере. Он совсем не приглядывал за ними сегодня, даже наоборот — постоянно писал кому-то смс и беспрестанно улыбался. — Нужно сделать простенькую реакцию с лакмусом и записать результат, — бормотала Пери, сверяя что-то с табличкой в тетради. Ляпис капнула лакмусом в одну из трёх пробирок и сообщила: — Красный. — Угу, кислота, — Пери чиркнула в тетради пару строк. — Дальше? — Фиолетовый, — Лазурит сосредоточенно всматривалась в пробирку. — Окей… Дальше? — Дальше, — синеволосая мельком оглянулась на учителя и подвинула к себе локоть Пери, — зелёный. — Зелё… — блондинка вздрогнула и почти побагровела — Ляпис лизнула её локоть и поцеловала руку. — Да ч-что ты творишь?! — Пробирку не сбей, Дотти, — хихикнула Лазурит и выпустила её локоть. *** — Ты всегда её носишь? — спросила Перидот, глядя на болтавшуюся на шее Ляпис синюю лазуритовую рыбку. Синеволосая погладила украшение. — Когда выхожу из душа — сразу надеваю, — многозначительно улыбнулась она. — А что с Альманахом? — Перечитываю, — неловко усмехнулась блондинка. Они вместе сидели в столовой, так и не притронувшись к еде, и наблюдали за тем, как Аметист под всеобщий одобрительный гул подсыпала в стыренный у мисс Франс термос перец. — Гм. Стоило бы про них рассказать?.. — Им и так достанется, — махнула рукой Ляпис. Вторая её ладонь под столом незаметно легла на худое острое колено девушки. — Забавно, как мы хорошо избегаем розыгрышей сегодня. — Это же хорошо, — рука Пери, чуть дрожа, тоже тронула чужое колено. Сегодня на Ляпис отчего-то была превосходная рубашка, довольно свободная, и верхние пуговицы были расстёгнуты. Взгляд Перидот приковался к ключицам девушки. — Н-ну, они все резко р-решили отыграться на математичке… Хах… Надеюсь, н-неприятностей не будет… — Мы-то в этом не участвовали, — Ляпис взяла её свободную руку и поднесла к своим губам. — Можно сказать, мне до лампочки. Хей, а тебе нельзя будет сегодня опять остаться у меня? *** Лазурит поставила три будильника на телефоне и завела тот, что стоял возле её кровати. И о да, родители её снова отсутствовали. — Тебе не бывает одиноко? — осторожно спросила Перидот, пристраивая свой рюкзак на кресле-осьминоге. Лазурит, стоявшая к ней спиной и расправлявшая кровать, неопределенно пожала плечами. — Так… Временами. Перидот смотрела на её пальцы. Пальцы Ляпис хранили остатки летнего загара и тепла. Их хотелось касаться. — Тебе не хочется… Снова повторить тот раз? — скомкано пробормотала Ляпис, наедине уже немного стесняясь слова «секс». — Ну, знаешь… Мы давно… Я думаю об этом. — Было весело, — хихикнула Пери, слегка краснея. — Ты, эм… Выключи свет. Очутившись в темноте, они обнялись и взялись за руки. В этот раз просто начать раздеваться почему-то было сложнее. — Хей, Дотти, — позвала тихо синеволосая. Пери не ответила, но взяла её руку и поднесла ко рту. — Ау, До… Горячий язык и влажное дыхание коснулись пальцев Лазурит. Та вздрогнула от неожиданности и широко раскрытыми глазами уставилась в темноту, на робко облизывавшую её пальцы Пери. Некоторое время ответа на её действия не было, но наконец рука синеволосой пробралась под зелёную футболку. — Боже, Пери. Откуда такой чертовски сексуальный жест, — шепнула Ляпис блонди на ухо, чуть наваливаясь сверху.