Леви стыдно признаться

      Леви стыдно признаться, но он любит заставать ее спящей над книгой глубокой ночью. Как правило, в это время уже все спят, и лишь в ее окне мерцает огонек. Она постоянно читает — полки в ее комнате буквально ломятся от книг. Она читает взахлеб, не осознавая, сколько времени и какой сегодня день недели. Ханджи даже не замечает, как засыпает — и Леви находит ее, уткнувшуюся носом в книгу и мирно сопящую. Уже поздняя ночь, свеча мирно догорает, слегка колеблясь игривым огоньком. Леви аккуратно тушит ее, после чего подхватывает девушку на руки. Она совсем легкая, несмотря на то, что ростом выше него самого. Ее растрепанные каштановые волосы ложатся на его грудь и слегка щекочут подбородок. Он кладет ее на кровать и снимает с нее ботинки, чуть заметно морщась при виде грязных пятен на них. Укрывает ее одеялом и заботливо подтыкает краешек. Ханджи спит неспокойно, постоянно ворочается и, конечно, вскоре разрушит свитое им гнездышко. Но Леви все равно. Ему так спокойнее. Укутав ее полностью, он выходит и тихо прикрывает за собой дверь. Сам Леви нормально спать уже давно разучился.       Леви стыдно признаться, но он любит, когда она рассказывает ему о своих исследованиях. Она обычно влетает к нему в комнату безо всякого стука, отрывает от дел и начинает вещать. Леви это не нравится — он терпеть не может, когда кто-то его отвлекает или ходит в грязных ботинках по его идеально чистому полу. Леви огрызается на нее, но потом смотрит ей в глаза и замолкает. Когда она говорит о своих опытах, ее глаза горят. Блестят. Сверкают. Искрятся. И Леви это завораживает. Он не слышит ни слова из того, что говорит эта ненормальная женщина — он просто смотрит в ее глаза. Ему кажется, будто в них сама жизнь — живая, бурлящая, текущая. Неподдельный, искренний интерес и будто детское восхищение в этом дерьмовом, прогнившем до самого остова мире. И он просто смотрит. Сам Леви уже давно разучился излучать подобные эмоции.       Леви стыдно признаться, но он любит ее плохое зрение. Он всегда подкалывает ее на тему ношения очков — во всем Разведкорпусе только он называет ее «четырехглазая» и «очкастая». И в то же время, есть в этом что-то… неизменно цепляющее для него. Когда она теряет свои очки, она становится поразительно беззащитна. Смешно хмурит лоб и выставляет руки вперед, широко расставляя пальцы, чтобы не врезаться во что-нибудь. В такие моменты эта женщина пугается любого шороха — а ведь она всегда была одной из лучших бойцов Отряда. Ее руки убивали гигантов, ее руки пытали людей, вырывая им ногти — а теперь достаточно хлопка в ладоши, чтобы она вскрикнула и зажмурилась. Сам Леви был способен убивать даже с закрытыми глазами.       Леви стыдно признаться, но он любит тот хаос, что она вечно создает вокруг себя. У самого капрала все всегда упорядочено до тошноты. Его вещи, его слова — они всегда в порядке, они всегда продуманы. Ханджи же рубит с плеча — она мгновенно вспыхивает, обнажая все свои эмоции и чувства. Она обожает болтать, создавая вокруг себя балаган из хохота и шуточек. Леви не до шуток — вокруг только война, но эта женщина будто не осознает этого. Она смеется будто полоумная даже во время вылазок за стену, когда большую часть отряда рвет от увиденного. Она убивает врагов так, будто это театральное представление. Ей весело, и она веселится, словно бестия. Сам Леви всегда собран и серьезен, у него просто нет права быть другим.       Они — противоположности практически во всем. Он любит чистоту, она же делает все, чтобы ее не было. Он холоден, она — горяча. Он устал от этой жизни, от всего этого дерьма — она полна сил и жизнелюбия. Он спокоен, как удав, она пышет эмоциями. Только в одном они схожи — они оба хотят стать свободными. Хотят избавиться от гигантов и стать свободными. Всего лишь. Так мало, а вместе с тем и невероятно много.

***

Леви не стыдно признаться лишь в одном — он действительно любит Ханджи Зоэ.