Что приносит осень...

      Осень в этом году пришла раньше обычного. Голые деревья — как будто лишённые надежды. Северный ветер срывал последние листья, разбрасывая их по раскисшим тротуарам, а серое небо, тяжёлое и беспросветное, давило на грудную клетку, как мокрое покрывало.       Сидеть в тишине казалось почти болезненным. Электричество отключили ещё утром — как назло, именно сегодня. Телефон давно сел. Книги не читались, чай выстыл, а мысли разъедали хуже осенней сырости. Плед на плечах не грел, только напоминал о том, что я один. Совсем один.       Иногда одиночество не ощущается, пока есть внешние шумы: голос из телевизора, вибрация входящих сообщений, свет лампы. Но когда всё замирает… ты остаёшься наедине с собой. И если рядом нет даже того, кому можно сказать «я скучаю», это особенно больно.       Я вздрогнул от резкого, настойчивого стука в дверь.       Кто-то пришёл. Здесь, в такую погоду? Без глазка, без предостережения. Открываю. Плевать — если это маньяк, то пусть. От скуки я, пожалуй, отбиваться буду с удовольствием.       На пороге стоял мужчина. Капли дождя стекали по его куртке. Он выглядел так, будто сам не ожидал, что окажется здесь. — Ты кто такой? — спросил он первым. Голос резкий, с хрипотцой, как будто давно не говорил вслух.       Я приподнял бровь. — Вам не кажется, что этот вопрос должен задать я?       Он замер. Секунду смотрел на меня, затем отвёл взгляд. Руки засунул в карманы. Брови нахмурены. — Эм… Это твоя квартира, да?       Я кивнул. Его глаза — зелёные. Не просто «зелёные», а такие, в которых легко утонуть. Цвет лета. Живой, сочный — почти неуместный в этот бесцветный день. — И я повторю вопрос: кто ты? — Дин. Дин Винчестер, — представился он и протянул руку. Я не пожал её. Он лишь неловко опустил ладонь. — Это имя мне ни о чём не говорит. — Видимо, произошла ошибка, — он почесал затылок. — Я приехал к Сэмми, брату. Он сказал, что поселился здесь и дал мне этот адрес. Я думал… Чёрт. Видимо, что-то перепутал. — Я живу здесь уже два года. Никого по имени Сэмми не знаю.       Я начал прикрывать дверь — разговор явно себя исчерпал. Но он остановил меня: — Стой. Просто... на улице ливень. Я не прошу ночлега. Просто... — он оглянулся на мрак за спиной. — Забудь. Плохая идея. Извини за беспокойство.       Он развернулся. Было что-то в этом движении — в том, как он сгорбился под напором ветра — что задело. Я уже почти дал двери закрыться, но пальцы остановились на ручке. — Дин, подожди. Хочешь — пережди бурю у меня. Электричество, возможно, скоро дадут. Свяжешься с братом.       Он замер. Медленно обернулся. Не улыбнулся, не поблагодарил, просто кивнул. Вошёл.       И я вдруг понял — впервые за долгое время в комнате стало теплее. Не физически. А будто воздух насытился присутствием.       Возможно, это была ошибка. А возможно — судьба.       Пока что я знал одно: я больше не один...