Одна просьба

      Они сидели под старым деревом, скрываясь в тени раскидистых ветвей. Зеленую листву приятно шелестел ветер. Вокруг витал дух умиротворения и полевых цветов. Братьям было хорошо. Они молчали, оба погружённые в себя. Младший принц с неподдельным интересом читал старую книгу, периодически нежно отряхивая страницы от пыли. А Тор же… Тор на удивление молчал. Юноша мял пальцами травинку, нахмурив брови, рассматривая цветы вдалеке. Почти за все время нахождения здесь он не разговаривал, светловолосый был погружён в свои мысли, что крайне удивляло и радовало Локи. Ибо нет ничего лучше, чем тишина при чтении. Поэтому младший принц даже не задумался о нехарактерном молчании Тора. Нужно брать, что дают. И Локи ценит это.       Однако, к сожалению, всему в этом мире рано или поздно приходит конец. И приятной тишине в том числе.       — Эй. Локи — Тор окликает младшего брата, не прекращая хмурится (кажется, он стал ещё более угрюмым и задумчивым), слегка надувая губы.       Локи морщится, молчит, притворяясь, что занят, и не заметил. Но читать больше не получается, он пытается, скользит внимательным взглядом по строчкам, но в голове после прочитанного остаётся лишь пустота. И поэтому, когда старший вновь зовёт, маг отвечает.       — Да, брат? — Локи отрывается от книги, поднимая взгляд на брата, повернув голову в сторону родственника. И сразу же в глаза бросается чрезмерная серьезность Тора. Это странно и непривычно, а ещё и любопытно. Юному трикстеру не терпится узнать причину угрюмого настроения родственника.       — Мне нужна помощь.       Вот это уже очень интересно. Локи улыбается, сверкая большими зелёными глазами, ласково прикрывает книгу, откладывая ее в сторону.       — И как мне помочь тебе?       Тор признает его мудрее себя самого, раз просит. Локи находит это восхитительным.       — Тебе… Нам с тобой… — Тор сильнее хмурится, думает, пытается подобрать слова, пыхтит. Ещё бы, голова-то, наконец заработала, мыслительный процесс пошёл. А младший принц любопытно смотрит, ожидая. Сын Одина нервничает под внимательным взглядом черноволосого, жмётся, отводит голубые глаза. А Локи пытается поймать светлый взгляд.       — В общем… Я хочу поцеловать одного человека! — наконец выпаливает Тор, краснея.       Локи в удивлении хлопает ресницами, застывая.       — Но я не умею. Мне нужна твоя помощь. Ну… Практика. Я могу это сделать, эм… Сначала с тобой?..       — Что? Но это же противно! — Локи имеет мало представлений об этом аспекте жизни. Он видел пару раз, как целуются, но никакого трепета и желания повторить это в нем не вызывало. Лишь отвращение.       Это омерзительно. Ему так кажется не потому что он ещё маленький ребёнок, а просто потому что он прав. Что может быть приятного в поцелуях? В прикосновениях личного характера? Тяжело дышать. Слюни. Возможно, это мокро? Носы вероятно мешают. Разве губы предназначены для того, чтобы их трогали другие губы? А язык? Ротовая полость создана для другого. Ведь рот — это такое личное место. Перед поцелуем хотя бы чистят зубы? Там и остатки пищи, и всякие бактерии. Поцелуй — это вообще нарушение всех норм гигиены. Количество возможных микробов и страшных вирусов должно отталкивать людей от идеи поцелуя.       — Так ты поможешь? — Старший сын Одина прикусывает губу, поднимает неловкий взгляд на младшего.       Локи дёргается, как обожженный, голос брата вырывает из мира мыслей. И он лишь растерянно выдаёт.       — Ээээ… — кажется, впервые он не может связать ни одного предложения.       — А если я тебе достану книги из библиотеки, которые тебе запретили читать? Только ты скажи, где они там… И названия.       Видимо Тору это очень нужно.       Локи щурится, всматриваясь в глаза брата.       — Вижу, ты в отчаянии, раз решил обратиться ко мне.       — Локи… Пожалуйста.       Глаза громовержца блестят надеждой и растерянностью, он смущённо смотрит, ожидая ответа.       А Локи не знает, что сказать. Он считает это мерзким. Локи ненавидит прикосновения, он позволяет целовать и обнимать себя только Фригг, хлопать себя по плечу — отцу и Тору… Раньше им было дозволено больше, но теперь круг возможностей сузился. А что говорить о любовных нежностях? Здесь и сказать нечего.       Пусть Локи подросток, и проявление физиологических потребностей — это должно быть нормально, но не для него. Он Бог. Он рождён королём. Локи не хочет опускаться до этого. Зачем и для чего? Мерзко. Можно любить, не смешивая высокое чувство с грязью излишне интимных прикосновений. Разве это не лишнее? Почему нельзя просто любить? Любить чисто и верно, как он любит Тора.       Его любовь Тору имеет отличия от любви к отцу и матери. Она не такая. Локи не знает, почему, но он уверен, что чувствует ее иначе. Что-то с ней не так. И трикстер не собирается себя обманывать, говоря, что это братская любовь, потому что его любовь куда сильнее её и лжи.       — Помогу — Локи растерянно выдыхает эту фразу, краснея. Младший принц борется с отвращением. — Только быстро.       — Локи?.. Ты серьёзно?       — Ты меня не слышал? — мальчишка хмурит тонкие брови. И смотрит в упор.       А Тор судорожно сглатывает и подвигается ближе. Локи кивает ему и самому себе, затем жмурится, пряча растерянный взгляд за подрагивающими ресницами. Мерзко. Мерзко. Мерзко.       — Целуй же! Отвратительно.       Он чувствует, как Тор придвинулся ближе. Сердце застучало сильнее. Локи боится?.. Из головы вмиг вылетает, как это должно выглядеть на практике. А потому он незаметно в отрицании качает головой, отмахиваясь от лишних мыслей, чуть тянется к брату, вытягивая губы вперёд трубочкой.       Тор удивлённо склоняет голову набок. Щеки пылают. Он наклоняется к брату и трикстер ощущает, как его губы опаляет дыхание. Он сдерживается, чтобы не отпрянуть. Ради Тора можно потерпеть. Ведь это Тор. Глупый и прямолинейный брат. Губы мягко касаются подрагивающих губ. А затем ещё раз. Локи растерянно замирает, он больше не вытягивает губы трубочкой. Это не так, как он себе представлял. В животе сворачивается тугой ком, а затем приятно щекочет. Странно. Чертовски странно.       Тор отстраняется. И Локи становится страшнее.       — Тебе неприятно?       — Нет. Совсем наоборот — удивлённо отвечает младший, едва шевеля губами.       И Тор снова подается вперёд, невесомо касаясь губ трикстера. А потом ещё раз. Просто нежные и совсем невинные прикосновения.       — У нас получается? — Тор растерянно спрашивает. Почему-то после слов брата сердце охватывает боль, внутри скребется болезненное чувство. Локи представляет, как Тор так же касается губ девушки, которую он хотел поцеловать, для которой он тренируется. Локи сжимает губы в прямую полоску. А старший не продолжает, молчит и не двигается. Трикстер думает о том, как сердце Тора будет танцевать от чувств к ней, громовержец будет чувствовать к ней то, что сейчас ощущает Локи. Пульс участится, голова приятно закружится, а в груди разольется трепет.       Нет. Это ужасно. Локи больно. Он распахивает глаза. Внимательно смотрит на брата, а затем подается вперёд и самостоятельно целует, взяв его лицо в ладони. Ему больше не мерзко. Ему хочется касаться. Ему хочется больше чувствовать. Больше, больше…       Тор уверенно действует, приятно целуя губы. Локи отвечает ему. В их поцелуе столько нежности, ласки. И Тор обнимает брата.       Прикосновение отрезвляет. Локи округляет глаза, отстраняясь, выпуская лицо Тора из рук, отворачивается. В груди больно колит что-то.       — Кажется… Ты научился. — Локи весь красный. Это слишком стыдно.       — Локи…       — Все. Хватит, Давай, иди и целуй ту девушку. И не забудь про книгу, я сильнее в обмане, со мной не сработает бессмысленное враньё.       Так больно. А потому трикстер пытается спрятаться от чувства обиды и от внимательного взгляда Тора, младший принц раскрывает книгу и делает вид, что читает.       Тор неуверенно кивает, встаёт и уходит.       И лишь после этого Локи позволяет телу слабость — руки начинают дрожать. Он откладывает книгу в сторону, презрительно фыркает, обнимает колени, прижавшись спиной к дереву, хмурится.       Ему не противно. Хочется ещё.       — Дурак.       Локи остаётся со своими мыслями, так и не узнав, что Тор на самом деле умеет целоваться. И человек, которого он хотел поцеловать — это Локи. У громовержца получилось сделать это. Однако, случилось всё не так, как хотелось, хоть обман удался.

***

      — Брат. — Зеленые глаза Локи сверкают в темноте. Тор удивлённо застывает, обнаружив в своих покоях трикстера.       — Локи? Что ты здесь делаешь? Ты рано ушёл с пира — он хмурится, закрывая дверь. Затем щурится, уверенно делает шаг, хоть и темноте ничего не видно, но свою комнату он помнит.       — Я зажгу свечи.       — Нет. — Видимо трикстер предпочёл ответить только на последнюю фразу Тора.       — Ты все то время был здесь? — громовержец не находит ничего лучшего, что можно сказать. Он останавливается напротив Локи, находясь в нескольких шагах от него.       — Возможно. — Тор улавливает движение брата, кажется, маг повел плечами. — Холодно.       Бог слышит усмешку в голосе брата, а затем слышит шелест одежды, через секунду ощущая, как Локи сократил расстояние. Теперь они могут рассмотреть друг друга.       — Я хочу поцеловать одного человека. — Локи склоняет голову набок, хитро улыбается, облизывает губы.       Тор сглатывает. Мышцы напрягаются. Сердце гулко бьется. Внутри скребется чувство ревности. Он шумно сглатывает. Губы едва могут шевелиться, но он все же задаёт вопрос, не надеясь на ответ.       — Кого?..       Губы Бога обмана расплываются в более широкой улыбке.       — Тебя.