Превратности клоунской жизни

Полное название звучит как "День Святого Валентина, мать его!" Когда-то Харлин Квинзель очень любила этот день. Харли Квинн его ненавидит. Харлин отмечала 14 февраля в календаре розовым сердечком и всегда получала кучу бумажных сердечек, шоколадок, цветов и плюшевых игрушек. Харли старательно вырывает любое напоминание об этой дате, потому что в этот день всегда получает. Вот просто и без затей. Получает. Иногда, конечно, к этому слову добавляется что-то вроде "бомбу в торте", "скандал", "пожар", "пулю", но чаще всего просто получала. Без лишних сантиментов, которые Джокер не очень любит. Пулю она получила, когда попыталась подарить Джею валентинку в их первый год вместе. Скандал, когда на второй год кто-то подарил валентинки и шоколад ей. Бомбу год на пятый, когда Джокер забыл про 14 февраля и просто решил устроить праздник. А пожар был в том году, когда кто-то опять прислал ей гору валентинок, и Харли попыталась все сжечь, до прихода Джокера. О, в тот раз она получила и пожар, и пулю, и скандал, и бомбу, от которой успела во время избавиться, благо Джей просто дал ей круглый шар, даже не потрудившись упаковать его в торт. В этом году Харли планировала-таки уехать из дома к Иви, чтобы не повторять эпопею с ее днем Рождения, но хитрый Джокер, который опять откуда-то все узнал, поймал ее у двери, вернул в комнату и сказал: - Не смей никуда деваться, у нас завтра праздник! - Какой? - испуганно спросила Харли, пытаясь сделать вид, что ничего не знает и не помнит. - День душевнобольных! - радостно объявил Джей. - Может выпустим всех из Аркхэма? - Чтобы потом Бэтси загнал их всех обратно, и нас в том числе? Давай прибережем этот козырь на другой раз? Скажем, на твой день рождения? - Харли испытала одновременно облегчение, ужас и разочарование. - Что же тогда придумать, тыковка? - Не знаю, я хочу смотаться в гости к Иви, - Квинн улыбнулась. - Исчезнешь из дома - обнаружишь себя в сточной канаве в компании отравленных крыс, - не меняя счастливого выражения лица объявил Джокер и направился к выходу, бросив напоследок: - Ну, раз ты такая скучная, то я сам что-нибудь придумаю для нас двоих! И он ушел. Харли поняла, что в этот раз опять получит. И дай бог, чтобы без эпитетов.

***

Джей сидел в своем кабинете и задумчиво смотрел в окно. Что бы придумать? Взгляд метнулся к календарю, на котором было что-то нацарапано. Странно, обычно такие "праздники" не отмечают на календарях. Джей подошел, но вместо ожидаемого "День душевнобольных" увидел розовую надпись "День всех влюбленных". Странно, а такой праздник вообще существует? Вернувшись к компьютеру, Джокер начал перепроверять. Да, действительно есть такое. Список милых мелочей, которые принято дарить в этот день возлюбленным впечатлял. И вдруг он припомнил нечто подобное. Кажется, давным-давно Харли преподнесла ему такое красное сердечко, которое, если верить компьютеру, называется "валентинка". А он? А он ее избил. Ну, все верно, нечего сопли разводить. Только куда же он потом дел эту бумажку? Кажется, использовал как закладку в старой книге потенциальных жертв. Та обнаружилась в сейфе вместе с закладкой, и Джокер долго и придирчиво разглядывал сердечко и старую, почти выцветшую надпись: "Моему любимому пирожочку! Ты самый лучший! Твоя Харли Квинн!" Да, наверное, правильно, что избил. Или не очень... другая бы обиделась, но Харли продолжила его любить. Продолжила ли? Ведь больше она ему таких сердечек не дарила. Новое воспоминание заставило Джея нахмурится: маленькая горка валентинок на столе у счастливой Харли, которая перебирала их, будто искала что-то. А на каждой бумажке пестрело мужское имя. Что сделал Джокер тогда? Точно, сломал ей руку! А в прошлом году, вроде бы, в этот день был пожар, устроенный Харли. Он смутно припоминал, что в огне догорали пластиковые и плюшевые сердечки. И Джей опять не изменил себе. Ну, тогда поведение Харли сегодня приобретает смысл! Джокер вдруг понял, что думает сейчас о "дне святого Валентина", а не о счастливом празднике. Вот черт! Квинн испортила ему праздник! От идеи пойти и поколотить ее остановило осознание, что он ей испортил целых девять праздников. Ладно, Джокер не любит оставаться в долгу! Он устроит ей такой праздник, который окупит оставшиеся восемь испорченных!

***

Утром Харли разбудил горн и какие-то фальшивые завывания. - Что это? - тихо спросила она, не открывая глаз. - А хрен его знает, - неожиданно весело отозвался откуда-то сбоку Джокер, - но в сети написано, что это поют Купидоны. - Им явно кто-то перерезал глотки, а хирург попался на редкость неудачным, - Квинн открыла глаза и потянулась, но тут взгляд ее уперся...в сердце. На ее чудесном постельном наборе лежало окровавленное сердце!!! От истерики остановил блеснувший в солнечном свете прозрачный поднос. - Пирожочек, что это? - ласково спросила Квинн, разглядывая подарок и ожидая подвоха. - Это валентинка! - гордо объявил Джокер, - символ...Сердца. - Думаю, что его бывший владелец с тобой бы не согласился. Для него это был символ жизни, - Харли захохотала, привычно пропустив мимо ушей заминку Джея. Не будет он о любви говорить, потому что...да не будет и все, так стоит ли париться? К тому же, она чувствовала, что главная ее проблема сегодня будет не в этом. Она встала, переложив сердце на стол, чтобы позже залить его формалином - все же Джей старался. К тому же... это все равно был очень романтичный подарок! На кухню они пришли вместе. Джокер, заметивший чуть приоткрытую дверь кладовки и выпавшую из него руку, незамедлительно пнул конечность и закрыл помещение. Квинн привычно сделала вид, что ничего не заметила. На столе стояла сожженная яичница, и Харли оставалось надеяться, что Джокер готовил ее не сам! - Смотри, я тебе приготовил завтрак! - Джокер говорил об этом так, будто все-таки захватил мир. - Ух ты! Пирожочек, это так мило!!! - Она кинулась ему на шею, чтобы потянуть время. Но за стол все же пришлось сесть.Тяжело вздохнув, Харли взяла в руки соль... - Я солил! Правда не из этой баночки... - А из какой? - Квинн напряглась, прекрасно зная, что соль в их доме была только в этой баночке. Джокер между тем залез в самый дальний шкаф и извлек оттуда маленький стеклянный флакон, который тут же кинул Харли. - Я ее еле нашел! Кто же так прячет соль. - Может тот, кто хранит на кухне стрихнин? - Квинн развернула к Джокеру баночку другой стороной, являя миру неприглядную надпись. - Вот он это и съест! - Мрачно объявил Джокер, отбирая у Харли тарелку, - Прости, тыковка, ты сегодня без завтрака! Хотя если хочешь кофе... то можешь и мне сварить чашечку! И Квинн покорно пошла варить кофе, надеясь, что время будет течь быстрее. Вдруг прямо перед ее носом появилась большая крыса с длинным лысым хвостом и неаккуратным поросячье-розовом бантом на шее. Харли закричала и бросилась Джею на руки. Кого-кого, а крыс она точно не любила! Как пытку - да, как животных и переносчиков заразы - нет! - Пирожочек! - Завизжала Квинн прямо Джокеру на ухо. Он тут же разжал руку, роняя Харли на кафель, и подошел к грызуну, беря его на руки: - Это Помпончик! - торжественно объявил Джокер, ласково поглаживая крысу между ушек, и Харли поняла, что ей придется мириться с этим животным. - Какая очаровашка! - Ага, я уже начал эксперименты. Думаю, удастся заразить ее чумой! Правда тогда будет лучше не выпускать Помпончика из герметичного аквариума. Я уверен в нашем с тобой иммунитете, но не хочется, чтобы подох весь штаб. Куда я потом столько трупов разом дену? Их же даже рыбкам и лапочкам не скормишь! Поразительная практичность Джокера и проснувшийся в нем гений-химик, вызвали у Харли улыбку. Да, Джей был гениален, что очень и очень заводило Квинн. Джокер развернулся и направился прочь из кухни, но тут ему на голову приземлилось что-то тяжелое и он упал в обморок. А Квинн, убирая подальше биту, вдруг подумала, что лучше завтра получить, чем продолжать получать такие "подарки"... Да, вот теперь праздник точно удался на славу! И, пожалуй, она снова обведет этот день в календаре розовым крестиком!