Глава 1
24 ноября 2019 г., 17:52
В старой школьной библиотеке пахло бумажной пылью и забвением. Высокие стеллажи, уходящие в полумрак, превращали её в лабиринт, в идеальное убежище. Сюда забредали лишь отчаянные зубрилы и те, кто, как Люси, искал место, чтобы переждать бурю. А буря, в лице учительницы Асами, уже две недели бушевала в её школьной жизни.
Забившись в самый дальний угол, Люси бездумно листала толстый фолиант по математике, используя его как щит. Звонок на урок должен был стать её спасением. Она уже представляла, как растворится в гуще учеников, но её мечты разрушил знакомый, целеустремлённый стук каблуков по кафельному полу. Эти шаги не принадлежали пожилой библиотекарше. Они принадлежали охотнице.
— Хартфилия. Я знала, что найду тебя здесь.
Люси медленно подняла голову. Над ней, уперев руки в бока, стояла Асами-сенсей. В её взгляде смешались раздражение и какая-то усталая настойчивость.
— До каких пор мы будем играть в эти игры? — спросила она, и в её голосе не было злости, только измотанность. — Прошло две недели. Две. Все давно по клубам, а ты прячешься среди пыльных книг.
— Асами-сенсей, я ищу то, что мне по душе... — начала было Люси. — Литературный клуб закрыли, кружка психологии, который мне интересен, здесь нет... Я не хочу идти куда попало.
— Послушай, — вздохнула Асами, её взгляд смягчился. — Я говорила с твоим отцом. Он очень надеется, что ты наконец-то найдёшь себе занятие, начнёшь заниматься чем-то полезным...
При упоминании отца лицо Люси мгновенно окаменело. Улыбка, с которой она смотрела на учительницу, испарилась, сменившись холодной отстранённостью. Уголки её губ опустились.
— Мой отец, — процедила она ледяным тоном, — может надеяться на что угодно. Я сама буду решать, чем мне заниматься. И не важно, будет ли полезно в будущем резюме или нет.
Асами-сенсей на секунду опешила от такой резкой перемены. Она поняла, что затронула больную тему.
— Люси, я лишь хочу помочь...
Звонок на урок прозвенел оглушительной трелью. Люси вскочила, видя в нём свой единственный шанс.
— Простите, сенсей, урок!
— Мы ещё поговорим, Хартфилия! — донеслось ей в спину.
Влетев в класс, Люси с размаху бросила сумку на парту. Её лицо всё ещё было мрачным. Рядом тут же нарисовалась Мисаки.
— Асами-сенсей, опять тебя искала, — прошептала она, хихикая. — Я сказала ей, что видела тебя у музыкальных классов.
— Не помогло, — мрачно выдохнула Люси. — Она меня загнала в угол. И приплела моего отца.
— Ох, — Мисаки сразу стала серьёзной. — Это уже удар ниже пояса.
— Она не понимает, — продолжила Люси, глядя в одну точку. — Литературный закрыли, психологии нет. Зачем мне идти в клуб чайных церемоний или икебаны, если меня тошнит от одного их вида? Просто чтобы отец был доволен, хотя не думаю что если я буду попивать чай, он будет счастлив.
— Ну, если совсем отчаялась и нужно что-то серьёзное, можешь попробовать стать менеджером в баскетбольном клубе, — пожала плечами Мисаки. — Я пыталась, но меня отшили. Сказали, ничего в этом не смыслю.
— Баскетбол? — Люси удивлённо изогнула бровь. — Ты? Зачем?
Лицо Мисаки тут же озарилось.
— Ой, Люси, ты бы видела, какие там парни! — затараторила она, понизив голос до восторженного шёпота. — Просто глаз не оторвать! А капитан... Акаши Сейджуро... он же из Поколения Чудес! Одно это название чего стоит!
Имя Акаши Сейджуро подействовало как удар тока. Вся мрачность с лица Люси мгновенно испарилась, сменившись шоком и неверием. Она резко подалась вперёд, впиваясь взглядом в подругу.
— Акаши... Сейджуро? — переспросила она, и в её голосе зазвенел металл.
— Ну да, а что... — начала Мисаки, но осеклась, увидев, как изменилось лицо подруги. — Ого, а вот это уже интересно! Ты его знаешь?
— Рассказывай, — приказала Люси, игнорируя её подкол.
— Девочки на задней парте!
Резкий голос учителя заставил их обеих вздрогнуть и виновато склонить головы. Но Люси уже было всё равно. В её голове билась только одна мысль, одна сумасшедшая, невероятная надежда. Мисаки, заметив её горящий взгляд, склонилась ещё ниже и прошептала:
— Они всё ещё ищут менеджера. Но тренер там, говорят, тот ещё тиран. Будь осторожна.
🏀 🏀 🏀
«Тиран», — предупредила Мисаки. Люси отмахнулась от этого, как от очередной драматичной ремарки подруги. Хотя... в словах Мисаки могла быть доля истины. Тренер команды уровня Ракузан наверняка устал от толп фанаток, которые приходят поглазеть на игроков, а не работать. Его строгость, скорее всего, была просто профессиональным фильтром. В любом случае, судить по чужим словам — глупо. Сначала нужно узнать главное: требуется ли им ещё менеджер. Доска объявлений в главном холле была похожа на лоскутное одеяло из чужих надежд и увлечений. Ярко-розовые листовки «Клуба изучения милых котиков» соседствовали с аскетичным призывом вступать в «Общество любителей наблюдать за облаками». Здесь было всё, кроме того, что было нужно ей. Объявление о наборе в литературный клуб по-прежнему висело, перечеркнутое жирной красной линией с припиской «Расформирован». Мир абсурда, где клуб любителей поспать на подоконнике процветал, а место для тех, кто любил книги, — умерло. От этой мысли на её губах появилась горькая усмешка. Она тихо процедила в пустоту холла: — Дебилизм...🏀 🏀 🏀
Спортивный зал Ракузан жил по своим, неписаным законам. Главный из них гласил: не опаздывать. Тренер Широгане не повышал голоса и не читал нотаций. Он просто назначал наказание — круги вокруг площадки. Много кругов. Достаточно, чтобы даже самые легкомысленные первогодки быстро усвоили: время тренера — святое. Поэтому за пять минут до начала тренировки зал уже гудел, как растревоженный улей. Воздух был плотным и влажным, пах резиной, потом и предвкушением тяжёлой работы. Игроки трёх составов расползались по углам. Кто-то лениво перебрасывал мяч, кто-то растягивал мышцы, кто-то просто болтал, пока тиран не явился на свой парад. А Мибучи Рео, вице-капитан этого клуба, всего этого хаоса терпеть не мог. Он стоял на улице, у приоткрытой двери зала, прислонившись плечом к прохладной стене. Глаза были закрыты. Он просто дышал — вдыхал свежий вечерний воздух, пытаясь отгородиться от того бедлама, что творился внутри. Для него, педанта до мозга костей, этот предтренировочный хаос был сродни пытке. Нарушение порядка, бессмысленный шум, отсутствие дисциплины — всё это скребло по его нервам, как вилкой по стеклу. Все знали, что в эти минуты его лучше не трогать. Пусть он и вице-капитан, но его ритуал уединения перед тренировкой был таким же незыблемым правилом, как и пунктуальность тренера. — Извините, а не подскажете, где находится тренер? — услышал он обращение, нарушившее его покой. — Хм? — Рео лениво открыл глаза и увидел перед собой девушку, что с улыбкой дожидалась ответа. — Дай угадаю, юная леди, ты хочешь записаться в менеджеры? — Да. Но как вы догадались? Неужели так много желающих на это место? — Люси была немного удивлена. — Ага, — спокойно кивнул Мибучи и указал рукой на соседнее здание. — Кабинет тренера находится там, на втором этаже. Думаю, ты еще успеешь поймать его перед тренировкой. — Спасибо огромное, — девушка поклонилась ему и бросила с надеждой взгляд на открытую дверь в зал, пытаясь увидеть его, но увы — она лишь заметила кучку незнакомых ей ребят и была немного разочарована. Но сейчас не время раскисать. Она должна попробовать вступить. Кабинет тренера находился в соседнем корпусе, как и сказал тот юноша. Люси остановилась перед массивной дверью, сделала глубокий вдох, изгоняя остатки сомнений, и постучала. Костяшки пальцев гулко отозвались в тишине коридора. — Войдите, — донёсся низкий, слегка уставший голос. Она толкнула дверь. Кабинет был аскетичным: стол, два стула, стеллаж с книгами и кубками, тускло поблескивающими в вечернем свете. Пахло старыми бумагами и крепким кофе. За столом сидел мужчина лет сорока, в строгом деловом костюме, что странно диссонировало со спортивной атмосферой. Его тёмные волосы тронула лёгкая седина, а взгляд был тяжёлым и пронзительным. Он окинул Люси взглядом, в котором не было ни капли радушия. — Я вас слушаю. Давление было почти физическим. Воздух в комнате казался плотным, как вода. Но Люси не дрогнула. Она подошла ближе и поклонилась. — Добрый день, Широгане-сенсей. Меня зовут Хартфилия Люсьена, я на первом году обучения. Я бы хотела стать менеджером баскетбольного клуба. — Ещё одна, — он даже не пытался скрыть своего разочарования. Он лениво постукивал ручкой по столу, и каждый стук отдавался в ушах Люси, как удар метронома. — Скажи мне, Хартфилия, ты хоть раз держала в руках баскетбольный мяч вне уроков физкультуры? Вопрос был прямым и уничижительным. Люси поняла, что стандартный ответ про «желание быть полезной» здесь не сработает. Она сглотнула, чувствуя, как пересохло во рту. — Нет, — честно ответила она. Стук ручки прекратился. Широгане поднял бровь. Такой ответ он, видимо, слышал нечасто. — Правила знаешь? — Пока нет. — Так зачем ты здесь? — он откинулся на спинку кресла, которое недовольно скрипнуло. Он скрестил руки на груди, и его фигура, казалось, заполнила всё пространство. — Пришла посмотреть на игроков «Поколения Чудес», «Некоронованных королей»? Попросить автограф? Не трать моё время. Именно это обвинение, такое несправедливое и в то же время такое близкое к её тайной мотивации, задело Люси за живое. Упрямый огонёк вспыхнул в её глазах. Она сделала шаг вперёд, нарушая невидимую границу, которую он выстроил вокруг своего стола. — Вы правы, сенсей, — её голос прозвучал неожиданно твёрдо, разрезая плотную тишину. — Я ничего не знаю о баскетболе. Но я знаю, как работать с информацией. Я умею учиться. Она сделала короткую паузу, собираясь с мыслями. — И да, у меня есть личная причина, по которой я хочу быть именно в этом клубе, — честно добавила она, глядя ему прямо в глаза. — Но она никак не повлияет на мою работу. Я не прошу вас верить мне на слово. Я прошу дать мне возможность это доказать. Наступила тишина. Теперь она была другой — не давящей, а напряжённой, как натянутая струна. Тренер смотрел на неё долго, оценивающе, словно пытался заглянуть ей в душу. Он видел перед собой не очередную смущённую школьницу. Он видел честную девчонку, которая признала свою слабость, но тут же превратила её в аргумент. — Доказать? — медленно повторил он. Его голос был ровным, но Люси заметила, как дрогнул уголок его рта. — Хорошо. Он встал, подошёл к стеллажу и с глухим стуком водрузил на стол перед Люси три толстенные книги. Пыль с обложек взметнулась в луче заходящего солнца. — Это основы. Тактика, правила, история. В понедельник я жду тебя здесь. Будет экзамен. Одна ошибка — и можешь искать себе клуб попроще. Люси посмотрела на стопку книг, затем на него. За три дня. Выучить всё это. Это было не просто сложно — это было жестоко. Но она сама напросилась. — Это всё? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. На губах тренера промелькнула тень улыбки. Первая за весь разговор. — Нет, не всё, — он снова сел за стол. — Докажи, что ты не просто зубрилка. Покажи, что умеешь думать. ...Забрав учебники, Люси с натянутой улыбкой поклонилась. — Я зайду в понедельник. До свидания, Широгане-сенсей. Дверь за ней закрылась с тихим, но окончательным щелчком. В тот же миг, оставшись одна в гулкой тишине коридора, она почувствовала, как рухнул невидимый каркас, который поддерживал её последние десять минут. Ноги подогнулись, и она прижалась спиной к прохладной стене, чтобы не сползти на пол. Воздух! Ей отчаянно не хватало воздуха. Она закрыла глаза, а в голове молотом бились его слова. Три книги. Три дня. Одна ошибка. Книги в её руках вдруг стали невыносимо тяжёлыми, словно были отлиты из свинца. Каждый из трёх томов был обещанием бессонных ночей, отчаяния и, скорее всего, неминуемого провала. Что она наделала? Какая самоуверенная идиотка! Паника ледяной волной прокатилась по венам, замораживая остатки былой решимости. Она с трудом заставила себя отлепиться от стены и побрела к лестнице. Каждый шаг отдавался в голове гулким эхом её собственной глупости. Спустившись и выйдя на улицу, она жадно глотнула свежего вечернего воздуха, но это не помогло. Она замерла на месте, глядя в никуда растерянными глазами и крепче прижимая к себе стопку книг. Именно в этот момент её и заметил Мибучи, который вес ещё стоял у спортзала. Он остановился, увидев бледную, как полотно, девушку с остекленевшим взглядом. — Ты выглядишь неважно, — его голос прозвучал с неподдельным беспокойством. — Всё прошло настолько плохо, юная леди? — А? — Люси медленно перевела на него свои растерянные глаза, словно возвращаясь издалека. — Плохо? Нет... Наверное. Всё прошло... замечательно. Она попыталась улыбнуться, но получилась лишь кривая, жалкая гримаса, которая, казалось, вот-вот треснет. Её взгляд снова упал на стопку книг в руках. Рео проследил за её взглядом, увидел три толстенных учебника и всё понял. Он сочувственно присвистнул. — Понятно, — сказал он. — И когда экзамен? — В понедельник, — выдохнула Люси. — То есть... через три дня? — в голосе Мибучи прозвучало искреннее изумление, смешанное с сочувствием. Люси лишь молча кивнула, не в силах вымолвить и слова. — Ты чего все еще здесь прохлаждаешься? — раздался за их спинами строгий голос тренера, заставив обоих вздрогнуть. — Мибучи, тренировка уже началась. Мибучи виновато улыбнулся и, перед тем как уйти, бросил на девушку полный сострадания взгляд, безмолвно желая ей удачи.🏀 🏀 🏀
Дверь в её комнату в общежитии закрылась с тихим щелчком, отрезая шум коридора. Стопка книг с глухим стуком упала на стол. Следом на кровать рухнула и сама Люси, раскинув руки и глядя в безликий белый потолок. Тело казалось чужим, налитым свинцом. В ушах всё ещё звучал спокойный голос тренера, отмеряющий условия её приговора: три книги, три дня, одна ошибка. Паника, приглушённая на улице, вернулась с новой силой. Что она наделала? Она села на кровати. Взгляд, мутный от усталости, упёрся в стопку книг на столе. Обложка верхнего учебника — «Основы баскетбола» — насмешливо смотрела на неё. Люси бездумно провела пальцем по названию, и в глубине памяти что-то шевельнулось, зацепившись за одно-единственное слово, которое она увидела на форзаце, листая книгу сидя на кровати. Слово, как ключ, отворило дверь в прошлое. Воспоминание нахлынуло не как выцветший снимок, а как живое, пронзительное чувство. Средняя школа. Её убежище — старая, облупившаяся коричневая скамейка за зданием, укрытая тенью ветвистого дерева. Место, где гул школьной жизни стихал, уступая шелесту страниц. Однажды её тишину нарушило чужое присутствие. На соседней скамье сидел парень. Старшеклассник с безупречной осанкой и волосами цвета гранатового сока. Она знала, кто это — Акаши Сейджуро. Гений, капитан, живая легенда школы. Но здесь, в их общем уединении, он был другим. Он был молчалив. Просто сидел, откинувшись на спинку, и смотрел на небо с таким видом, будто в движении облаков был зашифрован ответ на главный вопрос вселенной. Его спокойствие не вторгалось в её мир — оно делало тишину вокруг ещё глубже, осмысленнее. Это стало их негласным ритуалом. Она приходила с книгой. Он — со своими мыслями. Иногда он приносил доску для сёги и в абсолютном молчании разыгрывал партию сам с собой. Люси, делая вид, что поглощена чтением, украдкой наблюдала. За тем, как едва заметно хмурятся его брови. За изящным, точным движением пальцев, переставляющих фигуру. А однажды она услышала его голос. Он говорил по телефону, тихо, но в звенящей тишине их убежища каждое слово было на вес золота. — Да, отец. Я понимаю, — его тон был ровным, почти безэмоциональным, но Люси почувствовала в нём скрытое напряжение. — Победа будет. Как всегда. А потом, когда он положил трубку, ветром донеслись тихие, совсем тяжёлые слова: — Но... иногда за этими победами уже ничего не чувствуешь… И в этот самый момент Люси всё поняла. Поняла, почему её так тянуло в его молчаливое общество. За идеальной маской капитана скрывался не гений и не бездушный победитель. Там был парень, задыхающийся под тяжестью чужих надежд. Такой же одинокий, как и она сама. На это лавочке она нашла родственную душу, даже не осознавая этого. Он никогда не смотрел в её сторону, но она была уверена: он знал, что она здесь. Что она — невольная хранительница его минутной слабости. Они делили не просто пространство. Они делили тишину, в которой каждый прятал своё одиночество. Она ждала. Что он заговорит. Что она наберётся смелости. Но он просто перестал приходить. А потом его имя появилось в списках выпускников. Он ушёл, оставив после себя лишь пустоту на соседней скамейке и горечь невысказанных слов. А теперь... Теперь она знала, где он. Паника, ледяными тисками сжимавшая её сердце, отступила. На её место пришла холодная, звенящая решимость. Это больше не было глупым увлечением или подростковой влюблённостью. Это стало чем-то большим. Пробиться сквозь ту стену, которую он возвел вокруг себя. Узнать, что скрывается за его спокойным взглядом сейчас. И, может быть, дать ему понять, что он не один. Что кто-то слышал его тогда, за школой, и слышит до сих пор. Люси протянула руку и взяла верхнюю книгу. Её вес больше не казался неподъёмным. Он был реальным, осязаемым, как первая ступень на пути к цели. На её губах не было улыбки. Только твёрдая, упрямая линия. Она открыла учебник и впилась взглядом в первую строку. Три дня. Она справится. Дверь распахнулась без стука, и в комнату вихрем влетела Мисаки с небольшой кастрюлей, от которой шёл восхитительный пар. — Ну, рассказывай! — она с грохотом поставила кастрюлю на столик. — Я видела книги! Прошла собеседование у тирана? Мисаки, конечно, не знала, что Люси в этот момент думала не о спорте.🏀 🏀 🏀
Выходные для Люси схлопнулись в одно долгое, гудящее мгновение, состоящее из кофейной гущи, шелеста страниц и запаха типографской краски. К утру понедельника слова в учебниках по баскетболу сливались в бессмысленную кашу. Зеркало в общежитии показало ей незнакомку с всклокоченными волосами и глазами, которые горели красным от недосыпа. На уроках она была лишь тенью. Голос учителя математики доносился как будто из-под воды, и Люси приходилось впиваться ногтями в ладонь, чтобы не уснуть прямо за партой. Единственной реальностью были три книги, которые она прятала под столом, снова и снова пробегая глазами схемы расстановок и правила трёхсекундной зоны. Учёба? Лекции? Всё это стало неважным. На кону стояло нечто большее. Выходя из класса на перемене, она нос к носу столкнулась с Асами-сенсей. Люси замерла, внутренне сжавшись и готовясь к очередной лекции о важности клубной деятельности. Учительница уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но ее взгляд упал на книгу в руках Люси. На характерной обложке с баскетбольным мячом четко виднелось слово «Тактика». На лице Асами промелькнуло что-то новое — не удивление, а скорее хищное удовлетворение. Уголок ее губ едва заметно дрогнул в подобии улыбки. — Удачи, Люси, — ее голос прозвучал неожиданно ровно, но от этого не менее весомо. — Жду твой бланк о вступлении в клуб в течение семи дней. С этими словами она развернулась и пошла дальше, оставив Люси стоять столбом посреди коридора. Никакой радости. Лишь холод, сковавший внутренности. Вместо любимой скамейки за школой ноги сами понесли ее в привычное убежище — библиотеку. Тишина, пахнущая старыми книгами, обычно успокаивала, но сегодня она давила, усиливая гул в ушах. Желудок скрутило тугим, ледяным узлом. Дрожащими руками она открыла книгу, но строчки плясали перед глазами, сливаясь в бессмысленное месиво. В висках стучал пульс, отбивая панический ритм: Три дня. Три книги. Одна ошибка. Воздуха не хватало. Казалось, стены библиотеки сжимаются, а взгляды немногочисленных учеников буравят спину. Мимолетная уверенность, что теплилась в ней утром, сменилась всепоглощающим ужасом. Она справится. Она всё провалит. Она докажет. Она опозорится. Так прошёл остаток дня — в лихорадочной зубрёжке и эмоциональных качелях. Когда прозвенел последний звонок, ноги сами понесли её по знакомому маршруту. Коридор, ведущий к кабинету тренера, казался бесконечным туннелем. Её сердце устроило в груди оглушительное барабанное соло. Вот она, дверь. Рука, дрожа, зависла в миллиметре от дерева. И в этот момент дверь распахнулась с такой силой, что Люси едва успела отскочить. Из кабинета ураганом вылетел какой-то парень, сияя, как новенькая монета. Он пронёсся мимо, даже не заметив её, и скрылся за поворотом, оставив за собой эхо счастливой детской песенки. Люси посмотрела в проём. Тренер Широгане сидел за столом и смотрел прямо на неё. Он молча кивнул в сторону стула. — Хартфилия. Ты пришла.
