Бабник

***

      Зима в том году наступила неожиданно рано и принесла с собой ужасный мороз. Ксения плотнее куталась в плед и лениво прокручивала ленту новостей в социальной сети. Выходить из дома совершенно не хотелось, но и сидеть, смотря в монитор, не было больше сил.       Анна Антоновна на неделю уехала в другой город к сестре. Жанна отправилась с мужем в Доминиканскую республику, прятаться от лютого холода. Подруга звала с собой Ксюшу, но она отказалась. Девушка не желала оказаться пятёркой в двоичной системе счисления, поэтому проводила свои дни на работе или скучала дома за компьютером.       Листая ленту, Ксюша легко улыбалась, натыкаясь на весёлые картинки и анекдоты. Хотелось смотреть сериал, слушать музыку и жалеть саму себя одновременно. Слишком уж скучно и грустно было девушке.       Оповещение о сообщении замигало как раз в тот момент, когда Ксюша запустила первую серию нового сериала, о котором ходило достаточно много разговоров. Свернув проигрыватель и вытащив из-под себя ноги, девушка приблизилась к экрану.       «KillerSecrets       17:23       Деньги поступили. Работа выполнена. Надеюсь, что сможешь пробиться к информации. Она неинтересная, но из-за неё пострадали несколько человек.       Саманта Джейн Нортон (Samantha Jane Norton): <ссылка>».       Сообщение было послано малоизвестным хакером, который славился честностью и многофункциональностью. Именно этого человека Ксения попросила найти информацию о жене Бенджамина. И он нашёл.       Кликнув по ссылке, девушка перешла на страницу с одной единственной видеозаписью, где котёнок играл с игрушечной мышкой. Для обычного пользователя сайт выглядел недоработанным и неинтересным. Он не бросался в глаза и не привлекал лишнего внимания, чем обеспечивал сохранность тому, что должно было попасть в руки заказчика.       Провозившись с загадкой милого котёнка довольно долго, Ксении удалось таки выйти на новую страницу, которая встретила её старой англоязычной статьёй, носящей название: «Murder or accident?».       Просмотрев изображения, прочитав текст и худо-бедно уловив его суть, девушка вскочила со своего места и принялась мерить комнату шагами. Она плакала и не могла успокоиться. Саманта умерла ужасной и загадочной смертью.

***

      — «Стрит-флэш»!       Открывая карты и самодовольно откидываясь на спинку кресла, улыбался Николай Байбаков. В тот день ему несказанно везло в покер. Мужчина сумел несколько раз подряд одержать крупные победы и поднять баснословную сумму денег.       Ещё несколько обеспеченных людей, что входили в небольшой круг любителей покера с замиранием сердца ожидали ответа второго игрока, поставившего на кон несколько башенок из фишек. Их судьба просто не могла не будоражить умы.       — «Кикер»! — будто смеясь над самим собой, Бенджамин открыл пикового туза. — Я надеялся, что вы струсите и скинете. Увы.       — Вы прекрасно лжёте, — согласился Николай. — Мне действительно хотелось скинуть. Я думал, что у вас может быть «Флэш-Роял», но поставил на малую вероятность такого события.       — И оказались правы! Мне совсем не везёт сегодня, — нахмурился инвестор и взглянул на часы. — Простите, господа! — обратился он к окружающим. — На сегодня у меня закончились финансы. Не мой день. До следующего воскресенья! — кивнул Бенджамин, выходя из-за стола.       — Спасибо за прекрасную игру!       Попрощавшись, мужчина отправился в прихожую, куда его сопровождала жена хозяина дома. Немолодая, но сохранившая свежесть и красоту, женщина протянула Бенджамину верхнюю одежду и игриво улыбнулась:       — Надеюсь, что вы придёте к нам в следующий раз!       — Разумеется, — отозвался мужчина и страстно впился в её губы.       — Бен, когда же мы повторим тот вечер? — сгорая от желания, шептала женщина прямо в его губы.       — Ты же знаешь, что никогда, — нежно улыбнулся инвестор и отстранился от любовницы, которая всё ещё пыталась вовлечь мужчину в новый поцелуй, но Бенджамин Нортон ни с кем не спит дважды. Таков его закон.       На ходу запахивая плащ, он растворился в вечерней зимней вьюге. Чужая жена провожала его взглядом до тех пор, пока жёлтые фары внедорожника не скрылись от её взора.

***

      — Овца! — Ксения с силой отвесила пинок переднему колесу своей машины.       Вьюга не на шутку разыгралась. Девушка медленно замерзала вдали от своего дома. Её машина увязла в снегу.       Статья о Саманте перевернула всё с ног на голову. Ксения недолго думая оделась и села за руль. За окном было холодно, но дороги оказались пригодными для езды. В сумме с муками совести и скукой этот факт подтолкнул девушку к отчаянному поступку — она поехала к дому Бенджамина.       Вьюга началась неожиданно. Крупные снежинки быстро заметали дорогу. Здесь мало кто ездил зимой. Трасса вела к элитному дачному посёлку, где помимо Бенджамина в это время года жили ещё несколько человек.       Для малолитражки высокая колея, прокатанная внедорожниками, и без снегопада была настоящим испытанием, но девушка не собиралась сдаваться и упорно двигалась вперёд. Именно упорство сыграло с Ксенией злую шутку, и её машина увязла в снегу.       До заветного посёлка оставалось меньше двух километров. Малолитражка никак не хотела выбираться из плена и лишь глубже уходила в снег, пока совсем не повисла на днище.       Оставив попытки бороться, Ксения попинала машину и продолжила путь пешком. Ноги проваливались по колено. Холодный ветер обдувал беззащитную девушку. Снежинки таяли на лице путницы и тут же леденели.

***

      Фары плохо освещали дорогу. Видимость была практически нулевой. Бенджамин внимательно следил за дорогой и сбросил скорость до допустимой отметки. Ему совсем не хотелось сбить кого-нибудь или съехать в кювет.       Ночь заволокла округу темнотой, а погода — белыми хлопьями. Бенджамин не заметил, как на его пути возникла фиолетовая малолитражка, но уйти от столкновения получилось.       Остановившись в паре метров от машинки, мужчина вылез из Brabusʼа. Ему не внушало доверия это место. Бенджамин рассчитывал увидеть труп в малолитражке, но видимых повреждений не было, следовательно, не было и аварии. Подойдя ближе, инвестор разглядел номерной знак и марку брошенного автомобиля. Сердце мужчины пропустило удар.       В Peugeot никого не оказалось. Машинка стояла на сигнализации. Немного оглядевшись, Бенджамин обратил внимание на запорошённые следы, ведущие к посёлку, и сел в свой автомобиль. По включённой сигнализации, застрявшему транспорту и протоптанному снегу, мужчина понял, что владелица малолитражки ушла пешком. А вот что она здесь делала и куда идёт — для Бенджамина оставалось загадкой.       Мужчина слепо следовал по следам, оставленным явно Ксенией. Он так и не смог забыть её. Ему вообще редко кто-то нравился так сильно. Воспоминания о нескольких часах, проведённых вместе, которые в сумме даже суток не давали, что-то тревожили в его душе. Бенджамин часто думал о милой и по-доброму наивной айтишнице, которая могла и зубки показать. Мысли о Ксении не оставляли его разум, а появление девушки в поле зрения заставляло сердце сжиматься от трепета.       Бенджамин мог бы добиться расположения Ксюши, но не собирался прощать её за обвинения, сказанные в порыве неудержимого гнева. Он всё ещё злился на неё, хотя и боялся, что она могла замёрзнуть в такую погоду.       Подъехав к дому и дождавшись пока ворота откроются, мужчина заметил трясущуюся от холода женскую фигуру, которая еле перебирала ногами и подходила сзади автомобиля.       Ксения провела несколько часов в ожидании Бенджамина. Она сильно замёрзла ещё до прихода к коттеджу, но возвращаться, чтобы согреться в машине, не было сил. Девушка решила, что мужчина скоро вернётся и стоит его подождать, но оказалась неправа. Инвестора не было ещё несколько часов.       Пытаясь согреться, девушка ходила из стороны в сторону, прыгала с ноги на ногу и даже танцевала. Попытки найти здесь магазин или людей не увенчались успехом и Ксения, обдуваемая ледяным ветром, просто замерзала. Усталость накатила мощной волной, и девушка уселась прямо в снег. Её окоченевшее тело нашли бы поутру, если жёлтые фары Brabusʼа не осветили бы округу и не заставили Ксюшу подняться на ноги.       — Ксения? — похолодевшим голосом спросил Бенджамин, подойдя к девушке. Она не могла ничего ответить ему, слишком замёрзла. — Что вы здесь делаете? — Скорее в дом.       Поняв, что девушка еле передвигается, мужчина поднял её на руки. От шока и переживаний Бенджамин даже не почувствовал веса айтишницы.       Занеся Ксению в коттедж, он снял с неё шубу и шапку, растёр замёрзшие ладони и не переставал ругаться на глупость и безрассудность поступка девушки. Стянув сапоги, Бенджамин обнаружил две околелые ступни, которые отзывались болью на каждое прикосновение к ним тёплых рук мужчины.       — Глупая! — шипел он. — Что вы здесь забыли? — теперь он не злился на неё за те слова, но злился на безумство, что она сотворила сейчас.       — Я пришла из-ви…- трясясь, шептала она. — Извиниться.       — Вам не за что извиняться! — руки мужчины растирали тело девушки. — Идёмте.       Бенджамин немного провёл Ксению по коттеджу и завёл в ванную комнату. В довольно длинном коридоре девушка успела обратить внимание на портрет хозяина дома, где тот выглядел гораздо моложе.       — Примите ванну. Согрейтесь, — предложил Бенджамин. — Можете пользоваться чем нужно. — Мужчина прошёл внутрь, открыл один из шкафчиков и достал из него запакованную белую вещь и тапочки. — Это халат. Он новый. Здесь, — Бенджамин указал на небольшую полочку, — есть новые бритвы, шампуни, мыла. Тут, — рука указала на другую полку, — есть женские средства. Ими пользуются мои любовницы. Оставлю вас. Грейтесь.       Скупо улыбнувшись, мужчина удалился из ванной комнаты. Ему необходимо было поставить машину и закрыть ворота.       Он довольно долго прожил в России и знал, что от простуды помогает чай с вареньем или мёдом. Поначалу его шокировали подобные народные средства, но вскоре Бенджамин свыкся с этим. Через некоторое время на плите вскипел чайник, а на столе появились две чашки с чаем, заваренным в лучших британских традициях.       Вскоре в кухне, оформленной в красно-чёрно-серых тонах, появилась и Ксения. Она смущённо куталась в хозяйский халат и опиралась о дверной косяк. Ей было невероятно стыдно и одновременно страшно.       — Проходите, — пригласил Бенджамин, — присаживайтесь.       Ксения уселась за столик напротив мужчины и опустила глаза, обнаружив рисунок на деревянной крышке намного увлекательнее жесткого взгляда янтарных глаз. Она чувствовала себя глупой шестнадцатилетней девчонкой, которая ушла из дома, а теперь вернулась, чтобы выпросить прощения у мамы, которая до этого была удостоена десятков лживых и грязных слов.       — Согрелись? — прозвучал довольно предсказуемый вопрос.       — Угу, — тихо отозвалась девушка и немного отпила из чашки, стараясь не поднимать глаз на хозяина дома.       — Зачем вы устроили это безумие? Вы могли погибнуть! Или заболеть! Возможно, даже заболели… как вы себя чувствуете?       Ксения осмелилась поднять глаза на Бенджамина. Мужчина выглядел обеспокоенным и источал неподдельные эмоции, но девушка больше не верила ему. Ксюша знала, что настроение этого человека может измениться в любую секунду, и он снова прижмёт её к стене.       — Хорошо, — всё так же тихо шептала она.       — Горло не болит?       — Нет.       — Жар?       Бенджамин потянулся через стол. Его ладонь накрыла лоб девушки.       — Вроде нет, — заключил он и серьёзно посмотрел на Ксению. — Вы напугали меня. Больше не делайте так.       — Хорошо, — скованно ответила девушка и сделала ещё один глоток чая. — Я узнала о вашей жене. О Саманте Нортон, — призналась она.       — Стоило догадаться, — фыркнул мужчина. — И, что? Теперь я больше не педофил, убийца и некрофил? Или кем вы меня представляли себе? — ухмыльнулся он. Ксения чувствовала его обиду, хотя Бенджамин это тщательно скрывал.       — Я пришла извиниться за те слова. Я не знала…       — Вот именно! Вы не знали, — отрезал он. — Я уже говорил, что вам не за что извиняться. Сейчас вы допьёте чай и отправитесь в спальню. Без меня, — заметив испуг в глазах собеседницы, добавил мужчина, — если только это не входит в ваш план.       — Спасибо. Я лучше пойду к себе домой, — девушка поднялась из-за стола. — Спасибо за чай. Он очень вкусный, но вы правы. Мне не стоило приходить. Всё это было ошибкой.       — Вы никуда не пойдёте! — остановил Бенджамин. — Вы всё ещё мокрая, ваша одежда — мокрая, ваша машина далеко, а за окном мороз.       — Я вызову такси, не беспокойтесь, — отмахнулась Ксения и, будто зная куда идти и где её одежда, вышла из кухни.       Бенджамин нагнал её в коридоре и совершил уже привычное для обоих действие — прижал девушку к стене. В этот раз он не пытался напугать.       — Я, — начал он. Ксения уловила страх и неуверенность мужчины. Его руки слегка дрожали на её плечах. — Я не знаю, что происходит со мной. Я не хочу вас как любовницу. Я хочу вас как женщину. Хочу засыпать и просыпаться с вами, готовить вам завтрак, путешествовать по миру, ходить в кино и театры… — он еле дышал, руки дрожали всё сильнее. Образ бабника, самодовольного и самолюбивого богача, таял на глазах. — Я боюсь вас! — заключил Бенджамин, чем вызвал волну непонимания. — Боюсь снова потерять ту, которую люблю. Боюсь любить и быть любимым. После смерти Саманты я не завожу серьёзных отношений. Но вы, вы нечто особенное! Я пытаюсь убежать, пытаюсь оттолкнуть вас, но вот мы снова рядом. Стоим и…       Бенджамин больше не говорил. Он задохнулся в собственных признаниях и не нашёл ничего лучше как поцеловать девушку. В первое мгновение она пыталась отстраниться, но нежность, которую приносили губы мужчины, увлекла в долгий и довольно страстный поцелуй. Ксения и не подумала бы, что такой грубый человек может дарить столько тепла. Она просто таяла в его объятьях и полумраке коридора. Казалось, что ещё немного и они окажутся в спальне, но Бенджамин прервал поцелуй, положил руки на скулы девушки и легко чмокнул её в носик.       — Простите, — отстранился он и зажёг свет. — Я не хотел оскорбить вас. Вы можете уехать домой, если хотите.       Ксения молчала и наблюдала, как мужчина пристально вглядывается в собственный портрет, будто пытается найти в нём ответы. В доме повисла звенящая тишина. Где-то тихо бурлила вода. Звук был похож на шум, издаваемый аквариумным фильтром.       — Саманта была сиротой, — продолжая смотреть на портрет, неожиданно начал мужчина. — Мечтала о доме, семье, детях, двух собаках, — грустно улыбнулся Бенджамин. — Она была не такой как все. Мы с парнями часто сбегали из пансионата, чтобы встретиться с девчонками. Они все думали и хотели одного, но не Саманта. Её никто не понимал. Для окружающих она была странной: много рисовала и проводила время наедине с собой. Она подарила мне свой рисунок, на котором были изображены мы с моим другом Тревором. Что-то было в этом, что-то большее, чем тайные встречи и поцелуи при Луне.       Мужчина обернулся к девушке, которая с замиранием сердца слушала его.       — Мы начали проводить много времени вместе. В итоге полюбили друг друга. Наши желания и взгляды на этот мир совпадали. Мне было легко с ней, а ей со мной, — взгляд мужчины снова устремился к портрету. — Мы решили пожениться, но вот мой отец решил иначе. Он всячески пытался разлучить нас, но ничего не вышло. Тогда Лорд Нортон, — высокомерно произнёс мужчина, — лишил своего непутёвого сына титула, права на наследие, состояния и заживо похоронил его, запретив кому-либо вспоминать или писать о нём. Он думал, что это сломает меня, и я приползу к нему, — хмыкнул мужчина, — но его план рухнул. Бенджамин Нортон не только не приполз на стёртых коленях, но и завёл небольшой бизнес по продаже строительных материалов, обзавёлся домом и красавицей женой. Стал самодостаточным человеком, — мужчина злился и говорил более громко. — Он посчитал Саманту пустышкой и ошибся. Лорд Нортон и представить не мог, что сирота сможет писать картины, за которые такие же толстосумы, как и он, готовы отдавать крупные суммы денег. Он так и не смирился со счастьем своего сына, так и не смог понять, что все деньги мира, все знания, все замки ничего не стоят в сравнении с любовью, которую может дарить женщина. И он убил её…       Бенджамин замолчал, и Ксения подошла ближе, немного сжав его ладонь.       — Он убил её! — повторил мужчина, смотря слепыми от слёз глазами. — Так людей не сбивают… в тот день что-то случилось на работе. Я даже не помню что конкретно, но надо было срочно уехать. Я пообещал Саманте, что буду к ужину. Она хотела поговорить о чём-то серьёзном за ужином. Думаю, что она снова хотела завести разговор о детях, и в тот вечер я бы ей не отказал. Теперь, когда мы переехали в собственный дом, у меня был стабильный доход, и жена светилась от счастья, можно было планировать продолжение рода. В то утро Саманта проводила меня словами о том, что закончит подарок к моему Дню рождения, приготовит ужин и будет ждать меня, — мужчина в ответ сжал ладонь Ксении, и они, как завороженные, продолжили разглядывать портрет. — Когда я вернулся, то не обнаружил супругу дома. Я знал, что она что-то рисует для меня, но в мастерской её не было. Вещи в доме лежали на местах и так, будто Саманта только что вышла, но был уже вечер, а она не любила темноту, никогда не выходила одна на улицу после захода Солнца. Я забеспокоился. Обзвонил всех знакомых, но они с ней даже не разговаривали в тот день. Рядом с нашим домом был небольшой магазин. Именно там мне и сказали, что Саманту сбила машина, и её увезли в больницу. Я переживал, но не переставал надеяться на лучшее, но она умерла к тому моменту, как я дозвонился до госпиталя.       — Кто сбил её? — чуть ли не плача спросила Ксения.       — Его искали, но не нашли, что неудивительно, ведь это был человек моего отца, как и все бобби в округе.       — И вы ничего не сделали?       — А что мне надо было делать? — возмутился мужчина. — Я нанял человека, который отчаянно старался мне помочь, но как только он стал приближаться к заказчику, ему начали открыто угрожать таким же двойным наездом… разве не достаточно просто переехать человека? — сдерживал слёзы Бенджамин. — Зачем сдавать назад? Как такое вообще можно принимать за несчастный случай?       — Не знаю, — качала головой Ксения.       — Ко мне приходили журналисты, они тоже пытались помочь, но были убиты, а мой детектив шёл против угроз и пытался докопаться до правды. И у него получилось, но когда он хотел назвать имя, то я струсил и, отдав ему гонорар, сбежал.       — Почему?       — Потому что не смог бы убить собственного отца. И всё это было бы неважно, если я смог бы избавиться от преследования воспоминаний и людей Лорда Нортона. Призрак Саманты, не в буквальном смысле, конечно, сводил меня с ума. Она была везде. Весь дом был пропитан её духом. Я не мог спать на нашей кровати, не мог есть за нашим столом, ходить из комнаты в комнату. Меня всё там душило. Ко мне приходили друзья, но они всегда уходили, делая лишь хуже. В итоге я сбежал в самую ужасную страну на земле! — Ксения сурово посмотрела на Бенджамина. — Нет, я люблю Россию! Но нам всегда говорили, что тут живут дикари, которые спят с медведями, играют на балалайках и пьют водку из самоваров на пару с бурыми, а ещё, что здесь лютые холода. Вот и понадеявшись на дикость и морозы, которые должны были меня прикончить, я уехал в Российскую Федерацию. Представляете, каково было моё разочарование, когда здесь нашлись замечательные люди с открытой душой, которые смогли немного залатать меня и поставить на ноги. Только благодаря им я до сих пор сколачиваю состояние и живу в своё удовольствие.       — Вы не выглядите слишком счастливым… — заметила девушка.       — А вы были бы счастливой, если за вами повсюду наблюдали люди человека, убившего вашу жену? Я хочу детей пусть даже без супруги. Слишком давно приготовился к отцовству, а теперь мне много лет, и я отчаянно боюсь остаться один. У меня даже прислуги нет, которая принесёт стакан воды в старости. И её никогда не будет, ведь я считаю, что люди не должны бить челом как только кто-то из старых и богатых козлов вроде моего отца пёрнет.       — Но вы не он! — протестовала Ксения. — Человек умеющий любить, достоин того, чтобы любили и его!       — Но кто сможет любить меня, зная, что за несколько мгновений счастья нужно заплатить своей жизнью?       — Я, конечно, не смогу нарисовать вам ваш портрет ко Дню рождения, но не стану бояться смерти от старого богатого мужика, который просиживает парки на другом конце света.       Привстав на носочки и обвив руками шею мужчины, девушка вовлекла его в новый поцелуй, скрепивший их сердца и расставивший точки над всеми i. Теперь она не боялась его, а он не пытался оттолкнуть её. Ведь настоящие чувства должны побеждать всё.