Дотронешься - убью

Даже не знаю чего я больше боялся — результатов пробного экзамена или же содержания смс. В принципе, само сообщение меня уже не так сильно пугало, напрягала неизвестность самомого момента для его воплощения. И за что мне такие «угрозы» вообще? По дороге до школы я приметил знакомую девушку, идущую впереди меня. — Эй, Лёля, — окликнул я и догнал подругу, — А чего не подождала на остановке как обычно? — Как обычно? — блондинка, не останавливая шага, слегка повернула голову в мою сторону и вскинула брови вверх, — Да я уже и не знаю как это у тебя - «обычно». Семь пятниц на неделе и сам как табакерный чёрт, — она на пару мгновений замолчала и повернула голову обратно, а потом добавила, — И вообще: я на тебя обиделась! — Вот те раз! — удивился я, — И на что же? — Уже все забыл? — продолжая смотреть вперёд продолжила Лена, — Твоё поведение в последнее время странное, но вчера ты подкрался к границе терпения. «Ах, да, это…» — Извини, мне нужно было проверить кое-что важное, — стал оправдываться я. — Я тебе не подопытный кролик! О своих намерениях людям нужно говорить прямо. — Ладно, я понял, — остановил я подругу, когда мы уже подходили к школьным воротам, и встал напротив неё, положив руки на плечи, — Этого больше не повторится, клянусь. Правда, в тот момент я должен был это сделать. Прости меня за это безобразие. Лена молча стояла и смотрела на меня. — Мир? — я вытянул перед ней свою руку с раскрытым мизинцем и раскаянно улыбнулся. — Ладно, — ответила блондинка, подозрительно косясь на меня, и охватила мой палец своим мизинцем, — Но ты все равно страннее, чем раньше. В ответ я лишь пожал плечами и мы стали спускаться по лестнице. Только моя нога ступила на порог фойе первого этажа, как на всю его площадь раздался звонкий голос. — Лёша, — как-то уж слишком жизнерадостно звучало моё имя из уст спортсмена, который уже приближался к нам и не менее жизнерадостно улыбался во все тридцать два, словно не он вчера истерично решался уйти из дома. Ленка тут же вопросительно уставилась на меня. Стоило ожидать, ведь я вчера заливал про увядшие помидоры, а сегодня ко мне на встречу бегут чуть ли не вприпрыжку. — Привет, зайка, — с блаженной улыбкой на лице произнёс Кирилл и чуть было уже не обнял меня. От второго слова в его приветствии меня всего перекосоёбило изнутри, а снаружи, вероятнее всего, окрасило в мертвецки-белый. Я моментально ретировался из поля захвата его рук и осторожно пропихнул в них свою подругу. — Да-да, привет, громила, — быстро пробурчал я себе под нос, прячась за хрупкой спиной Лены и не смотря на парня. — Привет, Кирюш, — немного неловко поздоровалась девушка, а потом уже обратилась ко мне, медленно вылезая из объятий, — Ты чего творишь? — Я? — в ответ я прикинулся дурачком, беглым взглядом прошёлся по всем присутствующим, а потом быстренько ухватил за руку подругу и поволок к лестнице, — Да, в принципе, ничего. Мы просто опаздываем. Да… Опаздываем… «В развитии, блин, опаздываем! Ну, что ты, Алексей, не мог чего поправдоподобней придумать?!» Лена продолжала находиться в недоумении, но все равно старалась поспевать за моим шагом. Заходя за угол я через спину посмотрел на оставленного нами парня. Он смотрел нам вслед, продолжая спокойно стоять на том же месте и улыбаться. " Ну что ты вообще творишь? Ну ни при всех же… Совсем не хочу чтобы кто-то смотрел как ты меня в своих объятиях тискаешь… Да ещё и пушистым называешь… Ужас какой…» В кабинет математики мы вошли не проронив и слова. Так же молча подошли к парте и уселись на места. " Так, начинаем отсчёт. Раз, два… " — Лёша, блин! — сквозь зубы недовольно произнесла Лена и не сильно ухватила меня за ухо, — Ты меня с ума сведешь! А ну выкладывай всё сейчас же! «Ну, собственно, вот и он — неизбежный момент раскрытия карт.» — Ай-ай-ай! — зашипел я от боли, пытаясь головой прильнуть поближе к руке подруги, дабы не сделать себе ещё хуже, — Расскажу, расскажу, только отпусти! Блондинка сжалилась и отпустила моё ухо, а потом полностью развернулась на стуле, располагаясь ко мне лицом, выставила локоть на стол и подперла рукой голову. Она явно готовилась к длинному и интересному (исключительно для неё) рассказу. Я мялся и нервно стучал пальцем по парте. От неотрывного взгляда голубых глаз моей подруги я начинал нервничать сильнее, а вдобавок ещё и потеть. Сидел, смотрел то на Лену, то по сторонам, и думал. Усиленно думал над подбором слов. Я уже хотел было выдавить из себя хоть что-то, похожее на слова, как тут прозвенел звонок и взгляд Леночки превратился из ожидающего в убийственный. — Так, ребята, — заговорила с классом Ольга Феликсовна, вставая из-за учительского стола, — Сегодня у нас с вами последнее занятие, будем выводить оценки и исправлять положение, если кому-то приспичит. — А что на счёт результатов пробника? — поинтересовался я у преподавателя. — Я как раз сейчас пойду их вывешивать на первый этаж, так что, Ковалев, после урока спустишься и всё увидишь, — улыбаясь ответил математик. — Ну зачем ходить? — не унимался я, — Они ведь тут, можно я посмотрю? — Нет, нельзя, — Ольга Феликсовна продолжала улыбаться, — Дай мне повредничать тебе на последок. Ты как заботливая мамочка, переживаешь за результат Остапенко, — по кабинету поползли смешки одноклассников, а женщина взяла со своего стола какие-то бумаги и подошла к первой парте, — Катюш, будь добра посчитай средние баллы, чтобы время у вас не отнимать, мне ещё к директору заглянуть нужно, — рыжая кивнула головой и ей вручили тетрадь с оценками, — А теперь Мерзлякова, Васильева и Ивахненко садятся за первые парты и переписывают последнюю контрольную, за которую получили прекрасных лебедей. Ленка взвыла от досады, а я облегчённо выдохнул. Для меня было выгодно потянуть ещё чутка времени и собраться с мыслями, ведь я совсем не вдуплял с чего именно начать свою исповедь. После того, как Ольга Феликсовна вышла из кабинета, я предложил подруге написать за неё работу, в обмен на дополнительное молчание с моей стороны, на что та сначала недовольно фыркнула, а потом поставила ультиматум — либо я всё ей рассказываю сегодня до конца всех занятий, либо же она спросит всё у Кирилла. Второй вариант меня, конечно же, пугал до усрачки. Что творится в голове у этого спортсмена одному дьяволу известно, ляпнет ещё чего, совсем лишнего, и прячься потом по всем углам со стыда. «Нет уж, сам расскажу как дела обстоят. Как только все обмозгую хорошенько. Ей ведь не обязательно знать все тонкости и мелочи?» — Ну, что? Готов? — напомнила о «пари» Лена после окончания урока. — Ты при любом свободном моменте будешь меня спрашивать? — проворчал я, наблюдая за тем, как подруга складывает свои письменные принадлежности в сумку. — А ты как думал? — улыбаясь ответила девушка, — Я вся горю от нетерпения. — Оу, мадемуазель, — протянул я, — приберегите эти фразочки для вашего мисье. А пока предлагаю набраться терпения и составить мне компанию в разглядывании незамысловатых и легальных надписей на стенах нашей школы, — Ленка впала в ступор от непонимания и уставилась на меня с широко раскрытыми глазами, — Говорю, результаты смотреть идёшь, аль как? — Ааа, — озарено протянула подруга и закивала головой. На первом этаже толпились все три одинадцатых класса, чуть ли не полными составами. В любой другой ситуации я бы подождал следующей перемены, но в этот раз терпеть я больше не мог, мне позарез нужно было знать что по итогу получил Кирилл. Ведь я правда старался его натаскать по предмету. Завидев Савелия Ленка быстренько прилипла к нему и они вдвоём расположились на одной из стоячих лавочек. Судя по всему, этих двоих ничего более не волновало. — Эй, Лёша, — из небольшой кучи-малы учеников кто-то окликнул меня, а потом ухватил за руку и протолкнул вглубь, — Смотри! Я молодец? Это был Кирилл. Он смотрел на меня и весь светился от счастья. Я устремил свой взгляд на вывешенную таблицу, но не смог испытать ту же эмоцию, что и спортсмен. В графе напротив фамилии была приписана цифра одиннадцать, что означала одиннадцать баллов, то есть тройка. Да, это отличный результат, учитывая, что этот парень и порог не мог переступить. Но, блять, до четвёрки не хватало ещё одного балла… Видимо я так сильно увлёкся обучением Кирилла, что теперь не мог смириться с таким исходом. Я, почему-то, сильно желал более лучшего результата. Я молча посмотрел на рядом стоящего улыбающегося парня, а потом в ужасе резко отпрял от него — мою руку он так и не отпускал. Сколько прошло времени? Секунды или минуты? Как долго мы так стояли? Сколько глаз видело это? Все эти вопросы моментально атаковали мои мысли и я, сгорая со стыда, быстренько прошмыгнул между тушами учеников в менее тесное пространство. — В чем дело? Ты не рад? — поинтересовался Кирилл, подходя ко мне и положил свою руку мне на плечо. — А чему тут радоваться? — тихо произнёс я, аккуратно, одним пальцем, спихивая с себя чужую ладонь, — Это тройбан. Ни рыба, ни мясо. — Зато можно расслабиться. Ведь теперь тебе не нужно больше со мной заниматься. — Ооо, да, — блаженно лыбясь протянул я, а потом осознал весь смысл его фразы и улыбка резко сошла с моего лица. Я посмотрел на парня. Кирилл беззаботно улыбался, глядя на меня. «Погодите-ка… Все закончилось, не успев начаться? Как же я теперь смогу к тебе приходить? Ты и правда этому рад?»