Happy together

Me and you and you and me No matter how they toss the dice, it has to be The only one for me is you, and you for me So happy together

- Разве ты не должен лежать дома? - Чонин искренне удивился, когда увидел Чунмёна в коридоре перед первой тренировкой. - Не должен, - Чунмён ответил чуть резче, чем собирался, но тут же опомнился. - Извини. Не могу я уже, - он переступил на месте, привалился плечом к стене. - Я месяц пролежал, больше не могу. - Но ведь мало этого. У тебя по-прежнему болит нога, - Чонин подошел ближе, чтобы успеть, если что подхватить и поддержать. - А если она до старости будет болеть? Что, тогда всю жизнь лежать? - Чунмён нахмурился. От домашних стен его уже тошнило. Да и сложно было вспомнить, когда прежде он столько времени проводил в своей комнате. Обычно он приходил туда заполночь, валился спать и вставал на рассвете, чтобы снова идти в школу, а потом в компанию на занятия вокалом и танцами. - А ты не думаешь, что если ты будешь перенапрягать больную ногу, то она точно будет болеть до старости? - Чонин такого поведения не одобрял и не пытался скрывать этого. - Ну пусть, - Чунмён отмахнулся легкомысленно. - Ты глупо себя ведешь, - Чонин не собирался учить Чунмёна жить, но и смотреть, как тот сам себя истязает, не мог. - Пусть, - Чунмён с усилием выпрямился и обошел Чонина, медленно пошел вперед. - Ой дурак, - Чонин не выдержал долго, догнал, взял под руку. - Куда тебя отвести? - В зал... Для совещаний. Сегодня будут объявлять же, - Чунмён потер переносицу, но фразу закончил: - состав новой группы. - И ты для этого пришел? - Чонин вздохнул. Он догадался, что с этой группой у Чунмёна связано очень многое: планы, надежды, мечты. - Что ты хочешь услышать? Что тебя не будет в составе? Так ты и так в курсе, - Чонин знал, что говорит очень жесткие вещи, но и врать Чунмёну в лицо не мог. Он не представлял, на что Чунмён мог надеяться. На то, что дебют отложат, пока он не поправится? Или что его включат в состав вопреки прогнозам врачей? - В курсе, - Чунмён явно замкнулся в себе, напрягся. Чонин словно камень в руке своей чувствовал. - Мазохист ты, - Чонин и сам немножко надеялся. Да, он был слишком молод, но Тэмин всего на год старше. И танцевали они оба более чем хорошо. Он мог бы попасть в новую группу. Впрочем, он мог бы и подождать еще. В пятнадцать лет жизнь на этом не заканчивается. А вот в восемнадцать... - Не поверишь, обожаю смотреть, как дебютируют новые группы, - брякнул Чунмён, но тут же губу закусил. Он видел, как выпускались практически все проекты компании. И если поначалу он просто завидовал и мечтал, что когда-нибудь дебютирует тоже, то сейчас он испытывал совсем другие чувства. Впрочем, зависть, конечно, была. Но к ней примешивалось искреннее отчаяние. Он должен был. Должен был, но не смог. Из-за дурацкой случайности, из-за нелепости. Виноватых не было, и виноватыми были все. Мироздание словно издевалось, дразнило близкой мечтой и отняло ее, когда Чунмёну остался последний шаг. - Извини, - Чонин не решился продолжать. Он привел Чунмёна в зал и даже усадил на стульчик в уголке. Раскидистая пальма с пыльными листиками надежно закрывала их от посторонних глаз. Чунмён сжимал кулаки, тяжело дышал и молчал, а Чонин сжимал пальцы на его плече: вряд ли он смог бы сейчас сделать больше. - ... Ли Тэмин, Чхве Минхо.. - Чунмён вздрагивал от каждого имени, повторял шепотом, но продолжал ждать. Продолжал, хоть и знал, что не дождется ничего. - Меня тоже не назвали, - Чонин только сильнее сжал его плечо. - В следующую пойдешь. Ты маленький еще, - Чунмён похлопал Чонина по руке, а потом поднялся тяжело, попытался выжать улыбку, но в последний момент решил, что лгать Чонину по меньшей мере глупо: - Я тогда пойду. Мне лежать надо. Чонин не нашелся, что на это сказать. Он знал, что Чунмён мог быть очень упрямым. Далеко Чунмён, правда, не ушел. Его заметил сначала Тэмин, потом подтянулся Минхо, а за ним и остальные дебютанты. Они окружили Чунмёна, подхватили под руки, поманили Чонина и потащили с собой в ближайший бар. Праздновать. Чонин не столько радовался за лучшего друга Тэмина, сколько наблюдал, как держится Чунмён. И убеждался, что тот прирожденный актёр. Чунмён улыбался, подшучивал над собственной неловкостью и предлагал очередной тост за успех новой группы. Чонин не хотел этого видеть, но все равно смотрел. И тоже поднимал бокал: - У вас все будет здорово, ребята! - У вас будет самая классная группа. А потом дебютируем мы с Чонином и будем с вами конкурировать, - Чунмён подмигнул, а Минхо захохотал: - Смотри не состарься раньше. А то будешь на сцене престарелым дедушкой с палочкой. - Твоими стараниями я уже с палочкой, - Чунмён даже вида не подал, что его задела эта шутка. - Осталось только дебютировать. - Годика через три, - Минхо уже выпил достаточно и за языком не следил, хоть Тэмин и попытался сменить тему: - А песня наша новая... - Нет, правда. Года три, может, больше. Сколько тебе будет, а, Чунмёни-хен? - Минхо махнул рукой, чудом не снеся со столика бокал. - Столько же, сколько и тебе, - Чунмён подвинул бокал к себе. - Слушай, а как ты смотришь на то, что я не буду называть тебя хеном больше? Даже если ты дебютируешь... - Минхо окончательно понесло, Тэмин махнул рукой и подмигнул Чонину: - Давайте за ваш дебют. Чтобы он был лучше нашего! - Мы постараемся, - Чунмён вымученно улыбнулся, а Чонин легонько толкнул его в бок: - Пойдем домой. Тебе надо отдыхать. - Что делаешь? - Чонин плюхнулся на край дивана и тут же растекся по нему, занял весь свободный объем. - Читаю, - Чунмён приподнял книгу, показал Чонину обложку. - Это скучно, - Чонин терпеть не мог всякие популярные пособия на тему "как стать успешным за три года", "саморазвитие в полнолуние" и прочую дребедень. Он признавал детективы, романы и исторические произведения, а на любимые книги Чунмёна смотрел со скепсисом и легким презрением. - Ты и так хороший. - А должен быть идеальным, - Чунмён заложил страничку флаером с изображением Shinee. - Не должен, не выдумывай, - Чонин уверенным жестом покопался у Чунмёна в кармане, нашел шоколадку и тут же зашуршал оберткой. - Что ты решил, кстати? - А что я должен решить? Ты же сам знаешь, - Чунмён уже не мог больше обсуждать эту тему. Мама, папа, старший брат... Все они ходили за ним по пятам и как мантру повторяли слова "мировая экономика", "внешние связи", "менеджмент", "управление". Чунмён прятался от них в школе, в библиотеке или в коридорах компании. Доктор по-прежнему запрещал ему какие-либо серьезные нагрузки, настаивал на полном покое, но Чунмён стискивал зубы и каждый день после школы приходил в компанию. - Я знаю, что ты упрям, как бык, - Чонин разом откусил половину, пробормотал что-то невнятно, но повторил: - Ты же не пойдешь в университет. - Почему нет? Пойду, - Чунмён опустил голову, взъерошил волосы. - Вот как? - Чонин не нашелся, что еще на это ответить. - Ага, - Чунмён наклонился, покопался в рюкзаке и вынул тонкую брошюрку. - Вот сюда, - он раскрыл буклет на нужной странице и ткнул пальцев жирно подчеркнутую строку. - Ты уверен? - Чонин на всякий случай прочитал все. - Актерское мастерство? И ничего про экономику, политику и прочую унылую хрень? Тебя же убьют. - Убьют, - Чунмён равнодушно пожал плечами. - Все лучше, чем делать вид, что мне крайне интересно читать какой-нибудь "Капитал". - А если мы дебютируем? - Чонин на всякий случай задумался, как мама отнесется к просьбе пустить Чунмёна пожить у них ближайшие пять лет. - Тогда брошу - Чунмён усмехнулся. - Ты сам-то веришь? - Что мы дебютируем? - Чонин переспросил и тут же уверенно кивнул: - Верю, конечно. - Нет. В то, что я вообще когда-нибудь смогу танцевать, - в том, что Чонин станет звездой, Чунмён не сомневался ни секунды. Он знал, что этому мальчику будут рукоплескать миллионы людей, еще когда увидел его впервые, смешного, робкого и застенчивого. - А куда ты денешься? - Чонин вздохнул. В глубине души он сомневался тоже. Сомневался и одновременно верил, что упрямство Чунмёна, его желание стать артистом победят любую боль. - Ты сам не веришь, - Чунмён знал его, как облупленного. - Я как раз верю. Это ты нет, - Чонин придвинулся, положил голову Чунмёну на плечо, попутно снова пошарил в кармане: - Когда я успел все съесть? Чунмён только руками развел: - Ты вообще быстрый. Чонин, как я могу верить? Я уже черт знает сколько таскаюсь с этой палкой. И подпираю стену в танцклассе... - Значит, сегодня пойдешь без палки, - Чонин ловко перегнулся и ухватил тонкую тросточку. - И далеко я уйду? - Чунмён сначала даже не поверил, что Чонин на такое способен. - Это не мои проблемы, - Чонин поднялся на ноги. - Ладно, хен, я побежал. Сегодня моя очередь выгуливать собак. Не засиживайся. - Чонин, я же тебя убью, - Чунмён поднялся тяжело, но решительно. - Убей, - Чонин насмешливо высунул язык. - Только догони сначала. - Вставай, - Чунмён стянул с Чонина одеяло. - Вставай, иначе самолет улетит без нас. - Ну и пусть, - Чонин накрыл голову подушкой. - А как же сцена? Как же музыка? Как же танцы? - Чунмён безжалостно отнял подушку и принялся методично швырять на кровать Чонина одежду. - Всё, уговорил, - Чонин чудом увернулся от пряжки ремня, сел и сладко потянулся. - Навязался на мою голову. - Я навязался? - Чунмён возмутился, скрестил руки на груди. - Разве это я заставлял тебя сидеть со мной в танцклассе? - Не ты, не ты, - Чонин нахмурился, швырнул в Чунмёна подушкой. - Заставлял я, - Чонин машинально пригнулся, когда заметил, что Чунмён подушку поймал и даже прицелился. - Я теперь с ужасом думаю, каким бы ты был политиком. Или экономистом. - И каким же? - Чунмён держал снаряд наготове, но Чонин обладал бесстрашием, граничившим с глупостью: - Ужасным. Просто кошмарным. Ты замучил бы всех новыми законами, правилами, рациональностью... - Ты еще скажи, что я тебя замучил. У тебя же расписание самое загруженное, - Чунмён заметно рассердился. - Ты и на шоу ходишь, и в кино снимаешься, и в мюзиклах поешь, и ОСТы записываешь, и спортивные передачи без тебя никуда... - Прости, - Чонин понял, что перегнул палку, и поспешил отступить. - Я был не прав. - Нет, почему же, - Чунмён капитуляцию не принял, обиделся. Впрочем, такие эмоции он позволял себе только с Чонином. - Ты скажи, что тебе еще не нравится. А лучше напиши список. Я подам его на рассмотрение на ближайшем собрании. - Хен, пожалуйста. Ты же знаешь, - Чонин встал с кровати и в два шага оказался рядом с Чунмёном. - Что я знаю? Что я деспот и тиран? - Чунмён даже снизу вверх смотрел так, что Чонин чувствовал себя маленьким шкодливым щенком. - Что ты самый лучший лидер, - Чонин улыбнулся робко и нерешительно, точно так же, как много лет назад, когда впервые попал в компанию. - Самый лучший лидер не может заставить своего лучшего танцора встать и начать собираться. Какой же я лидер? - Чунмён старался держаться, не поддаваться этому взгляду, этой улыбке. - Идеальный! - Чонин обнял неловко, грубовато, но искренне. - И мне другого не надо. - А остальным? - Чунмён не устоял. Он привычно прижал Чонина к себе, погладил по спине. - Ты о них-то подумал? - Неа. Они уже взрослые, пусть сами о себе думают. А меня все устраивает, - Чонин наклонил голову и легонько коснулся губ Чунмёна. - Эй! Вы думаете собираться вообще? - на пороге появился Чондэ. - Или вы ссоритесь? Чунмён мгновенно напрягся, но Чонин только сильнее прижался, вцепился в Чунмёна и хмыкнул: - Не дождешься.