//Профессионалы//

Этот вечер был гораздо пасмурнее, чем предшествующие ему. На улице лил дождь, а сильный ветер сдирал листья с деревьев. Они летели, кружились, ударялись об капли воды и падали в лужи, выполняя причудливый узор. Пока Евгения вела вечерний эфир в компании с Никитой, Денис ждал в кафешке около парка свою бывшую любовь — Екатерину. Как сильно он любил её когда-то, она сводила его с ума каждой частичкой себя — изящным движением руки, длинными ресницами, мягкими волосами, нежной кожей и губами. Наверное, губы были главным. Он любил проснуться и увидеть рядом с собой так мило спящую Катю, поправить ей прядь волос и поцеловать, любил проводить с ней дни и ночи, он считал их лучшими. А потом Катя ушла, просто собрала вещи и ушла. — Денис, здравствуй, — он и не заметил, как Катя вошла в кафе. А ведь она ничуть не изменилась, все та же. — Привет, хочешь что-нибудь? Я угощаю, — из вежливости спросил Воронцов. Он уткнулся в меню лишь бы не смотреть на нее. — Нет, я пришла поговорить с тобой, — Катя выхватила меню из его рук и убрала подальше. Она улыбнулась и взяла Дениса за руку, скрепляя их пальцы, от чего у Воронцова по всему телу пробежала мелкая дрожь, а в мыслях всплыла Женька. Он кивнул, настраиваясь на разговор с бывшей. — Я тут подумала. Может, мы сможем начать все заново? Если только у тебя никого нет, — Катя опустила глаза. Ей правда было тяжело, ведь она так и не объяснила Денису причину их расставания, оставила его на Женю. Денис смотрел на их соединенные руки, чувствовал, как пальцы Екатерины поглаживают его ладонь. Ему хотелось сейчас схватить её за руку, отвести к себе, общаться весь вечер, смотреть кино и пить чай, а после провести вместе столь штормящую ночь. Хотелось обнимать её, когда та будет лежать на его груди, водить по ней пальцами, вызывать мурашки по телу и будоражить воспоминания в его голове. Хотелось прямо сейчас встать и поцеловать, не говорить больше ничего. Как же ему хотелось. А с другой стороны была такая родная и домашняя Женя, которая нравилась ему, с которой он хотел бы построить дальнейшую жизнь. Он вспомнил, как вчерашним вечером Женя приревновала его, на сколько ему понравилось успокаивать ревнующую Женю. И он хотел, чтобы она ревновала его еще и еще, чтобы раздражалась при виде его с другими девушками. До ужаса глупые и наивные мысли посещали голову Воронцова. Он сидел и молчал, не давал ей ответа. А Екатерина с надеждой смотрела в такие любимые кофейные глаза. *** Вечерний эфир был окончен, а вот дождь, сильный ветер и мрак — нет. От этого улицы выглядели еще более унылыми. Евгении бы очень хотелось, чтобы её встретил Воронцов, проводил до дома, снова накинул на плечи куртку, которая насквозь пропахла им. — Жень, тебя проводить? — спросил Никита, накидывая на свои плечи кожаную куртку и оборачиваясь на Евгению. Он говорил совершенно серьезно, без доли очередной колкости в голосе. Девушка лишь одобрительно кивнула. — Как твоя фамилия? — спросила Женька, закрывая студию. — Воронин, — усмехнулся парень, забирая у Жени сумку. Она удивилась приятному жесту парня и схожей с Денисом фамилией, но улыбнулась. Эта улыбка была искренней. Они шли по мрачным улицам, шутили и смеялись вместе. Женька уже успела взять у Никиты его куртку. Вокруг были кафе, рестораны, зоны отдыха, которые полнились посетителями в солнечные дни. В некоторых из них сидели пары. Сердце Евгении кольнуло болью, когда из одного кафе выходил Воронцов с Екатериной. Женя на секунду застыла, она смотрела на Дениса, прожигала его взглядом. — Обними меня, — произнесла Женя полушепотом и натянула улыбку. Воронин сначала опешил, а потом приобнял девушку за талию. — Разыграешь, будто влюблен в меня? — спросила девушка и коварно посмотрела на Никиту. Тот улыбнулся и кивнул ей головой. Вымышленная молодая пара прошла мимо Воронцова и его красавицы. Никита остановился и поцеловал девушку так, чтобы данное действо было заметно Денису. *** Улыбчивая Евгения забежала в квартиру к Воронцову и с разбега прыгнула на диван. Шоу еще не окончено, она решила до конца вывести Воронцова. — Ну, как твоя Катя? — Женька улыбалась и смотрела на Дениса. Её лицо так сильно светилось счастьем, что Воронцов почти ослеп. Он злился, очень злился на Женю, ведь она целовалась с этим Никитой. Имела бы совесть делать это не на его глазах. — Твое какое дело? — огрызнулся Денис и отошел к окну. Не было сил смотреть в радостные глаза Женьки, которую он упустил. Надо было остаться с Катей, провести с ней ночь, как и планировал, а не думать о чувствах Жени. — Ты чего так со мной разговариваешь, Воронцов? — Женя опешила, она явно не ожидала такой реакции. Счастливые огоньки в её глазах пропали. — Чего ты тут забыла, Васнецова? Бежала бы к своему дружку, который тебя так яро засасывает на улочках, — он оперся на подоконник, его руки напряглись, выдавая все мышцы и каждую венку. Женя никогда не замечала, что у него такие сильные руки. — Он не друг, успокойся. Да и чего ты так бесишься, он же меня поцеловал, а не Катю, — она твердо решила, что дождется от Воронцова нужных ей слов. Кто бы не должен был её поцеловать ради этого. — Да иди ты, дура, — Денис зашел в кухню и громко хлопнул дверью, давая понять, что разговор окончен. — Знаешь, что, Воронцов? Это не я дура, а ты конченный дебил! Ничего ты не понимаешь совершенно. Если бы понял, то я бы не целовалась с Никитой. Я ненавижу тебя, зачем ты вообще приехал сюда? — голос Евгении дрожал, она почти плакала. Но гордость не позволила ей плакать при Денисе, поэтому она вылетела из квартиры с громким хлопком двери и побежала вниз по подъездной лестнице. Она бежала, хотя не знала куда именно бежит. В конце концов Женька оказалась у квартиры Никиты. Она стояла около двери вся в слезах, отвратительное зрелище. Воронин открыл дверь и увидел девушку, которая тут же упала в его объятия. — Выпить хочешь? — он дышал девушке в шею, а от него самого уже немного пахло спиртным. — Давай, — буркнула в его плечо Женька. Она знала, что Воронцов никогда этого не одобрит, но ей сильно хотелось его позлить. Пусть злится и бесится столько, сколько захочет. Он никогда не любил её, никогда не ценил. За год его армии ничего не изменилось, он все такой же дебил. Воронин налил девушке немного виски, которые Женя выпила залпом, а после жестом показала налить ей еще. Через полчаса Женя уже лежала на коленях Никиты и изливала ему душу. — Понимаешь, я ждала его, думала, что все будет нормально, когда Денис вернется. Что, может быть, мы сможем встречаться. А в итоге он обнимается с Катей, а я целую тебя, только чтобы он позлился, — Женя перебирала пальцы Никиты в своих руках. — А он позлился? — Воронин ухмыльнулся и положил одну руку на живот Евгении. Она была достаточно пьяна, чтобы не возмущаться по этому поводу. — Да, очень сильно. Я видела, как напряглось всё его тело, как он смотрел на меня. Мне хотелось его пожалеть, обнять, поцеловать. Я знаю, что он ревнует. Но скорее как подругу, нежели как девушку, — Женька грустно улыбнулась. — Он дурак, раз упускает такую девушку, — Никита коснулся своими губами Женькиных губ и, приподнимая её, начал опускать свою руку ниже и ниже, через несколько секунд его рука уже была на ягодицах Евгении. Она даже не подумала отстраниться, а лишь отвечала на поцелуй и каждый его жест. Скоро она уже сидела на коленях Воронина и крепко целовала его. Пьяная Женя представляла на его месте Воронцова, когда запускала пальцы в кудряшки, вместо синих глаз представляла такие любимые, кофейные. А тем временем руки Никиты давно шарили под футболкой Жени, искали застежку от бюстгальтера. — Нет, — Женька подскочила, словно ошпаренная, — я не могу, я люблю Дениса. Прости, мне пора. *** Женя с быстрым шагом шла по улице, думая, куда она теперь пойдет. Домой идти не было вообще никакого желания, потому что сестры и мама сразу примутся ругать девушку за пьяное состояние. Можно было бы пойти к Денису, но от нее пахнет виски и другим парнем. Если про парня Денис быстро забудет, то про виски нет. Но все же выбора у нее не было, не ночевать же на улице. И вот пьяная Женя уже звонила в квартиру Дениса. Она слабо стояла на ногах, так же слабо думала, что скажет ему. Как оправдает сильный запах спиртного? — Женя? — перед ней стоял сонный парень в одних только домашних брюках, а она в очередной раз отметила, что у него потрясающая фигура. Евгения кивнула, от резкого движения у неё закружилась голова и подкосились ноги. Она в ту же секунду была поймана Воронцовым. — Васнецова, ты что, пьяная? Где ты успела так набраться? — Денис посадил девушку на кровать и принес воды. Он внимательно изучал её на предмет побоев. — Угу, у Никиты, — Женю передернуло от одного воспоминания о том, что она чуть не отдалась ему. Денис убрал прядь её волос за ухо и заметил засос, который становился все больше и больше, а следом еще несколько. Дорожка из них длилась до груди. — Жень, вы переспали? — Воронцов умоляюще смотрел на Васнецову. Он знал, что Женька еще девственница, но не думал, что её первый раз будет на пьяную голову. Васнецова долго думала, что сказать ему. Соврать, что у них был потрясающих секс, позлить, или сказать, что ничего не было и остаться почти невинной в его глазах. Но вариант позлить Воронцова нравился ей гораздо больше, поэтому она кивнула головой и расплылась в улыбке. Денис подскочил с кровати и уперся кулаком в стену. Он злился на себя за то, что поругался с ней, что назвал дурой и дал повод уйти к этому Никите. — Ложись спать, — почти прошипел Денис и вышел из комнаты. *** Он стоял и курил на подъездном балкончике дома. Дымить в квартире было бы неприлично по отношению к гостеприимству и бабушке Васнецовой. Он думал, мысли заполняли его голову так же, как дым заполнял легкие — быстро, одной затяжкой. Он представлял, как Воронин обнимает обнаженное тело Женьки, как целует её в грудь и спускается ниже по животу, как хозяйничает языком в её ротике, сжимает и разжимает от страсти её грудь и ягодицы. Ревность, ярость и злость заполняли Воронцова от мозга до пяток, делая глубокий надрез на его сердце и подцепляя душу кончиком гнили. Васнецова была самым чистым человеком в его жизни, она никогда не пила, не курила, не пробовала наркотики, не совершала ошибок, у нее не было пьяного секса, с которого когда-то начинал Воронцов, она напоминала ему ребенка, о котором он должен был заботиться, а он не усмотрел. Сигарета, вторая, третья, пятая. Ему даже не становилось плохо от такого количества выкуренных сигарет. Глубокая ночь сменилась рассветом, который он тоже встретил на этом самом балконе, не спал всю ночь. Малиновый рассвет — самый красивый. Розовые полосы облаков разлиновывали сиреневое небо, отголоски желтого солнца позолотой покрывали небо по линии горизонта. Денис долго смотрел на небо, пока оно не стало ясного голубого цвета. Только тогда он зашел в квартиру. Денис сел на угол постели. Он смотрел на Женю, рассматривая каждую черту её лица, заполнял свой мозг её очаровательными образами. Засосы на её шее и груди выглядели бы лучше, если бы их оставлял Денис. Он убрал лишнюю прядь волос с её лица. От прикосновения Воронцова Женька вздрогнула и открыла глаза. Первое, что она увидела — это до ужаса бледное лицо Воронцова. Она чувствовала сильный запах сигарет и такое же сильное желание пить. Воронцов протянул ей стакан воды, который Женя залпом осушила. — Что я тут делаю? И чего ты такой бледный? — Женька осушила второй стакан и тихонько пила третий. — Ты сама вчера пьяная завалилась ко мне домой, а потом начала рассказывать про свои буйные ночи с Никитой. Что, не помнишь уже? — Денис вздернул бровь и посмотрел на Васнецову. Он только сейчас заметил, что нижняя губа была синей. Видимо, они целовались долгое время. В голове Жени медленно просыпались воспоминания о вчерашнем вечере, ссоре с Денисом, о выпитом ею виски, о прикосновениях Никиты. Она провела пальцами от уха до груди, повторяя движением линию засосов. — Денис, господи, — Женя быстро встала и прижалась к Воронцову, — Я никогда не хотела показаться тебе в таком виде, еще и столько всего натворив. — Ты мне лучше скажи, ты правда с ним переспала или нет? Васнецова, только не ври мне. Я тебя никогда не прощу, если солжешь мне сейчас, — Денис отстранил Женю от себя. Он смотрел в её глаза и видел в них смущение. — Нет, я не спала с ним. Никита уже добрался до моего бюстгальтера, когда я его оттолкнула. Просто поняла, что не хочу с ним, ну, ты понял, — Женька виновато смотрела в глаза Воронцова. Ей правда было стыдно за свое поведение прошлым вечером. Денис промолчал. Он взял свою пачку сигарет и отправился на балкон, оставляя Васнецову в одиночестве. Зачем тебе говорить, как есть? Мне очень стыдно за эту слабость. Ты с недостатками мне нравишься весь, — Моя первая за годы радость.