The only

      Следующие пару дней Хосок навещал Юнги в палате и постоянно приносил еду, так как Юнги в первый день жаловался на пресный вкус еды в больнице. Они договорились с врачом, что Чон будет приносить еду, подходящую для диеты Мина. Обе стороны были рады, что парень идет на поправку. Настроение у Юнги значительно поднималось и навязчивые мысли уходили прочь, когда домашнее солнце — Хосок находился рядом в палате. Да, он не всегда мог навещать его во время обеда, но они созванивались и Юнги приходилось есть перед ним на камеру. — Зачем ты принес столько еды? — Юнги уставился на кучу ланч-боксов вокруг себя. — Я буду есть с тобой вместе. Завтра ты сможешь поехать к себе домой, — Хосок счастливо улыбался, открывая еду. — Можно сказать, что мы отмечаем мою выписку? — Мина заразила улыбка Хосока, и он начал улыбаться. — Конечно, но потом мы, правда, отметим получше чем в скучной палате, — Хосок загадочно улыбнулся и подал Юнги палочки. — Спасибо, — он благодарно начал есть. — Знаешь… В Азии же вообще распространены видеотрансляции, где люди едят на камеру и получают при этом деньги? По-любому ты смотрел такое хоть раз. Так вот. Я как-то замутил такое, но людям не понравилось. — Только не говори, что из-за них ты стал плохо питаться, — Хосок поднял взгляд на Юнги. — Нет. Я не из таких. Мне пофиг что говорят люди вокруг. Мы с другом пытались продвинуться в айдолы в Японии, но нам отказывали и при этом вставляли какие-нибудь противные комментарии. Так что я привык слышать такое, — Мин пожал плечами, улыбаясь, показывая, что ему и правда пофиг. — Мне нравится твоя улыбка, — Хосок посмотрел Юнги в глаза.       Юнги промолчал на этот комментарий и продолжил есть. Может быть, он бы и ответил «Мне тоже нравится твоя улыбка», но он не позволял как-то выражать свои эмоции на счет Хосока, потому что боялся. Боялся, что сболтнет что-то не то и всё пойдет наперекосяк: Хосок мог уйти и подумать что-то противное про Мина. Хотя Юнги знал, что девушки младшего не привлекали. — Извини, я не привык отвечать на комплименты, — он ощущал на себе всё тот же взгляд. Поднял взгляд.       Хосок прямо смотрел на парня и улыбался. Его глаза приобрели вид полумесяца, а зрачки слегка были расширены. Его аура казалась такой тёплой и доброй, что хотелось раствориться в этой теплоте и больше не возвращаться в реальность. — Привыкай. Мне и, правда, нравится твоя детская улыбка, — Хосок всё же продолжил есть. — Она не детская! — возмутился Юнги и тихо рассмеялся. — Я видел твою детскую фотографию. Ты улыбаешься точно так же.       Хён не стал противоречить ему. Они продолжали сидеть так некоторое время. Примерно через час Хосок ушел, потому что ему надо было вернуться в школу и продолжить вечерние уроки. А Юнги продолжил лежать и вскоре уснул.

***

      На следующее утро Хосок зашел к Юнги, чтобы забрать его. Юнги забрал свои вещи, собрал ноутбук и попрощался с врачом. — Ты как? — спросил Хосок, когда они вышли из больницы. — В полном порядке. А ты? — Юнги поправил рюкзак с вещами на спине. — Отлично. Поехали к тебе, — Хосок привел парня к своему мотоциклу. — У тебя есть мотоцикл? — Юнги очень удивился, ведь Хосок боится многих вещей… — Да. У меня и права на машину есть. А что? Что-то не так? — младший рассмеялся и сел за руль. — Садись давай. Потом рассажу, почему мотоциклы люблю, — он дал Юнги второй шлем и завел двигатель, и вскоре они стартанули с места.       Мимо проносились улочки Сеула. Здания различных стилей архитектуры создавали нейтральный тон столице Южной Кореи. Бизнес-многоэтажки сочетались с типичными жилыми домами, зелень смешивалась с узкими улочками, холмами, и небольшими стенами с граффити. Некоторые подростки с завистью смотрели на парней, проезжающих мимо на недешёвом мотоцикле.       Юнги строго держал Хосока за талию, вцепившись пальцами в его черную косуху. Его изредка потрясывало от лежащих полицейских и редких кочек на асфальте. Хотя он бы добавил к этому списку такого близкого Хосока и его теплое тело. Пока они ехали, на улице заметно похолодало. Над Сеулом опустились серые тучи. Того и гляди ливанёт дождь. Юнги начал немного замерзать, но, наконец, они стали подъезжать к дому композитора, так что эта мысль согревала его.       Они поднялись на 3 этаж к Юнги и открыли дверь. Пахло сыростью. За окном начался дождь. — Как повезло, что у меня выходной сегодня, — Хосок улыбнулся и прошел внутрь кухни. — Садись, я сделаю нам кофе. Хочешь? — Юнги нравилось, что его друг уже начал хозяйничать на кухне вместо него. — С удовольствием. Кофе стоит на второй полке снизу. Я буду без сахара, — парень прошел к раскладному дивану и лег. — Сахару без сахара? — Чон засмеялся, орудуя посудой. — Что? — хозяин не понял юмора. — У тебя кожа светлее чем у среднестатистического корейца. Ты хоть и не европеец, а все равно светлый. — Аааа, — Юнги улыбнулся. — Я такой в мать, — он задумался и замолчал. А правда ли у его родной матери была светлая кожа? — Я на свою маму тоже похож. Особенно носом, это у нас семейное, — он тоже замолчал и продолжал готовить.       Юнги не стал думать о своей матери дальше, а начал наблюдать за Хосоком и слушать ритм дождя за окном.       Вскоре горячий кофе стоял на столике, а мусор с поверхности был выкинут. — Я бы приготовил тебе что-нибудь, но я быстро собирался утром, — Хосок накинул на плечи друга плед и дал кружку с кофе, присел рядом и взял вторую кружку. — Ничего страшного, — парень пожал плечами и отпил кофе. — Спасибо. Вкусно. — Да не за что.       Оба замолчали, как будто впали в мысли. Задумались о чем-то. — Мы как будто женатая парочка, — пробубнил себе под нос Хосок, даже не задумываясь о смысле сказанного.       Повисло неловкое молчание. Чон закусил губу, прячась за своим пледом от неловкости. Юнги засмеялся. — Ну ты и сказанул конечно, — прыснул парень. — А что такого? — парень еще больше смутился и кажется начал обижаться. Мин мог понять это по выражению лица. — Ну… — начал было Юнги, но замолчал от неловкости.       Его сердце больно кольнуло. Он давно искал интересного ему человека. Даже можно сказать, что целью было не вернуться к родному городу, а именно найти себе друга, а еще лучше пару. И, кажется, он нашел его. Того человека, который сможет совмещать и дружбу и некую симпатию. Но Юнги мешало небольшое «но». Ему казалось, что Хосоку это совершенно не нужно.       Хосоку казалось точно так же. Он думал, что Юнги был немного отрешен от этой темы и не казался ему особо опытным. Хотя, именно это и привлекало его. Каждый человек чувствовал заинтересованность, перерастающую в любовь, хотя бы раз в жизни. Не важно к кому или чему. Будь это друг, который становился близким на всю жизнь, или фильм, который вы искали очень долгое время и, наконец, нашли. Или же фандом, к которому вы очень близки. У кого-то она приходит неожиданно, у кого-то постепенно. Неизменно лишь одно – эта самая влюбленность.