Начало

Лель к двадцати четырем годам целовался всего лишь раз, в четырнадцать, когда началась первая течка. Он тогда тоже не смог сопротивляться и был выброшен после использования, как какая-то вещь. И сейчас, от понимания того, что он не станет сопротивляться, да ему и не хочется этого, по щекам текли слезы. - Ну что ты? – Гилар посадил Омегу на стол и, встав между раздвинутых коленок, губами собирал соленые капельки. – Я тебя не обижу, обещаю. Все будет хорошо. Он дальше шептал ему что-то на ушко, задевая губами и опаляя горячим дыханием. Расстегнул свою и Леля рубашку, уж очень хотелось прижаться к коже такого сладкого пахнущего Омеги. Парнишка был худоват, его грудная клетка тяжело подымалась и опадала при каждом свистящем выдохе-вдохе. Альфа надавил Омеге на плечи, заставив откинуться на локти. Втянул в рот сначала один сосок, потом второй. Хотелось кусать, причинять боль, подчинять, в конце концов, но они находились посреди набитого народом офиса. Омега был еще слишком юн, чтобы сдерживаться, и судя по тому, как стыдливо алели щечки да блестели глаза от недавних слез, затевать такие игры было рановато. - Лель, солнышко мое, не бойся. Все будет хорошо, – Гилар стащил с него брюки вместе с нижним бельем. Запах стал еще сильнее, голова шла кругом. У обоих сносило крышу. Гилар наклонился и вобрал в рот член Леля, толстенький, оплетенный по кругу венкой, с раскрывшейся головкой. - Агрх! – Омега рефлекторно поджал пальцы на ногах и откинул голову. Он готов был с ума сойти от нахлынувшего наслаждения, кусал губы до крови, чтобы не стонать. Никто и никогда не услышит от него звуки высшего удовольствия – этот зарок Омега дал себе еще тогда, когда вся школа слышала, чем они занимаются с одноклассником в подсобке. Гилар провел пальцем вокруг сжимающегося - разжимающегося сфинктера, собирая выделившуюся смазку, и аккуратно ввел его внутрь. Лель издал свистящий звук сквозь стиснутые зубы и кончил, сжав Альфу коленями. Молодой мужчина проглотил сперму и пососал опадающий член Омеги, а потом мурлыкнул и облизался, глядя в золотистые глаза с капельками влаги в уголках. Подрагивающими от перевозбуждения руками расстегнул и приспустил свои брюки, приставил влажную от собственной смазки головку к попке и плавными покачиваниями бедер стал аккуратно входить. Лель выгнулся дугой, когда почувствовал в себе Альфу. Сейчас не было больно, как тогда. Наоборот, уже привычный зуд уходил, а на смену ему пришли накатывающиеся волны несравненного удовольствия. Гилар порыкивал, вбиваясь в горячее нутро Омеги. Было безумно хорошо. Так хорошо не было ни с кем. Разрядка… Альфа чувствовал набухающий узел, но сейчас не в состоянии был объективно оценивать ситуацию. Сцепка должна скрепить их на несколько часов. Зато уже получивший свою порцию удовольствия Омега успел об этом вспомнить. - Не надо, - прошептал он, силясь подняться на руках, но в его положении задача была поставлена практически невыполнимая, – прошу Вас, не надо. Лель боялся. Однако Гилар, любивший во время секса смотреть в лицо партнеру, особенно, когда оно такое красивое, все же осознал, что от него пытаются добиться, и вышел в последний момент. Дорожки белых капель украсили живот Омеги, вздрогнувший от соприкосновения с ними. Альфа уткнулся парню в шею, шумно дыша и пытаясь удержаться на ослабевших ногах. - Лель, - хрипло выдохнул он, - если ты прямо сейчас не уйдешь, мы останемся здесь до конца течки. Омега даже сжался весь от этих слов. Он, конечно, знал, что так и будет, но все же услышать такое было очень больно. Парень собрался, покачиваясь и спотыкаясь, оделся и бегом выскочил из кабинета. Гилар в это время застегивал рубашку и думал, не будет ли странным, если он попросит в отделе кадров резюме Леля, там же наверняка есть его телефон…