Начало

Гилару было не по себе. Мужчина стоял у окна и смотрел на освещенную фонарями улицу. Силуэт Аскера давным-давно растаял, а он все ждал, когда же парень вернется обратно. На душе яростно скребли кошки, сердце в груди замирало, стоило только какому-нибудь ночному прохожему попасть в поле зрения. Было очень обидно и больно. Ужасно осознавать себя виноватым. Вот только в чем он, Гилар, виноват? Ведь это наваждение в лице Леля пришло так внезапно. Что он мог сделать? Допустим, Альфа попытался бы не обращать на течную Омегу внимания. Чисто теоретически. Аскер и так пострадал, а если бы Альфа и дальше сопротивлялся своим инстинктам? Чем бы все закончилось? Гилар не хотел причинять своему бывшему парню боль. И никогда не допускал мысли об измене, но так распорядился Злой Рок. Молодой мужчина искренне переживал, волновался. Он знал, что Аскер - весьма общительный и дружелюбный, у него много друзей, ему есть куда пойти. За те пять лет, что они прожили вместе, Альфа успел изучить характер Беты. Ему требовалось время остыть, подумать, осознать случившееся. Гилар надеялся на прощение. Аскер всегда прощал. Всегда. Но в этот раз Альфа перешел черту дозволенного, чаша терпения Беты переполнилась. Может, когда-нибудь они смогут поговорить нормально, и Гилар попытается объяснить, что все произошло спонтанно. Чем больше проходило времени, тем сильнее сжимался тугой узел в груди. Как-то незаметно начало светать, и лишь тогда Альфа согнал себя с подоконника, на котором вполне комфортно пристроился. Тело болело, словно его отпинали пару-тройку дней назад, в голове гудело. Гилар тяжело вздыхал, старался не смотреть на все еще включенный телевизор, на так и нетронутые тарелки. Он отключил бессовестно пожирающий электричество прибор, швырнув пульт на диван. Невольно вспомнился Аскер, всего несколько часов назад лежавший здесь и плачущий во сне. Стало еще ужаснее. Альфа быстро зашел в комнату, скинул с себя одежду и пошел в душ. Вода – это очищение, кажется, будто весь ужас, приставший к тебе за промежуток времени от посещения ванной до следующего посещения, уходит в канализацию, где ему и место. Кратковременная передышка. Как-то сразу навалилась усталость всех последних дней. Ведь, по сути, Гилар уже давно нормально не спал, выхватывая кусочки отдыха, как только представлялась такая возможность. Он стоял, подняв голову и подставив лицо под падающие капли. Из глаз текли горькие слезы, тут же смешивались с водой и бесследно исчезали. Она одна оставалась безмолвным свидетелем чужой боли. Когда воздуха стало не хватать, Гилар выключил воду и уперся в стену руками, опустил между ними голову и, постояв так с минуту, глубоко вдыхая и выдыхая, встряхнул мокрыми волосами. На мгновение ему показалось, что стало легче. Совершенно разбитый, Альфа прошел в комнату, даже не вытеревшись, упал на кровать и тут же провалился в тревожный полусон. *** Утро выдалось пасмурное, небо полностью закрывали серые облака, казавшиеся сплошным полотном. Лель тяжело вздохнул, еще раз глянув на улицу. Очень не хотелось, чтобы пошел дождь. У них с Гиларом сегодня должно состояться первое свидание, и не важно, что свидание, по сути, двойное. Парень полночи думал о том, что его Альфа не свободен. Когда он вчера ночью вернулся, Корнелиус находился в предобморочном состоянии, успев обзвонить все морги и больницы. Отец долго выговаривал своему чаду, но при этом обнимал и все старался найти какие-нибудь повреждения. Но стоило узнать, что большую часть вечера они провели с Гиларом, как старший Омега выразился крайне неприлично, и даже не раз. Около полудня позвонил Кристиан. - Лель! А ты чего трубку не брал вчера? Я уж подумал, что встреча отменяется. - Привет, Кристиан, - ответил Омега. Сейчас он чувствовал себя намного увереннее, чем при их последней встрече. - Привет, привет! Прости, что не поздоровался. Так вот, я забронировал столик в «Келье» на восемь. Нормально? Хотя уже поздно переносить. - Хм… Хорошо. В восемь в «Келье». - Вот и славно! Ты такой послушный, повезло твоему хахалю. - Он не хахаль, - мгновенно выдал Лель, не успев даже подумать. - Ой, простите! – фыркнул Мурр. – Ладно, до вечера. И Кристиан сбросил вызов. Омега же глупо улыбался, предвкушая, как будет чувствовать себя, когда рядом сильный и уверенный в себе Альфа. Даже мерзкий Мурр не посмеет испускать слащавых похабных шуточек и намеков. Где-то около часа он потратил на то, чтобы привести себя в порядок и позавтракать, а потом, набравшись смелости, позвонил Гилару. Вчера, перед прощанием, они обменялись номерами телефонов. Альфа долго не брал трубку, отчего сердце Леля начало судорожно колотиться в грудной клетке. Однако в последний момент ему, все же, ответили. - Да? Голос Гилара был хриплым. - Прости, что разбудил, - промямлил испугавшийся, не понять чего, Омега. - Мммм… - пропыхтели в трубку, - сколько времени? - Десять минут второго. - А чего так темно? - Пасмурно. Небо все в тучах. Хоть бы дождь не начался. - М-да! Без разницы, все равно на машине. - Кристиан позвонил, сказал, в «Келье» в восемь. - Где? Никогда там не был. - Я тем более, - хмыкнул Лель. Разговор получался каким-то странным, легким и почти бессмысленным. - Хорошо. Уже встаю. Тогда… а приезжай-ка ты ко мне. - К тебе? Домой? А как же?.. - Не спрашивай, - оборвал его Гилар. – Просто приезжай. Альфа сбросил вызов. Он лежал на смятой влажной постели и чувствовал, что бесконечно замерз, и не только телом. В висках ломило, к конечностям словно пудовые гири привязали. Хотелось поскорее прижать к себе своего мальчика. Расставание с Аскером отдавалось тупой болью где-то в подреберье. Однако Гилар даже не подумал о том, что ему хотелось бы сейчас увидеть Бету. Лель прочно расположился в сердце мужчины, вытеснив все лишнее.