Начало

Аскер, выйдя из подъезда, пошел вдоль по дороге. Из глаз бежали слезы, но парень даже не пытался их вытереть. Зачем? А так, может, быстрее все вытекут. Тело ныло, каждый шаг отдавался тянущей болью, в грудь словно залили свинца, было практически невозможно вздохнуть. Хотелось лечь где-нибудь, где никто не найдет и сдохнуть. И еще было страшно. Злой, удушливый, липкий страх окутывал еле плетущегося паренька невидимым плащом. Аскер боялся внезапного одиночества. Куда же теперь идти? Что делать? Как жить дальше? Бета слишком привык к тому, что Гилар его опекал, чтобы было на кого положиться, когда дома ждет теплая постель. Мир разрушился за каких-то несколько дней, со всей силы заехав по голове. До судорожной дрожи хотелось вернуться, плюнуть на этого сраного омегу и вернуться. Может, все еще будет нормально. Хотя Аскер понимал какой-то частью шокированного сейчас мозга, отвечающего за гордость, что ничего не будет нормально. Разве сможет он терпеть постоянные отлучки Гилара, тем более зная, где носит его Альфу. И еще это мерзкое сочувствие на лице. Нет! Пусть лучше он останется один, больно будет и в том, и в этом случае. Говорят, время лечит. Остается лишь надеяться и уповать, что не зря так говорят. Многие поколения замечали и проносили подобные маленькие мудрости через века. В такое хочется верить. Что еще остается израненным, измученным сердцам? Надежда, порой, единственный стимул к жизни. Аскер брел по пустынным дворам, стараясь избегать больших улиц, ведь даже ночью там было достаточно оживленно. Сейчас не хотелось никому показываться на глаза. Ведь нет-нет, а попадется какая-нибудь сердобольная личность. Парень почти садистски наслаждался физической болью, распространяющейся по телу при каждом шаге. Уже ближе к рассвету Аскер устало опустился на скамейку у подъезда, бросив рядом сумку. Спустя несколько часов бесконечного самокопания, накатывающей волнами всепоглощающей ненависти на мир, горечи и злобы, измотавшись физически, наконец парень почувствовал лишь гулкую пустоту внутри новеньких крепких стен, выстроенных вокруг разбитого сердца. Тишину раннего утра вдребезги разбил телефонный звонок. Аскер посмотрел на экран, и его губ коснулась едва заметная улыбка. - Мариш, ты всегда знаешь, когда нужно позвонить! *** Лель чувствовал, как внутри все замирает от расползающегося по залу ресторана напряжения. Кристиан старался держать себя в руках, но все равно заметно было, как напряжены его шея и плечи, и тяжелый взгляд изподлобья не помогал сгладить ситуацию. Гилар же едва сдерживал торжествующую улыбочку, преувеличенно расслабленно развалившись на своем диванчике и поглаживая напряженную ножку Леля. Расставание с Аскером больно ударило по чувствам, в том числе, и собственного достоинства. И сейчас альфа, забыв об окружающем мире, упивался собственным превосходством. Молодая официантка принесла их заказ и тихонечко стреляла глазками в сторону самоуверенного альфы, мило улыбаясь и демонстрируя симпатичные ямочки на щеках. Распсиховавшийся Лель резко подпрыгнул с места, чувствуя, что его уже тошнит от происходящего. Состояние окрыленности прошло без следа, низвергнув омегу в пучину сомнений реальности происшедшего за последнюю неделю. Парень заскочил в туалет, тут же вцепившись в раковину дрожащими пальцами. Жутко хотелось бросить сейчас все и просто убежать, прийти домой, туда, где безопасно, забраться под одеяло, согреться и успокоиться. Вот только возможности осуществить этого не было. Лель простоял так минут пять, кто-то попытался зайти в его кабинку, и парень порадовался, что здесь они отдельные. Наконец умылся прохладной водой, вытерся, вздохнул глубоко, сердце от волнения стучало часто-часто. Он открыл дверь, и его тут же втолкнули обратно. Лель от неожиданности едва не упал, удержавшись на ногах только из-за того, что уперся спиной в противоположную стену. Вслед за ним в небольшое пространство зашел Кристиан, полностью заполняя его собой. Омега подавился воздухом, судорожно закашлявшись. - Ты знаешь, я еще никогда не чувствовал себя так униженно, - голос молодого Альфы дрожал от переполняющего его гнева. – Даже тогда, еще в школе, когда ты так и не появился, и мне запретили приближаться к тебе. Мне все внушали, что я поступил грубо и неправильно, что я должен покаяться, одуматься и оставить тебя в покое. Только никто не понимал, что они просят невозможного. Никто и никогда не заставит меня забыть вкус твоего тела. Кристиан прижал Леля к стене, не замечая, что тот боится даже вздохнуть, готовый зажмуриться и отвернуться в любую секунду. Омега от страха не чувствовал собственного тела, а от мысли, что с ним сейчас сделает Мурр, хотелось орать во все горло, но он боялся открыть рот. - Не бойся меня, Лель! – с неожиданной мольбой в голосе почти простонал Альфа. – Я никогда не хотел причинить тебе боль. Чем этот напыщенный ублюдок заморочил тебе голову, что ты терпишь его выходки? Упоминание о Гиларе подействовало на Леля по-другому, нежели ожидал Кристиан, пытавшийся вызвать в омеге гнев. - Он бросил ради меня партнера, с которым был вместе пять лет! – тихо пробубнил Лель, не нашедший в себе сил на что-то более убедительное. – И он никогда не делал того, на что я не был согласен. Омега выдохнул сквозь зубы и предпринял робкую попытку оттолкнуть от себя Кристиана, который, впрочем, не воспринял это как факт сопротивления. Дверь туалета открылась, тихонечко скрипнув. Кристиан сразу же почувствовал чужого Альфу. Руки, находящиеся по обе стороны от головы Леля, сжались в кулаки. Гилар молчал, но от него распространялся явный давящий запах гнева и черной ревности. Старший альфа не находил подходящих слов, чтобы выразить то, что творилось у него в голове. - Гилар, - жалобно протянул Лель, испугавшийся даже больше, чем когда его прижал Кристиан, сильнее уперев руки в грудь парня. Мужчина тряхнул головой, пытаясь прогнать вставшую перед глазами красную пелену ярости, его передернуло от отвращения. Он развернулся и стремительно скрылся с глаз. Кай, нервно сидевший в одиночестве за столом, взволнованно подпрыгнул, едва Гилар вышел из туалета. Альфа даже не посмотрел на него, схватил свои вещи и устремился к выходу. Бедный парень не знал, куда ему деваться, бежать к туалетам и бросить все вещи, или дождаться Кристиана. Его метания были решены почти мгновенно выскочившим Лелем со слезами на глазах. Омега оглядел зал и, не найдя Гилара, парнишка поспешил следом к выходу, даже не вспомнив о верхней одежде.