Well show me the way...

      На улицы Ливерпуля постепенно наваливалась густая темнота, обволакивая собой всё вокруг. Четверо музыкантов, разодетых по последней глэм-рокерской моде, которую они сами и ввели и которую кроме них мало кто успел оценить по достоинству, шагали по направлению к пабу. Во всяком случае, они очень надеялись, что эта дорога вела именно туда.       — Well show me the way to the next whisky bar, — негромко напевал себе под нос Фредди.       — Oh, donʼt ask why, oh, donʼt ask why, — вторил ему Роджер.       — For if we do not find the next whisky bar…       — I tell you we must die, I tell you we must die!       — Куда ты нас завёл, Дикки? — Брайан прервал проникновенное пение товарищей. Нет, пели они чудесно. И текст так удивительно подходил к ситуации (наивно было бы считать, что песня была выбрана случайно). Но вместе с наступлением темноты на улице начинало заметно холодать, и у Мэя появлялись весьма веские основания полагать, что температура воздуха могла в ближайшее время устремиться к нулевой отметке. А даже если нет, то промозглый ветер с моря создавал полную иллюзию этого. Надетые же поверх сценических костюмов куртки не очень-то грели тощие тела начинающих рокеров.       — Мы минут пять как должны были быть на месте, — Джон пожал плечами. Как будто это не он вызвался проводником. Мол, бывал я тут, знаю отличное заведение!       — И почему тогда мы ещё не там? — резонно поинтересовался Роджер, начиная пританцовывать. Его чёрные обшитые разноцветными блестящими бабочками штаны несомненно были весьма хороши собой, но совсем не приспособлены к поздним осенним прогулкам.       — Потому что мы здесь, — Джон снова пожал плечами, и спорить с его утверждением было абсолютно бессмысленно. Но Фредди всё же попробовал.       — Дорогуша, это, конечно, чудесно. Что мы здесь, — ворковал он самым елейным из своих голосов. Словно и не был готов в любой момент сорваться на нецензурную лексику и истеричные визги. — Но не мог бы ты напрячь свою голову и вспомнить дорогу туда, куда нам надо!       — Если бы мог, уже непременно это бы сделал.       — Ну всё ясно, — Брайан со вздохом упёр руки в боки. — Предлагаю вернуться назад. Поздно уже. И холодно. Ну его, этот паб…       — Не-не-не! Как это ну его? — возмутился Роджер. Он был решительно настроен выпить и не собирался вот так запросто сдаваться.       — Эй, ты только посмотри на этих куриц! — вдруг раздалось где-то за спинами у ребят.       Роджер закрутил своей пока ещё не очень выбеленной осветлителями головой в поисках «этих куриц» (ему, разумеется, не могла прийти мысль, что речь шла не о ком-то ещё, а именно о них самих), а Брайан постарался втянуть свою кудрявую голову в плечи, чтобы стать как можно менее заметным, хотя с его ростом это было довольно затруднительно. У него появилось очень, очень нехорошее предчувствие. Фредди и Джон, казалось, на окрик внимания не обратили. Они продолжали гипнотизировать друг друга взглядами, один укоризненным, словно пытался воззвать к совести, второй — совершенно непроницаемым. Может, Дикон и был самым молчаливым участником группы, но его взор мог порой сказать куда лучше любых слов.       — Ну ты посмотри, как разоделись!       — Вон у той, кстати, курточка вполне приличная!       — Надо научить их ливерпульской моде, как думаете?       Четверо музыкантов опасливо переглянулись. Уже все они прекрасно слышали разговор и не менее прекрасно осознавали, кто здесь был курицами, которых собирались научить моде.       — Кажется, у нас проблемы, — в своей невозмутимой манере, как будто сообщал, что собирается выпить чашечку чая, заметил Джон.       — Да неужели, дорогуша? — не без сарказма отозвался Фредди. Он уже успел оценить обстановку и теперь прикидывал, какие у них были шансы убежать.       — Добрый вечер, джентльмены, — Брайан как можно вежливее обратился к компании молодых людей, судя по всему — моряков, которые потихоньку обступали музыкантов со всех сторон. Ответом ему стал дружный взрыв отнюдь не дружелюбного хохота.       Роджер закатил глаза к небу и многозначительно посмотрел на гитариста, одновременно с этим постучав себя костяшками пальцев по голове. Ага, нашёл кого джентльменами называть.       — Что-то мне подсказывает, что нас хотят побить. И я от этого почему-то не в восторге, — Фредди ещё раз обвёл компанию взглядом. Бежать было уже поздно. А оказать достойное сопротивление морякам они вряд ли были в состоянии, даже несмотря на не такой уж большой численный перевес задир.       — Ты посмотри, как у той курицы развита интуиция! — хмыкнул один из моряков, неуважительно показывая на Фредди пальцем.       В этот момент Роджер вдруг начал торопливо обыскивать карманы своей куртки, привлекая этим всеобщее внимание.       — Ты что делаешь? — зашипел Фредди. Он давно начал нервничать, но очень старался сохранить самообладание. Брайан тоже довольно нервно поглядывал то на барабанщика, то на хулиганов (и правда, какие из них были джентльмены?!), и только Джон наблюдал за Роджером с явным любопытством.       Но Тэйлор не тратил время на объяснения. Он наконец нашёл, что искал, и с победоносным видом выскочил на два шага вперёд, размахивая перед лицами моряков какой-то карточкой.       — Видите? Видите? — Роджер тыкал пальцем куда-то в середину карточки, но продолжал так быстро мельтешить ею перед глазами потенциальных обидчиков, что ничего увидеть они, естественно, не могли.       — Здесь написано, что у меня чёрный пояс по дзюдо! И я имею полное право надрать вам задницы в целях самообороны!       — Это что, правда? — шёпотом спросил у друзей Брайан, глядя на происходящее, как ребёнок на Санта-Клауса — с недоверием, но верой в чудо.       — Ты что, дурак совсем? — Фредди не знал, то ли плакать, то ли смеяться. С одной стороны, хорошенькой трёпки им теперь точно было не избежать. Но с другой — вся эта ситуация была настолько абсурдна, что воспринимать её всерьёз было попросту невозможно. Вокалист хихикнул и краем глаза заметил, что Джон тоже ухмылялся. И только Брайан не разделял этого весьма сомнительного веселья.       — Это он сейчас серьёзно? — уточнил один из моряков. Все они инстинктивно чуть отстранились назад и временно насторожились.       — Не знаю, я вообще думал, что это девица…       — Девица?! Девица?! — взревел Роджер. Его неоднократно принимали за представительницу прекрасного пола и этот факт его чрезвычайно раздражал.       — Вы идиоты тут все что ли? — рявкнул на своих товарищей, по-видимому, предводитель этой шайки. Разглядеть, что там на самом деле было написано на карточке Тэйора, не мог и он, но здравый смысл подсказывал, что документов, разрешающих надирать кому-то задницы, в природе не существовало. Если, конечно, ты не какой-нибудь агент 007. Но эта недокрашенная блондинка не походила на сотрудника спецслужб. — Хватайте их!       — Ну что, дорогуша, довыпендривался? — со вздохом обратился к Роджеру Фредди, хотя довольно глупая улыбка не сползала с его лица. — А мог бы и правда сделать вид, что девица, физиономия осталась бы целее, — он с готовностью засучивал рукава. Не зря же занимался когда-то боксом.       Драка удалась на славу, жаль только, что не на славу нашей бравой четвёрки. Сказывалось как численное преимущество противников, так и то, что хотя бы какими-то навыками ведения боя обладал и вовсе один только Фредди. Поражение было неминуемо, но только гордый барабанщик не был готов согласиться на ничью. Во-первых, на их стороне была справедливость. Во-вторых, его оскорбили. В третьих… Да, всё-таки было что-то приятное в том, чтобы настучать по чьим-то нахальным рожам, хотя совсем неприятно было получать в ответ… Уж лучше барабанить!       — Полиииицииияяяя! Полииицииияяяя! — пронзительно заверещал откуда-то старушечий голос. Бдительная жительница одного из близлежащих домов не могла не вмешаться в ситуацию и, выглянув из окна, показательно звала на помощь стражей порядка. Хулиганы здесь были не редкими гостями, но они как правило резво разбегались врассыпную, стоило только хотя бы шёпотом намекнуть на скорое появление полицейских.       Вот и сейчас моряки сначала замерли, кто как был, в намерениях нанести очередной удар, потом переглянулись, а уже через мгновение — их спины удалялись в темноту улиц.       — И что это такое было, дорогуша? — Фредди вытирал из-под носа кровь и, тяжело дыша, но всё-таки с ухмылкой поглядывал на Роджера. — Чёрный пояс, по дзюдо! Надеру вам задницы! — передразнил он товарища. Тот лишь насуплено показал ему в ответ неприличный жест и сплюнул на асфальт у себя под ногами кровавую слюну.       — Ну да, пропуск в библиотеку — он ага, даёт такое право, — хмыкнул Джон. Он успел в какой-то момент утащить у Тэйлора карточку, которой тот так героически размахивал перед лицами моряков, и теперь с интересом изучал её под тусклым светом фонаря.       Услышав это, Брайан и Фредди дружно рассмеялись, что заставило Роджера насупиться ещё сильнее.       — Ха-ха! — обиженно буркнул он. — Я хотя бы что-то попытался сделать!       — Очень тебя прошу, не надо больше так делать, — всё ещё смеясь, покачал головой Брайан.       — Полиииицииия! — вновь раздалось в ночном прохладном воздухе. Старушке было всё равно, кто был прав, а кто виноват. Наблюдать под своими окнами всяких шалопаев ей совершенно не нравилось.       — Пойдёмте-ка отсюда, пока она правда их не вызвала, — разумно предложил Джон.       И музыканты, потирая ушибленные места, двинулись прочь.       — Ну вот мы и пришли, — спустя несколько минут, встав перед вывеской над входом в какой-то паб, провозгласил Дикон. Как будто и не было на их пути никаких приключений.       — Ага, ну чудесно, дорогуша, — фыркнул Фредди. — Лучше поздно, чем никогда…       — Well show me the way to the next little girl… — глаза Роджера засверкали и он с воодушевлением затянул продолжение песни…