Они заключили пари

Эта глава не относится к основному повествованию. Просто небольшое, ни к чему не относящееся лирическое отступление с теми же главными героями, написанное под воздействием новогодней ночи. Я брела по пустынным улицам небольшого городка. Хлопья белого пушистого снега кружились в воздухе по известной только им траектории и падали на землю, на голые ветви деревьев, на крыши домов и машин. Снег слегка искрился в свете неярких фонарей и неоновых вывесок, что вкупе с тусклым светом одинокого месяца давало улице призрачную иллюзию сказки. Ветра не было. Я сняла капюшон куртки, подставив лицо под неровный хоровод снежинок. Они падали и падали, оставаясь на моем лице лишь маленькими капельками. Так я и бродила, задрав к небу лицо, ловя снежинки и думая о том, что ещё одно Рождество я проведу в гордом одиночестве. Дин и Сэм сейчас на охоте. Скорее всего они даже забыли о празднике. Да и не семья они мне. Точнее, за все время они стали мне как два старших брата. Но я со своими постоянными выходками, побегами, запоями и вечными проблемами не гожусь на роль их младшей непутевой сестры. Спокойную тишину вечера и грустный ход моих непостоянных мыслей нарушил громкий беззаботный смех. Из-за угла дома выбежала девчушка лет шести, а за ней, судя по всему, шла её мама. Их лица светились от счастья. Девочка подбрасывала вверх снег и заворожено смотрела на падающие снежинки, говорила своей маме о том, как прекрасна зима. А женщина лишь улыбалась, глядя на свою дочь. Они прошли, даже не заметив меня. А я так и стояла посреди улицы, вспоминая, как сама так же бегала в канун Рождества, валялась в снегу, а моя мама… Моя мама так же стояла и улыбалась. Мы доходили до маленького магазинчика, где продавались мои любимые конфеты. Мама говорила мне: - Кэтти, я зайду в магазин и куплю конфет. Постой здесь, и не вздумай опять валятся в снегу, а то заболеешь! Серьезный голос разбавляла добрая, такая знакомая улыбка. Мама заходила в магазин, а я сразу же падала в снег и делала снежных ангелов. Мама выходила из магазина, видела меня, лежащую в сугробе, но разве могла она кричать, глядя на мою счастливую мордашку?.. Без сил я опустилась на ближайшую скамейку. Я топчу эту землю больше четверти века, но что у меня есть? Правда? А нужна ли она? Так. Хватит! Я опять прибегаю к риторическим вопросам, спускаясь все глубже в пучину отчаяния. Мне это надоело. Я резко встала, доставая из кармана наушники. Ну что за невезенье?! Опять распутывать их… Но через несколько минут я уже наслаждалась любимой рождественской музыкой. The moon and stars Seem awful cold and bright Let's hope the snow will Make this Christmas right My friend the world will share This special night Because it's Christmas Yes it's Christmas Thank God it's Christmas For one night Thank God it's Christmas Yeah thank God it's Christmas Thank God it's Christmas Can it be Christmas Let it be Christmas every day Я шла, что называется – куда глаза глядят, но вот впереди замигала вывеска мотеля. Здравый смысл подсказывал мне, что встречать Рождество на улице не самая лучшая затея, как бы красиво там не было. Я зашла в довольно-таки миленький холл и сразу обратила внимание на запах индейки и шоколадного пудинга. Но сначала надо снять номер. За стойкой ресепшн стояла девушка лет 25. - Добрый день, Элизабет, - улыбнулась я, кинув взгляд на её бейдж. – Мне нужен одноместный номер на… 2 ночи. - Простите, мисс, но свободных номеров нет. - Что? – от неожиданности я даже поперхнулась. Вот тебе и Рождество! - Не хочу показаться бестактной, но может… кхм… вы разделите номер с кем-нибудь? – Девушка залилась румянцем. Не смотря на всю глупость, неловкость я улыбнулась. - Действительно, может вы разделите номер, скажем.. с нами? Я обернулась, и мой взгляд уткнулся в грудь того, кого я совершенно не ожидала увидеть. - Дин?! - Ведь это Рождество, Кэтти! Я засмеялась. Элизабет стояла за стойкой и тоже тихо посмеивалась. Из зала кафе вышел Сэм, неся в руках такую аппетитную индейку, каштаны и конечно же пудинг! Винчестер старший приобнял меня за талию, мы втроём поднялись на третий этаж, подошли к нужной двери. - Закрой глаза, - внезапно сказал Сэм, пока Дин ворочался с замком. Я, мягко говоря, удивлена. Ну ладно, на этот раз их взяла, я соглашусь с правилами. Наощупь я вошла в номер. - Открывай! Редко увидишь такие счастливые мордашки. Особенно на лицах охотников. Но хватит пялиться на них! Мне же не 15 лет! И я осмотрела комнату. Главным украшением комнаты служил ангел, украшавший ель. Да-да, самую настоящую ель! Окно было обвешено гирляндами, на столе стояли бокалы с вином. - Кас открыл нам твоё месторасположение. Мы решили сделать сюрприз. Это все для меня? - Дин.. Это.. У меня просто нет слов. Я крепко обняла братьев и Каса. - Ребят, это лучшее Рождество! Проснулась я раньше всех. Парни ещё спали, я решила прогуляться. Что может бодрить лучше, чем Рождественское утро! Я взяла наушники. На пальце красовалось кольцо, подаренное Дином. Солнце ярко светило, улицы были пусты. Я шла, разбрасывая снег, пытаясь устоять на льду. И вот даже с кучей ласточек и пируэтов сила притяжения переборола меня и я начала стремительно падать. Не знаю, что бы со мной, если бы меня не подхватили. - Лапуля, надо быть осторожней. Наглое лицо Кроули нависло надо мной. - Привет, Кроулюшечка. С Рождеством! – Я чмокнула его в щеку. А он даже не удивился. - У меня для тебя подарок. - Да? Какой? Даже не спрашивая, мы переместились на какую-то большую улицу. - Где мы? Вечерняя улица, люди куда-то спешат, везде сверкают вывески.. Как ни странно, мне здесь нравится. - Мы на Арбате, в Москве. Москва? Ох уж эти демоны, да и ангелы.. С их постоянными телепортациями! Но, с другой стороны, от этого есть польза. Мы зашли в ресторан. Играла тихая музыка, обстановка была очень привлекательной. - Ваш столик там, - сказал подошедший официант. - Ты заказал столик? Кроули, что с тобой произошло? С чего такая милость? Ответ поразил меня. - Я хотел сделать тебе приятно. Лапуля… Он хотел сделать мне приятно? Вот тебе и рождественская сказка! - Спасибо. Наверное, мой ответ поразил Короля Ада. По крайней мере, выглядел он таковым. Несколько секунд. Чертов демон! Я до сих пор не перестаю удивляться его самообладанию. Ужин был шикарным. Когда мы вышли из ресторана, людей на улице стало меньше. - Я хочу показать тебе ещё кое-что. Он снова взял меня за руку, и мы переместились на крышу высокого здания. Оттуда открывался чудесный вид на ночной город. Огни улиц, мириады зданий… Казалось, что чья-то неведомая сила разбросала кучи светлячков по земле. - Тут так красиво. - Я рад, что тебе понравилось. Вся спесь и наглость демона внезапно исчезли. Он стоял и смотрел мне прямо в глаза. - Кэтрин… - прошептал он, нежно притягивая меня ближе. Всё пало. Вместе с поцелуем начал рушится мой очередной выдуманный мир. Мир, где я счастлива. Но эти горячие губы, пьянящий запах виски. Я будто падаю в бездну и поднимаюсь в небеса. Приходит это ощущение… наполненности. И кажется, что больше ничего не надо. Лишь бы этот поцелуй продолжался вечно. Но, как известно, все хорошее когда-то заканчивается. Секунда, и я уже стояла около мотеля, щурясь от яркого света. - До встречи, лапуля. – Снова эта наглая ухмылка. Ну пусть он хоть немного удивиться! - До встречи, мой Король.. … … Он удивился! Не было мне суждено дойти до номера. - Извините, но у нас больше нет шоколада, - услышала я голос бедного официанта. Неизвестно, какая сила заставила меня зайти в кафе, но все же… - Гавриил? После этого дня я поверю в чудеса. - My cherry, какая встреча! Не ожидал тебя увидеть.. – По его смеющимся глазам я поняла, что это всё маленький спектакль. И, судя по всему, мне в этом спектакле отведена крупная роль. Ну что ж, я всегда хотела быть актрисой. - Ох, но ты-то что тут забыл? Великий, прекрасный архангел – в каком-то захолустном городишке, в дешевом кафе, где даже шоколада нет. Он рассмеялся. Господи, Кэтрин! Ты пялишься на этого пернатого! Вдруг он посерьезнел. - Я хотел сделать тебе подарок. Подарок? Это уже смешно. А может они сговорились? - И что же это за подарок? Пернатый потянул меня за руку, мы вышли из кафе. - Ну, я готова. На миг сиянье его крыльев ослепило меня, затем я перестала чувствовать землю под ногами. Воздуха не хватало, но архангел лишь сильнее стиснул мою руку. И вот, наконец, земля оказалась под моими ногами. От неожиданности я чуть не упал, Гавриил вовремя подхватил меня. - Твои полеты доведут меня, - буркнула я, пытаясь обрести равновесие. - Привет, милая… Я обернулась на голос. Это невозможно! Я начала задыхаться. Зубы стучали от холода, но я даже не обратила на это внимание. За все годы охоты у меня появилась неприязнь к призракам, но в этом случае… Это сон. Да, сон. Сон – это единственное разумное объяснение всему происходящему. Но теплая рука архангела утверждала об обратном. Во сне не может быть таких явных нежных прикосновений. - Мама?.. – сдавленным голосом спросила я. Да, ошибки быть не может. Это моя мама. - Кэтти, милая.. Ты такая красивая… Сзади раздался щелчок пальцев. Мама протянула руку ко мне. Её прикосновение было таким… знакомым. Как будто прошло не около 20 лет, а около 20 минут. Не в силах больше сдерживать весь напор чувств, я бросилась к ней на шею. Горячие слезы текли по моим щекам. - Мама, мамочка… - Милая, все хорошо. Мы долго сидели на беседке около моего любимого пруда. Мы сидели и разговаривали. Я рассказывала о своей жизни. Мы сидели, сидели… Уже вечерело. Рядом раздался тихий шелест крыльев. - Пора. Что? Как пора? Мама, глядя на моё недоумение, лишь улыбнулась. - Дорогая, все когда-то должно закончиться. Тебе ли это не знать? Я здесь, чтобы попрощаться с тобой. Я люблю тебя, милая. Лишних слов не надо. - Мамочка, я тоже люблю тебя. - Прощай, моя милая. Я не плакала. Я уже смирилась. Но теперь у меня есть возможность попрощаться с ней. - Прощай, мамочка. Мы обняли друг друга. Последний раз. Мама просто исчезла. Я сидела и смотрела вперед. - Кэтрин?.. Я бросилась ему на шею. - Спасибо. Мы вышли на берег. And as we wind on down the road Our shadows taller than our soul. There walks a lady we all know Who shines white light and wants to show How everything still turns to gold. And if you listen very hard The tune will come to you at last. When all are one and one is all To be a rock and not to roll. And she's buying a stairway to heaven. Архангел крепко держал меня за руку. Мы шли вместе и думали о своем. - Ты улыбаешься, - полу утвердительно, полувопросительно сказал архангел. - Гавриил… Это было лучшее Рождество в моей жизни. Знаешь, о чём я мечтала все эти годы? Попрощаться с мамой. И ты знаешь, мне ведь не о чем плакать. Я уже свыклась с мыслью о её смерти. А теперь, когда я знаю, что её жизнь стала ЛУЧШЕ, я рада. Я рада за неё. И я сама счастлива. В кои то веки я перестала цепляться за прошлое, по кусочкам разбирая итак уже хрупкое сердце. Спасибо тебе, Гавриил. Спасибо за всё. - My cherry.. Ты заслужила это. И ты знаешь… У меня ещё один подарок. Что бы ни случилось, я буду с тобой. Помни это. А теперь закрой глаза. Что-то теплое коснулось моей руки. Гавриил аккуратно сжал мои пальцы в кулак. - Не открывай глаза. Мы отправляемся домой. Снова я перестала чувствовать землю под ногами, воздуха в легких катастрофически не хватало. Но нежные прикосновения архангела не давали мне повода для паники. И вот снова под ногами чувствуется твердая земля. - До встречи, my cherry, - шепнул мне Гавриил и нежно поцеловал в щеку. Раздался характерный шелест крыльев, и я открыла глаза. Ещё какое-то время я стояла у мотеля и смотрела на этот подарок. Приятное свечение мягко застилало глаза. Поцелуй Гейба до сих пор горел огнем на щеке, и только это позволяло мне не упасть прямо здесь. У меня на ладони лежало перо архангела. - Где ты была? – Дин встретил меня на выходе из отеля. – Мы уже хотели ехать без тебя. Я лишь кинулась к нему на шею. - Эй… Ты в порядке? - Дин, ах, Дин! Это лучшее Рождество! Ну что, теперь на охоту? - Я взяла свои небольшие пожитки и пошла к Импале, напевая то, от чего у Сэма уши бы завяли и отпали. Living easy, living free. Season ticket on a one-way ride, Asking nothing, leave me be Taking everything in my stride. Don't need reason, don't need rhyme, Ain't nothing I would rather do. Going down, party time - My friends are gonna be there too. I'm on the highway to hell!