До рассвета

На Хоббитон медленно опускалась ночь. Деревня, как обыкновенно бывало вечерами, затихла и мерно готовилась ко сну вместе с ее обитателями: пастухи гнали домой последних, недовольно мычащих коров, торговцы сворачивали свои палатки, раскидывая по корзинкам оставшийся товар, остальные мирные жители уже давно пили чай в своих уютных норках, причмокивая какой-нибудь баранкой. Все дома покорно приготовились встретить ночь. Все, кроме одного. - Фродо. Фродо! Послышался звон стекла и глухой шлепок об пол. Бильбо Бэггинс в один невероятный для хоббита прыжок преодолел расстояние от гостиной до кухни и подбросил на руках едва коснувшегося земли непоседливого племянника. Бильбо вертел его в руках, как игрушку, проверяя, цел ли малыш, а Фродо заливался смехом, думая, что дядя решил его покатать. - Фродо, сколько раз я тебе говорил: не нужно залезать выше, чем можешь достать руками! – Бильбо попытался изобразить строгое выражение лица, но его губы сами разъезжались в ответ на невинную улыбку племянника. – Ах ты, маленький негодник. Бильбо слегка подбросил Фродо вверх, и дом огласился звонким, визгливым смехом. Фродо восторженно пищал, и Бильбо подбрасывал его все выше и выше. Когда же Бэггинс позволил себе подкинуть племянника особенно высоко, из прихожей робко прозвенел дверной колокольчик. Бильбо на мгновение повернул голову к двери, но падающий прямо в руки Фродо не дал надолго задержать на ней взгляд. Хоббит поймал малыша и внимательно посмотрел на него; тот заговорщицки улыбался. Действительно, ведь лишь истинный Беггинс знает, что вечером в дверь могут стучаться только приключения. Ну или те, кто их приносят. Бильбо поудобнее перехватил племянника и подошел к двери. Одной рукой он тяжело вытащил из петли дверную задвижку и потянул дверь на себя, отступая назад, чтобы нежданный гость вышел на свет. По мере того, как лампадка выхватывала из темноты все больше деталей, сердце Бильбо билось все более часто. Наконец, свет мягко лег на спутанные волосы и суровое, испещренное мелкими шрамами лицо. - Торин? – едва слышным шепотом вырвалось у Бильбо. Если бы не племянник у него на руках, то хоббит бы тут же кинулся нежданному гостю на шею, но мистер Бэггинс застыл, не смея согнать наваждение. Торин грустно улыбнулся, немного помолчал и перевел взгляд на малыша. - Твой? - А… нет. Моей сестры. Она… - Бильбо глубоко вздохнул, глядя гному в глаза. – В общем, теперь мой. - Ясно, - слабо выговорил он. – Сколько ему? - Два. - Два. Такой маленький, а рад меня видеть даже больше, чем ты. - А… Что? Торин улыбнулся озадаченному выражению лица хоббита. Бэггинс бросил взгляд на племянника, улыбка которого была от уха до уха, и рассмеялся. - Фродо, иди, поиграй, - Бильбо мягко поставил его на пол. Несмелыми шагами Фродо направился в сторону гостиной, где недавно учинил погром, неспешно, словно чувствуя, что за ним наблюдают две пары глаз. Едва тот скрылся из прихожей, хоббит бросился на шею старому другу. - Торин! - Это я, дружище, это я, - Король Под Горой тепло и крепко прижал Бильбо к себе, тот, не зная, куда деть руки, цеплялся пальцами за отворот плаща, путался в волосах, гладил влажную от теплого пота шею. - Я думал, ты умер, - шептал он, пряча слезы в меховом воротнике. Торин сжал его так, что у хоббита перехватило дыхание. - Но ведь не умер же. Бильбо тихо рассмеялся, продолжая пальцами перебирать все, что попадалось под руки. Все по-прежнему было таким знакомым. - Торин, как ты… - Не нужно вопросов, Бильбо. Хоббит почти возмущенно оттолкнул от себя гнома, чтобы заглянуть ему в глаза. - Но я хочу знать! - Прошу, Бильбо, - Торин понизил голос и положил ладонь ему между шеей и плечом. – Я не должен об этом говорить. А ты не должен об этом спрашивать. Полурослик открыл рот и набрал в грудь воздуха, но глаза напротив оказались сильнее. Возмущение угасло, едва разгоревшись, было задавлено чем-то более ярким, волнующим, что заставило хоббита снова броситься гному на шею. Тот покорно сложил ладони на его спине. На этот раз Бильбо стоял спокойно, позволил себе прилипнуть к Королю Под Горой еще на минуту, но потом встрепенулся, словно резко что-то вспомнив, отстранился и заулыбался смущенно: - Чай! Торин, прошу, проходи, у нас как раз все готово! Он улыбнулся вежливо и грустно и тяжело прошел в дом. Бильбо, смешно семеня, умчался на кухню – конечно, ничего у него не было готово, он уже битый час пытался уложить Фродо в кровать, но для Торина все должно быть готово! Всегда должно. Дубощит неспешно шел через широкий коридор, прислушиваясь к звукам из кухни. Одно за другим блюдца глухо стучали о столешницу, звенели ложечки, упал на железный крюк над очагом котелок, и тут же где-то там зашипел Бильбо, ругаясь в полголоса, но стоило гному показаться в дверном проеме, как хоббит развернулся к нему и заулыбался, пряча руки за спиной. Торин осмотрелся: стола не было видно под всевозможными тарелками, которые, казалось, стоят на нем в два ряда, в камине огонь лизал чугунный котелок, на стенах горели лампадки, а у самого стола трогательно стояли друг напротив друга два стула. А посреди этого великолепия стоял Бильбо. Все тот же Бильбо. Полурослик словно довершал картину, был частью этого теплого, мягкого уюта, от которого глаза подозрительно начинали блестеть. - Присаживайся, - хоббит упал на один из стульев, приглашая присоединиться. Торин не стал упрямиться и последовал примеру хозяина. Они молчали. Бильбо, смущаясь, разглядывал стены, словно это он был в гостях. Торин же неотрывно смотрел на него, словно приклеившись глазами, наблюдал, как живо он двигается, как смешно морщит нос, потряхивая незаметно (так ему казалось) рукой. На мгновение удалось поймать его взгляд, но полурослик стянул губы улыбкой и вскочил с места, чтобы снять с огня котелок. Отвернулся, колдуя что-то над чашками, все звеня, звеня ими о блюдца, а Торин все равно глаз не сводил. Нет, и со спины он был точно такой же. Чашки звонко опустились на стол, чай в них был почти черного цвета и слегка дымился. Хоббит упал на стульчик и выжидающе смотрел на Короля Под Горой, и с каждой минутой его улыбка становилась все более натянутой и смущенной – гном не притронулся ни к чему из того, что стояло на столе. И разговора тоже не заводил. А Бильбо так не терпелось узнать обо всем, расспросить его о каждой минуте, что он был непростительно далеко! Но Торин молчал, и Бильбо боролся с собой, пытаясь молчать тоже, пытаясь быть вежливым хоббитом… - Как дела в Эреборе? – наконец не выдержал он и тут же прижал к губам чашку, пытаясь спрятаться за ней. Торин тут же изменился в лице, заставив сердце Бильбо екнуть. - Я не был в Эреборе. - Что? – чашка тут же опустилась на стол. – А где же ты был? - Бильбо, я же просил не задавать вопросов. - Но если я их не буду задавать, то мы так и будем молчать! – начал он медленно закипать. – Почему ты не можешь мне просто сказать, что происходит? - Я не могу об этом говорить! - Не можешь или не хочешь? - Не могу, - ответил Дубощит после красноречивой паузы. - Лжец. Как ты смеешь обманывать меня в моем собственном доме? - Я лишь хочу… - Вранье. Торин, я имею право знать правду! – Бильбо больше не мог сохранять сердитое выражение лица, брови жалобно ползли вверх. – Разве нет? Я ведь такой же участник похода. Разве я… не могу знать то, что знают остальные? Король Под Горой молчал. И когда Бэггинс уже пожалел, что осмелился дерзнуть, Торин вновь заговорил: - Остальные не знают. Никто не знает, - едва хоббит попытался вставить слово, Дубощит резко прервал его. - Не перебивай меня, дай мне закончить. Ты хотел, чтобы я говорил, так теперь слушай. Бильбо. Да, ты был прав, я не умер. Но я и не жив. Бильбо задал вопрос одними губами, не осмеливаясь перечить Королю. - Я понимаю твое смятение. Я нахожусь в нем с той самой минуты, как понял, что все еще нахожусь на этой земле. Я не понимаю, как это вообще возможно. Единственное, что я знаю, так это то, что с первым лучом солнца я исчезну. Словно и не было меня, как и должно быть. Но у меня есть время, и я хотел использовать его с умом. Хоббит смотрел на него во все глаза и жалобно разевал рот, силясь что-то сказать, но каждый раз находил причину этого не делать. Но все-таки вырвалось: - Это абсурд! - Спасибо, я знаю. - Да как… как такое вообще возможно?! - Ты хочешь спросить меня об этом, Бильбо Бэггинс? – Торин повысил тон, властно сводя брови. – Я уже рассказал тебе все, что знаю, почему ты продолжаешь задавать вопросы? Бильбо затравленно вздохнул. - Но ты ведь жив, Торин… - Жив?! – от гномова окрика, казалось, зазвенели ложечки на блюдцах. – Ты лично видел мои похороны! Ты видел, как меня закопали в землю! Хоббит опустил голову, стрельнув глазами в его сторону. - Не видел. Я уехал на следующий же день, лишь бы этого не видеть. Торин как-то странно посмотрел на него, и Бильбо опустил голову еще ниже так, что теперь не мог видеть ничего, кроме стола и рук гнома, лежащих на нем. Несмело, стыдливо не поднимая головы, он дотронулся до грубой кисти. - Но я ведь чувствую тебя. И ты теплый. - Первый же луч солнца, упавший на эту руку, обратит ее в туман. Я призрак, у которого чертовски мало времени. - И ты решил потратить его на меня? Хоббит смело выдержал взгляд Короля Под Горой, но тот так ничего и не ответил. - Почему ты не пошел в Эребор? И снова молчание. Торин тяжело смотрел на Бильбо. - Эребору нужен король. А не бродяга, у которого времени есть лишь ночь, и это не время, чтобы править. Хоббит снова опустил взгляд на свою ладонь поверх руки гнома, не смея признаться себе, что начинает понимать. - А для чего это время? – спросил он шепотом. Дубощит коротко взглянул на него и поднялся из-за стола, высвобождая ладонь. - Извини, Бильбо, я не должен был тебя беспокоить, - Торин развернулся, направляясь прочь из кухни, и Бильбо поспешно вскочил, едва не опрокинув стул. - Стой! Торин, стой! Полурослик нагнал его в проходе и мертвой хваткой вцепился в накидку на его спине. Он знал, что даже пять таких, как он, не смогут удержать гнома, но хватка была столь сильна, сколь велико было его отчаянье. - Подожди. Подожди. Не уходи. Я не хотел обидеть тебя, никак не хотел. Прости, что спрашиваю тебя, прости, что сомневаюсь в твоих словах, для меня это странно, но дай мне время, дай хотя бы пару минут, и я привыкну, я приму это, только, пожалуйста, не уходи. Ведь ты пришел сюда, Торин, пришел ко мне! Зачем тебе уходить… И Бильбо знал, что удержать его может лишь словами, и потому тараторил, уже почти не думая, какие из его мыслей Торину следует знать. Он говорил и говорил, пока хватало дыхания, а потом наконец-то замолчал, понимая, что начинает задыхаться от слишком длинных речей и нахлынувших чувств. Дубощит мрачно молчал все это время и нарушил наступившую тишину лишь для того, чтобы сказать: - Отпусти меня, Взломщик. У Бильбо свело зубы от этого сухого тона, но было бы глупо продолжать висеть на гноме – и он отпустил его. Дубощит сделал шаг и медленно развернулся; Бильбо не хотел, но на его лице невольно проступило это глупое выражение надежды. В следующую секунду хоббита сгребли в охапку и обняли. - Я так боялся, что ты не поймешь. Не примешь. Бильбо не мог ответить – слишком сильно его вжали лицом в рубаху, и потому особенно крепко обнял Торина в ответ. - Так ты останешься? – спросил он, когда хватка ослабла. Лицо гнома тут же смягчилось. - Если пожелаешь. Бильбо улыбнулся и в ту же секунду смущенно завертелся на месте, жестами показывая в сторону гостиной: - Тогда, может, присядем? В гостиной у мистера Бэггинса находилось множество самых причудливых соф, но все они были по-хоббичьи миниатюрными, и потому Бильбо стеснительно предложил гостю одну из них, а сам присел на другую, уважая личное пространство короля. Он понимал, что говорить придется в основном ему, потому как совершенно понимал нежелание Торина отвечать на вопросы – это заставляло хоббита скромно сжимать вместе колени, он не был великим оратором. Но после первой одобрительной улыбки гнома Бильбо осмелел, рассказывая все и обо всем, вплоть до самой мелочи, каждый раз жадно ожидая реакции: кивка, улыбки и, может, даже смеха. Смех Дубощита не был заразительным или раскатистым, он был похож скорее на смех умирающего: беззвучный, состоящий лишь из коротких выдохов, - но для Бильбо он был личной победой, а чувствовал он себя при этом так, словно рассмешил весь Хоббитон. И полурослик говорил, и до того подробно, что Дубощит был в курсе абсолютно всего – словно он все это время был рядом. И вот, когда Бильбо завершал свой очередной рассказ, он, улыбаясь, снова, как и сотню раз до этого, обратился к Торину и внезапно натолкнулся на пристальный взгляд гнома. Он был почти ласковым, и Бильбо не смел отвести глаз, краем сознания понимая, что таким взглядом Дубощит смотрит на него уже достаточно долго. Это отчего-то заставляло сердце биться чаще. Бильбо сбился с мысли и, в поисках помощи обводя глазами комнату, неожиданно наткнулся взглядом на маленького хоббита в дверном проеме. - А ты почему еще не спишь? Быстро в кровать! – Бильбо резко поднялся, заставив испуганного Фродо убежать в спальню, и обернулся к Торину. – Я только уложу его. Тот кивнул, и Бэггинс-старший поспешил вслед за племянником. Дубощит еще некоторое время смотрел в пустой коридор, и чем дольше он смотрел, тем больше сползала нежность с его лица, обнажая какое-то тревожное выражение. Торин тяжело вздохнул и потер переносицу, уткнувшись головой в ладонь. Он послушно ждал полурослика, лишь изредка меняя позы на софе, но когда минуты ожидания перевалили за второй десяток, Король Под Горой не выдержал и направился вглубь дома. Почти сразу он свернул в спальню: сначала в глаза бросилась софа с кем-то крошечным на ней, накрытым белой простыней, а уже после – хоббит, сидевший на полу и прислонившийся спиной к стене. - Извини, я не был уверен, что он спит, - прошептал Бильбо опускающемуся рядом Торину. - Мы можем просто побыть здесь. - Я не уверен, что наш шепот его не разбудит. - Тогда мы можем просто помолчать, - ответил после недолгой паузы король. Бильбо благодарно улыбнулся ему и уже был готов действительно замолчать, но понял, что не может не задать один вопрос: - Ты останешься до самого рассвета? - Если тебя не утомит мое молчание. Бильбо на секунду замялся, борясь со смущением. - Я рад, что ты просто пришел. И я ценю каждую минуту, говорим мы или молчим. Торин на мгновение поймал его взгляд и расстегнул пряжку плаща, отбрасывая его куда-то в сторону. - Тогда, кажется, я здесь надолго. Бильбо тут же выдохнул. Так началась ночь. Поначалу молчание действительно казалось неловким, но со временем хоббит осмелел и начал украдкой разглядывать гнома – ведь так близко он не видел короля уже очень давно и никогда так долго. Бэггинс поймал себя на мысли, что пытается запомнить каждую мелочь, потом образ в целом. Он понял, что скучал по нему, и что будет скучать, и справиться с этим ему могут помочь только эти несколько жалких часов. И Бильбо пообещал себе наслаждаться каждой минутой. Обещание действительно помогло, полурослик расслабленно смотрел на короля из-под ресниц, не замечая, как его клонит в сон, и лишь иногда встречаясь с ним глазами. Короля Под Горой же этот взгляд каждый раз прошибал разрядом. Наконец, Бильбо уснул, уронив голову на грудь, и Торин задумчиво оглядел его лицо. Он не наслаждался видом, как могло показаться – просто собирался с мыслями. И решиться ему было очень непросто. Гном неотрывно смотрел на своего хоббита, и все его внутреннее волнение выдавали лишь нахмуренные брови. В конце концов Торин глубоко вдохнул, одним пальцем поддел кудряшку на его голове и поднялся с пола. Внезапно что-то упало за его спиной. Торин обернулся: Фродо в одной ночной рубашке стыдливо отступил от повалившейся корзинки с фруктами, стоявшей около софы. Дубощит безмолвно прижал палец к губам и, подхватив плащ, вышел из комнаты. Фродо с мгновение потупился и несмело подошел к спящему Бильбо. - Бибо! – юный хоббит требовательно подергал его за рукав. Бэггинс нехотя открыл глаза. – Там! Сонно он посмотрел в направлении, на которое указывал маленький пальчик. В следующую секунду он, все поняв, подскочил и вылетел в коридор. - Торин! Король Под Горой уже стоял в дверном проеме, но все же обернулся. Хоббит явно сердился, но в глазах его предательски блестели слезы. - Обманщик! Ты сказал, что уйдешь с рассветом! - Я подумал, что так нам обоим будет легче, Бильбо. - Нет, ты подумал, что так будет легче тебе! – Бэггинс решительно зашагал к двери. – После стольких лет, Торин! - Бильбо… - Да хоть тысячу раз меня позови, все равно ты обманщик! С этими словами Бильбо бросился на Торина, в надежде повалить его и не дать уйти. Вряд ли ему бы это удалось, если бы Торин, отступая, не запнулся о высокий порожек. Тяжело повалившись на траву, он почувствовал, как слегка потемнело в глазах. Когда темнота рассеялась, Дубощит увидел прямо перед своим лицом лицо хоббита: нахмуренное, суровое, но брови его дрожали; Бильбо часто-часто дышал. Бэггинс неприлично низко склонился над его головой и дышал ему прямо в губы, пытаясь всем телом придавить того к земле. Конечно, Торин при одном желании мог легко оторвать хоббита от себя и встать, но они так и продолжали лежать – наполовину во мраке дома, наполовину под светом звезд. - Так и будем лежать? - Да! – зло выкрикнул Бильбо. - Я же обманул тебя, почему ты не хочешь, чтобы я ушел? - Ты не только обманщик, но еще и дурак! – последние слова Бильбо почти проглотил, горло ему сдавили слезы. Грубым пальцем Торин провел по его щеке, стирая крупную каплю. - Не плачь, Бильбо. Ребенок смотрит. Бэггинс тут же поднялся на руках, обернувшись – Фродо смущенно топтался в коридоре, не решаясь подойти к дяде. Бильбо перекинул взгляд на Торина, потом снова взглянул на племянника и в бессилии уткнулся в меховую накидку Короля Под Горой. Он знал, что если сейчас поднимется, то больше никогда не увидит предводителя гномов. Торин положил ладонь на беззвучно подрагивающие плечи. - Иди к нему, Бильбо, – хоббит лишь крепче вцепился в отвороты плаща. – Я останусь, только иди. Бэггинс медленно отпустил его. Понимая, что глупо упрямиться, – врал Торин или нет – он медленно встал и, утирая слезы, с улыбкой подошел к племяннику и подхватил его на руки. Он старался не думать о том, что сейчас делает Торин, – может, он уже давно закрыл за собой дверь и ушел вниз по холму – просто как можно беззаботнее улыбался Фродо. - Ты все, что у меня есть, малыш, - тихо прошептал он, то ли ему, то ли самому себе. Уложив племянника на софу, Бильбо все с той же улыбкой принялся накрывать его простынкой, но Фродо обеспокоенно провел рукой по его мокрой щеке. - Все хорошо, Фродо. Засыпай. Бэггинс-младший послушно опустил голову на подушку, не отрывая от его лица внимательного взгляда, и только когда Бильбо дрожащей рукой зарылся в его кудри, закрыл глаза. Бильбо перебирал мягкие пряди, стараясь не прислушиваться к тишине вокруг. Минуту, две, три. Дом нарушало лишь тихое сопение Фродо. Когда же и его дыхание стало размеренным и едва слышным, Бильбо осторожно поднялся на ватных ногах. Обернувшись, он едва не упал от неожиданности, но сильные руки подхватили его. Бильбо казалось, что теперь его сердце слышно по всему дому. - Я думал, ты ушел. - Но ведь не ушел же. Бильбо вновь крепко обнял его, настолько крепко, насколько мог, словно пытаясь врасти в его плащ, чтобы больше никогда его не терять. Он почувствовал, как тяжелые ладони опустились на его плечи, слегка поглаживая. - Я твой до рассвета, Бильбо, но потом мне действительно придется уйти. - Каждую секунду. - Что? Бэггинс поднял глаза. - Каждую… секунду мой. Обманщик. - Каждую секунду, Господин Взломщик. *** Остаток ночи они провели в молчании, каждый просто наслаждался вновь обретенным товарищем. Бильбо упрямо боролся со сном, но слишком уютным был жар гномьего тела рядом, и он то и дело проваливался в дремоту, вновь просыпаясь и судорожно сжимая кулак, с облегчением находя в нем подол чужой рубашки. Но в следующий раз Бильбо уже разбудил солнечный луч, скользнувший по лицу из незапертой двери. Сжав пустоту в пальцах, хоббит встрепенулся и выскочил за порог дома, надеясь увидеть, почувствовать что-то. Но за дверью был лишь пробуждающийся ото сна Хоббитон с его ласкаемой солнцем долиной. Бильбо в бессилии опустился на колени и спрятал в ладонях лицо, не имея желания смотреть на этот слишком жизнерадостный мир. Полурослик был так поглощен своим горем, что не заметил, как вместе с деревушкой проснулся и его юный племянник. Маленькими ножками он прошлепал по еще мокрой траве к дяде и неловко прилип к нему в объятии. - Патешь? - Я не плачу, малыш, - Бильбо улыбнулся и шмыгнул носом. – Просто скучаю по старому другу. - Он венётся. - Нет, Фродо, он не вернется. Солнце прогнало его, - сказал Бильбо, беря племянника на руки и разворачиваясь к дому. Фродо задумчиво посмотрел на оранжевый горизонт. - А кода сонце удёт, венётся? - Нет… - Бильбо замер, прислушавшись к его болтовне. – Погоди, что ты сказал? Но Бэггинс-младший не пожелал повторять своих мыслей и задумчиво уткнулся щекой в дядино плечо. Хоббит развернулся лицом к рассвету, размышляя и не веря своим мыслям. Но они были столь заманчивы, что Бильбо усмехнулся им – и вошел в дом. Про себя он так и не согласился с ними, но было очевидно: сегодняшний день он проведет в ожидании до самого заката.