Моя Прекрасная Мертвая Возлюбленная

Луч утреннего солнца прокрался по подушке, и запутался в каштановых волосах девушки, как будто играя. Она не просыпалась. Войдя в комнату, я поставил на небольшой столик возле кровати поднос с завтраком. Кофе с бисквитами и омлет. — Проснись, любовь моя, — я поцеловал Эмили в щеку. Она вздохнула, потянулась и открыла глаза. — Доброе утро, — на ее губах играла улыбка. — О, ты до сих пор помнишь, чем я любила завтракать! — удивилась она, глядя на поднос. — Сегодня важный день. Набирайся сил. — Так непривычно вновь чувствовать голод… Мы конечно ели в подземном мире блюда поварихи, это было вкусно, но… Еда не давала насыщения. Ешь ты или нет разницы не было. — Эмили сделала глоток кофе. — Тебе нравится быть живой? — Я… Не знаю… — она задумчиво смотрела в чашку. Когда завтрак был окончен, я ненадолго оставил любимую, чтобы дать ей возможность переодеться. Предварительно позвав тетушку Эллин помочь с корсетом. В этот раз на Эмили было простое изумрудно-зеленое платье в пол. Она едва не заплакала, увидев за окном дождь. Запачкать наряд ей не хотелось. Тетя одолжила нам свою карету. Сама она ее почти не использовала, предпочитая передвигаться пешком. Великолепная бархатная карета, запряженная белоснежной лошадью… — Твои родители решат, что ты взял в жены ту, чей титул не меньше принцессы… — прошептала Эмили. — Для меня ты и есть принцесса, — я улыбнулся и помог ей забраться в карету. Доехали мы на удивление быстро, несмотря на весьма скользкие после дождя мостовые. Вот и родительский дом. Мы постучали. Ответа не последовало. Лишь на третий раз отворилась дверь, и на пороге появилась как всегда недовольная маман. Однако, без лишних слов впустила нас в дом. Полагаю, что все расспросы должны будут начаться именно там. Мы присели на тафту. Некоторое время напряженно молчали. Наконец маман спросила недовольным тоном: — Это и есть та самая девица, ради которой ты отказался от столь прибыльного брака с мисс Эверглот?.. Ты просто олух, Виктор! — Хватит, матушка! — оборвал ее я. — Мы пришли не за этим. Я здесь потому что посчитал, что будет по меньшей мере невежливо уехать, не представив вам мою дорогую невесту. Маман, это… — Кейтлин Джонс, — перебила меня Эмили. — Я очень рада знакомству с вами. Маман молчала, разглядывая мнимую Кэйтлин так, словно та была диковинкой. Наконец она заговорила: — Вы мне кого-то напоминаете… Ах, да! Юную леди Эмили Кэррингтон, подружку нашего олуха! — Я ее сестра-близнец, миссис Ван Дорт — легко солгала Эмили. — Сестра-Близнец? — удивилась мама. — Леди Эмили никогда не говорила о сестре! — Я с самого рождения жила у тетушки в Уинстоне. — Пояснила та. — Тетя Джейн забрала меня к себе, считая что нашему отцу будет трудно справиться с двумя дочками… Как жаль что я практически никогда не видела сестру… При этом у нее на лице была такая неподдельная грусть, что если бы я не знал истинного положения дел, то обязательно поверил бы в ее слова. Тут дверь в гостиную скрипнула и вошел отец. Маман уже сама представила ему гостью и рассказала ее историю. Проведя в гостях еще немного времени, и выпив из вежливости чашку чая с вишневым бисквитом, собрались домой под предлогом долгой дороги. Все прошло довольно хорошо. — Вы оказывается виртуозная актриса, леди Джонс — смеялся я, откинувшись на бархатные подушки кареты, — лучше не придумаешь. — Леди Кэррингтон, — поправила она меня. — Кейтлин я только для твоих родителей… — она улыбнулась и вздохнула. — Я хочу домой, Виктор… Мне в тягость мир живых теперь, хотя прошло всего два года, но я уже отвыкла… — Я понимаю, любимая. — Я накрыл ее ладони своими. — Потерпи. Уже скоро.