Сожительство

Как только наши матери покинули квартиру, мы остались совсем вдвоем. В звенящей тишине я слышал только стук собственного сердца. Боясь посмотреть на Каччана, я медленно отходил в противоположную от него сторону. - Слушай сюда, - внезапно сказал он, ткнул в меня пальцем, заставив меня вздрогнуть и посмотреть в его полные ярости и презрения глаза, - я вообще не понимаю, как так вышло, что я должен жить с тобой в одном доме, но если ты хоть раз попадешься мне на глаза – убью. Он развернулся и, поднявшись по лестнице, ушел в свою комнату, хлопнув дверью, после чего я, наконец, смог выдохнуть. В принципе, могло быть и хуже. Он мог бы применить на практике одну из моих теорий по поводу его ко мне отношения или придумать свою... Глубоко вздохнув, радуясь собственной удаче, я поспешил забрать свой футон, который остался где-то на втором этаже - Каччан кинул его на пол, как только его мама отвернулась.Так как соваться в комнату Каччана было равносильно самоубийству, я, вместе со своим спальным местом, направился в гостиную.

***

- Каччан, почему ты меня не разбудил?! - Я тебе что, будильник?! Первое утро нашей совместной жизни началось именно так. Несмотря на то, что лег я чуть ли не в 10 вечера, заснуть мне удалось далеко не сразу из-за незнакомой обстановки, непривычного футона и прочих бытовых мелочей. Из-за этого я сейчас и пытаюсь как можно скорее натянуть штаны под грозные комментарии из коридора - Каччан уже давно был готов и злился из-за того, что не может закрыть меня здесь. Утреннюю пробежку и завтрак я благополучно проспал. До станции нам пришлось бежать. А там, сказав мне только лишь «Глаза мои чтоб тебя больше не видели!!», Каччан зашел в вагон, а мне пришлось еще и бежать по платформе к другому, из-за чего я чуть не пропустил поезд. На обеде я случайно проговорился Урараке и Ииде, что временно живу вместе с Бакугоу, и, хотя я взял с них слова никому не рассказывать, об этом как-то прознал весь класс. И сейчас Каччан бежит сюда явно не для того, чтобы пожелать мне приятного аппетита. Судорожно прокручивая в голове все возможные варианты развития событий, я понял, что наилучший выход – бежать. - Простите, - крикнул я на бегу Урараке и Ииде, - мне пора! – и припустил со всех ног, лавируя между столами и учениками. Зная о его отношении ко мне, нетрудно догадаться, какую реакцию вызовет у него новость о том, что все знают, что мы живем вместе. И я понимал, что он со мной сделает, если догонит. И почему я не слежу за тем, что говорю?! Каччан нагнал меня, когда я поднимался по лестнице, и ударом в спину заставил распластаться на лестничном пролете. Развернувшись, я посмотрел на его перекошенное злобой лицо, и сердце у меня ушло в пятки. - К-каччан, п-подожди, - заикаясь и отползая как можно дальше от него, пробормотал я, пытаясь достучаться до его затуманенного яростью разума, - я не с-специально! Я не хотел! Они пообещали молчать! Мы все время сидели вместе, они не могли никому рассказать! Нас мог кто-нибудь подслушать, хотя вокруг вроде никого не было… - Заткнись! – он грубо схватил меня за воротник и, приподняв, со всей силы впечатал в стену. Затылок пронзила боль, и я сжал зубы, сдерживая ее. - Твое бормотание меня бесит! Мне плевать, кто и что кому рассказал! Сейчас ты пойдешь и скажешь всем, что все не так, понял?! Я быстро закивал, после чего Каччан разжал кулак и я полетел на пол. Пока он не придумал чего похуже, чем стукнуть меня об стену, я поспешил ретироваться и побежал в класс, так как до звонка оставалась всего пара минут.

***

Закончилась эта история благополучно, если можно так выразиться. Друзьям я сказал, что пошутил, но по их лицам было видно, что они мне совсем не поверили. Но они, по сути, не виноваты в этой истории - ведь мы все время были вместе, и я не видел, чтоб они кому-нибудь что-либо говорили. После уроков я поспешил скорее покинуть школу, чтобы ненароком не столкнуться с Каччаном, и решил зайти в магазин купить себе что-нибудь на ужин. Готовить я не умел, так что ничего не оставалось, кроме как купить лапшу быстрого приготовления. Некоторое время придется питаться «неправильно»… Стоя в очереди, я пытался отыскать кошелек в рюкзаке, только вот выходило у меня это плохо… Неужели я оставил его дома?! Хотя, в той суматохе это было бы неудивительно… С каждой секундой поисков уверенности, что удастся заплатить за покупку, становилось все меньше, а денег со школьного обеда осталось слишком мало. - Что ты здесь делаешь?! Я вздрогнул. Такой грозный голос мог принадлежать только Каччану. Он стоял прямо за мной, и из пакета, который он держал в руках, торчали овощи. - А-а… Каччан, привет, ты тоже за покупками пришел? А я рамен хотел купить, я и тебе взял, только вот, кажется, я забыл кошелек дома и… - Заткнись! Свали отсюда, если денег нет. Я открыл было рот, но тут же захлопнул его обратно. Ничего не оставалось, кроме как пропустить его вперед. - Каччан, - перебирая пальцы, начал я, - не мог бы ты одолжить мне… - Нет, - грубо прервал он меня. - Но ужин… - Нет! И опять мне пришлось закрыть рот, так ничего и не сказав. Придется вернуться за раменом после того, как заберу кошелек из дома. Расплатившись за покупки, Каччан вышел из магазина, а я понуро поплелся за ним на некотором расстоянии. Судя по тому, что он купил, он собирался готовить сам. Я и не знал, что он умеет… Просить его готовить и на меня не было смысла - я в красках представлял его реакцию на мою просьбу, поэтому эту идею пришлось откинуть сразу. Дома я сразу прошел в гостиную, которую решил временно считать своей комнатой, и принялся за учебу, расположившись на диване. В магазин я решил сходить ближе к ужину, когда проголодаюсь. Спустя пару часов из кухни стали доноситься звуки, которые я уже неоднократно слышал во время готовки моей мамы. Я усердно подавлял желание пойти и посмотреть, как выглядит готовящий Каччан, - ведь за это мог и кастрюлей в лоб получить. Я не мог представить его за приготовлением еды, а когда в моей голове возникал его образ в фартуке и с поварешкой в руках, мне стоило больших усилий сдержать смех. Я встал с дивана и потянулся, собираясь все-таки купить себе ужин, так как мой желудок уже начинало потихоньку сводить. Проверив еще раз, что кошелек лежит в кармане, я направился в прихожую. Рот наполнился слюной, когда я проходил мимо кухни, уловив источаемые ею аппетитные запахи, и я ненароком заглянул за угол, посмотреть, что там делается. Каччан сидел за столом и уплетал свою порцию. Глядя на аппетитно дымящееся карри на столе, мой желудок сжался, и даже мысль о том, что скоро я буду есть рамен, совсем не радовала. Стоп, а почему здесь две тарелки? Неужели?.. - Каччан, а кому эта порция? Он посмотрел на меня, как будто я идиот. - Ты видишь здесь кого-то кроме нас?! Я не заставил себя просить второй раз и быстренько юркнул за стол, пока Каччан не передумал, и принялся уплетать приготовленную им еду. Кажется, поход в магазин отменяется. - Вкусно! – воскликнул я, проглотив первый кусок, - Каччан, ты… Его взгляд красноречивей слов заставил меня заткнуться. Я и не предполагал, что Каччан умеет готовить, тем более так вкусно! Ужин проходил в молчании: я пытался как можно скорее доесть, чтобы не нарваться на очередную грубость, а Каччан, думаю, просто хотел поскорее покинуть мое общество. После ужина мы разошлись по своим «комнатам» и больше не разговаривали. Думаю, нас обоих это устраивало.