The main inspirit

Ухён забежал в общежитие и сразу натолкнулся на Мёнсу, выходящего из ванной комнаты. - Приехали? Где Сонгю? - Он в больнице остался. Я вещи его возьму и обратно к нему, - на ходу объяснил Ухён. – У нас есть что перекусить? Я голодный, ужас просто. - Да, оставалось вроде бы что-то. - Ухён приехал? - раздался голос Сонёля из гостиной и топот ног. Через секунду в коридоре объявился парень с красными волосами. - О. Ты покрасился? – заметил Ухён. - Да. - Круто. - А где Сонгю? - В больнице. Я сейчас снова туда поеду. Собери, пожалуйста, какие-нибудь вещи Сонгю, я пока душ приму. - Что сказали врачи? – присоединился к остальным Дону. - Вроде ничего серьезного не нашли, но сегодня ему капельницу поставят. Завтра, возможно, уже вернемся. - Ты там останешься? – спросил Мёнсу. - Да. Приготовьте ему что-нибудь поесть тоже, хорошо? - Я сварю бульон, - вызвался Дону, сразу метнувшись на кухню. - Отлично. Все разбежались. Ухён быстро принял душ, переоделся. На кухне хозяйничал Дону, быстро что-то помешивая в кастрюле. Мёнсу сидел за столом, подогнув ноги под себя. - Мы пиццу ели, я разогрел тебе, - указал Мёнсу на тарелку напротив себя. Ухён кивнул и сразу сел за стол. - Как он там? – спросил Дону, обернувшись. - Нормально, держится вроде. Менеджер сильно злой, да? – быстро откусывая большой кусок пиццы, спросил Ухён. - Да. Он готов был убить тебя, но потом успокоился, - ответил Мёнсу. – Он был шокирован, когда ты из милой зайки в разъяренного мачо мэна халканулся, - хохотнул парень. - Я собрал одежду, - вбежал на кухню Сонёль. – Тут полотенце, пара рубашек, джинсы и его любимая леопардовая толстовка. - Мы не на месяц туда прописываемся, - с набитым ртом произнес Ухён. – Ладно, пойдет. Сам выберет, что надеть. Спасибо, Ёль. - Может, нам тоже поехать? – предложил Сонёль. - Не думаю, что даже мне там разрешат остаться, - запивая пиццу соком, произнес Ухён. - Но мой дядя там главврач! – напомнил Сонёль. - Спасибо, этим я и воспользуюсь, - хлопнул его по бедру Ухён. – Все, я побежал, а то он опять ворчать будет. Дону, у тебя готово? - Да-да. Почти. Минутку, я перелью это все, - суетился Дону возле плиты. Ухён подождал, когда ему всучат еще один пакет с едой. - Только не говори, что это я готовил, хорошо? Он не станет есть, - собирая контейнер, попросил Дону. – Я тут еще в термос чаю налил, зеленый, как он любит. Но тоже не говори, что это я. Ухён смотрел за суетливыми сборами Дону. Ему хотелось расспросить его, почему это Сонгю не будет есть приготовленное Дону, ведь раньше ел с удовольствием. Но времени на разговоры уже не было. Взяв пакеты и пообещав передать лидеру приветы, Ухён отправился обратно в клинику. Встречали его уже с подозрением. Время было позднее, часы посещение закончились, но Ухён, используя имя главврача, умудрился пробиться в палату Сонгю. Ким лежал на кровати, смотря в потолок. - Привет, заждался? Я принес тебе сменную одежду, - зашел Ухён в палату. - Хорошо, - Сонгю забрал пакет с вещами. – Вы меня решили прописать здесь? – недовольно спросил он, заглядывая в пакет. - Это Сонёль. Не знал, что ты захочешь надеть, - засмеялся Ухён. - Отвернись, - бросил Сонгю, достав из пакета длинную кофту и спортивные брюки. - Ты вдруг стеснительным таким стал? – хмыкнул Ухён, отворачиваясь к тумбочке со вторым пакетом. Сонгю ничего не ответил. Ухён выждал с минуту, слушая за спиной шорохи одежды. - Ты все? - Да. Носки мне положить не догадались? – смотря на свои босые ноги, спросил Сонгю. - Переживешь, - складывая сценическую одежду на стул, Ухён краем глаза смотрел на то, как Сонгю стал потирать шею. Он снова выглядел раздраженным. – Что такое? – повернулся к нему Ухён. - Ничего, - мрачно ответил Сонгю, закрывая ладонью шею. - Я уже видел, прекрати закрываться, - Ухён отвел руку друга, стараясь не сильно реагировать на вид красной полосы вокруг шеи. Настроение Сонгю явно не улучшалось. - Я принес тебе бульона, - не заостряя внимание на шее друга, Ухён подтянул к себе контейнер, приготовленный Дону. – Ты целый день ничего не ел. Попробуй, пахнет хорошо. Ухён всучил севшему на кровать другу суп и ложку. - А ты уходить не собираешься? - строго спросил Сонгю. Обычно такой его взгляд заставлял всех прислушаться и притихнуть, но у Ухёна давно уже был иммунитет на раздраженного лидера. - Нет. Я решил, что сегодня ночую тут. Мне просто интересно, куда ты сбежишь на ночь отсюда, - невинно Ухён напомнил о ночных похождениях лидера в гостиную. - Я никуда не сбегал! - Конечно-конечно. Кушай. - Ты так и будешь смотреть мне в рот? - А что тебе не нравится? Я сегодня забочусь о тебе, ношусь, как с ребенком, а ты все никак этого не оценишь, - шутливо произнес Ухён. – Давай, я покормлю тебя. Ухён отобрал суп. - Скажи «а», - улыбаясь, поднес он ко рту Сонгю ложку. Ухён не придавал этому значение, делая все в шутку, но наткнувшись на стальной, холодный взгляд Сонгю, почему-то почувствовал себя виноватым. - Уйди, - потребовал Сонгю. - Прости. Я пошутил, ты же знаешь, - попытался оправдаться Ухён. – Гю, прекрати так себя вести. Я хочу, как лучше. Поешь. - Я не хочу. - Тебе нужно поесть, - настойчиво продолжил Ухён. – Пару ложечек и я от тебя отстанут. Ну, пожалуйста, Сонгю, - театрально захныкал Ухён, начиная дурачиться. Сонгю смягчился от его кривляний. Это всегда его забавляло, чем Ухён и пользовался. - Только потом ты от меня отстанешь и поедешь домой, - предупредил Сонгю. - Хорошо, - согласился Ухён, возвращая суп. Сонгю странно смотрел в посудинку, зависая на несколько секунд, но потом все же взял ложку в рот. Поморщился, нервно сглотнул, будто ел червей. - Так ужасно? – удивился Ухён. – Ну-ка, дай попробовать. Ммм. Вкусно. И чего ты так кривишься? Вкусно же. Сонгю сделал над собой усилие и съел еще несколько ложек. - Все. Я не могу больше, - отодвинув от себя суп, Сонгю закрыл ладонью рот, словно его опять начало тошнить. Что-то подсказывало Ухёну, что дело тут совсем не в супе. - Опять тошнит? - Да. У этого супа ужасный привкус. Кто его готовил? - Мёнсу, - соврал Ухён. - Оно и заметно. Этот вообще ничего готовить не умеет. - Сонгю, - не обращая внимания на ворчание, Ухён решил действовать иначе. – Давай вместе поедим. Подвинься. - Зачем? – насторожено смотрел на него Сонгю. Это его настороженность была обидна. - Двигайся, - толкнув его в бок, Ухён забрался на кровать рядом, сел возле лидера. – Мёнсу обидится, если мы не съедим это. Он старался для тебя. А Мёнсу редко когда старается, так что мы обязаны это съесть. Сонгю с подозрением смотрел на него долгую минуту, пока Ухён с аппетитом пил бульон. Он начал рассказывать о своем походе в собачье кафе и как бы невзначай протянул ложку Сонгю. Тот на автомате съел, засмеявшись над шуткой Ухёна. Обрадовавшись, Нам продолжил пересказывать все смешные случаи, которые только вспомнил, попутно скармливая суп Сонгю. Эта была еще одна особенность Сонгю – он всегда слушал внимательно. И сейчас посиделки на больничной койке стараниями Нама стали напоминать их частые полуночные разговоры в общежитии, когда они выгребали из холодильника еду и хомячили ее втихую от остальных. Наверное, поэтому Сонгю расслабился и уже не морщился, когда ел. Скормив ему суп, Ухён незаметно, пока Сонгю не пришел в себя, достал еще один контейнер, в котором было кимчи. Сонгю и это съел, слушая заливания Ухёна о всяких пустяках. - Вот и все, - заявил Ухён, когда с едой было покончено. Он самодовольно улыбался, наблюдая за тем, как Сонгю с удивлением смотрит на пустые контейнеры. – А то как маленький, не буду, не хочу, - передразнил его Ухён, соскальзывая с кровати и убирая опустевшие тарелки обратно в пакет. Сонгю внезапно рассмеялся, громко и немного истерично, откидывая голову назад. Это был какой-то ненормальный смех. - Все хорошо, Сонгю, - тихо произнес Ухён, заползая обратно на кровать и прижимаясь к другу. Его пугало поведение лидера, и он не мог сделать ничего, кроме как согреть хёна своим теплом. – Все хорошо, - продолжая тихо шептать, Ухён заставил Сонгю лечь на подушки. - Поспи, хён. Завтра станет легче, обещаю. Страшный смех утих. Сонгю нервно выдохнул и отвернулся от него, лицом к стенке. Ухён порадовался уже тому, что ненормальная истерика улеглась. Осторожно подобравшись ближе, Ухён обнял парня, уткнувшись носом ему в лопатки и положив руку поперек живота Сонгю. Тот никак не отреагировал, поэтому Ухён прижался ближе. Он так хотел, чтобы Сонгю стало немного легче, но ничего не мог сделать. Только обнимать, убеждая и себя, и его, что завтра все изменится. Они лежали так очень долго, в полной тишине. Ухён начал засыпать, ему становилось спокойнее от того, что Сонгю сейчас с ним. Обнимать друга и засыпать с ним вместе, было так приятно, особенно после того, как Сонгю неделю бегал от него в гостиную. Ухён почти уже уснул, но, почувствовав, как Сонгю зашевелился, встрепенулся. Только глаза открывать не стал, притворившись спящим. Он боялся, что Сонгю сейчас снова сбежит, но лидер только перевернулся на другой бок, к нему лицом. С минуты две ничего не происходило, а затем пальцы Сонгю аккуратно убрали прядь волос с его лица. - Ухёни, - прошептал Сонгю, убирая руку. – Прости меня. Он немного помолчал, и все это время Ухён чувствовал его взгляд на себе. - Я благодарен тебе за то, что ты делаешь, но будет лучше, если ты прекратишь, - тихо продолжил Сонгю. – Ты не хочешь сейчас верить в это. Но нам обоим будет лучше на расстоянии. Ухён не хотел соглашаться, но делал вид, что спит и ничего не слышит. А Сонгю больше ничего не сказал, снова отвернулся к стене. Ухён придвинулся ближе и обнял еще крепче. Он был уверен в одном – он не отпустит Сонгю.