Я хочу домой

— Джо, конечно, я бы с удовольствием столкнул тебя с этой крыши, но, скажи мне, какого черта? Каспар устало опускается рядом с пьяным другом и подобно последнему свешивает ноги, с расширенными зрачками смотря на то, как пролетают машины на дороге и как прохожие, словно муравьи, ползут куда-то с угрюмыми лицами и кутаются в свои плащи. Небо играет дымчато-розовым цветом с переливами в аметистовый. Город, кажется, и не думает засыпать в преддверии ночи, пока половинчатая луна всё ярче загорается пронзительным медовым светом. — Мне захотелось тебя видеть. Голос Джо мурлыкающий, слегка хриплый от кашля, раздирающего горло весь день, и по-домашнему уютный. Каспару он кажется таким родным и отчего-то невыносимо грустным. Потому его брови сходятся на переносице, а испытующий взгляд аквамариновых глаз устремляется прямо на отрешенный профиль друга. — Что случилось, Джо? Вопрос режет ухо и остается проигнорированным мучительно долгим молчанием со стороны дрожащей от холода фигуры Сагга. Тишина прерывается лишь раздражающим лязганьем моторов и приглушенной шумом проезжающих мимо машин музыкой из соседнего кафе через дорогу. Каспар начинает нервно отбивать чечетку пальцами о коленку. Его всё так же напрягает, что Джо, пьяный и задумчивый, продолжает сидеть на самом краю крыши и молчать. — Блять, Джозеф Сагг, звонить мне в восемь часов вечера, вызывать в другой конец города, а потом сидеть, будто в рот набрал воды, хотя, в твоем случае — спирта, не выйдет. Красивый вид, все дела, но, твою мать, на такие случаи жизни девушки есть. Лицо Каспара выражает злость, смешанную с подсознательным волнением за друга. Оно остается в напряжение до того, как горячая ладонь Джо мягко сжимает чужие пальцы, а голова опускается на широкое плечо Ли. Дальше на нем застывает лишь выражение удивления. — Дж... — Каспи, заткнись ты хоть на минуту. Светлые брови взмывают вверх, но Сагг только усмехается, поднося к губам початую бутылку виски. От него пахнет перегаром, женскими духами и едва различимым ароматом карамели. Волосы неопрятно взъерошены, лезут в глаза и неприятно щекочут нос. Каспар отчаянно хочет стряхнуть с себя обмякшее тело, но его останавливает всё тот же скрипучий голос. — Мне холодно. Он выдыхает и притягивает Джо к себе, накидывая на плечи последнего свою кожанку и неприятно ежась от холода. Ему начинает казаться, что он стал главным героем какой-нибудь слезливой мелодрамы, и что прямо сейчас Сагг должен сказать таинственное «люблю» в никуда, а по ночному небу побежать титры под грустную песню с бессмысленным текстом, но приятным звучанием. Но вместо всего этого холодный воздух разрезает обжигающее дыхание, и тихая просьба срывается с посиневших губ. — Я хочу домой, Каспи.