Частицы

– А-а-а!!! Bagnate!!! Come può così cavallerescamente rompere amare?!!* – Влюбленным? Вы познакомились вчера в баре, – Альтаир фыркнул, в который раз его поражало вольнодумство здешних людей. – Вставай, Эцио, проводишь девушку, а после нам надо поговорить. Разбудив Аудиторе, археолог спустился на первый этаж, где располагалась кухня. Там его дожидались разогретые в духовке блины. Они, кстати, были приготовлены вчера вечером Эцио, и получились весьма божественны на вкус, просто восхитительны, как впрочем и все, что за время пребывания рядом с Аудиторе ел Альтаир. Эцио готовил невероятно хорошо. Открой он свой ресторан, он бы точно стал весьма популярным. – Ну вот скажи мне, зачем было так резко заходить? – укоризненно спросил банкир. – Можно же было просто постучать. Эцио зашел на кухню и, взяв из холодильника молоко, стал искать по полкам сухой завтрак. По непонятным Альтаиру причинам итальянец не мог плотно завтракать. Сам араб же предпочитал всегда по утрам есть хоть какое-то мясо, вот взять хотя бы те же блины, так как они ведь с мясной начинкой и очень сытные. – Я стучал, но вы не просыпались, – видя, что юный друг не справляется с поиском хлопьев, археолог кивком головы указал на окно. Сухой завтрак стоял как раз за занавеской на подоконнике, так просто и не заметить. – Так что стучать мне надоело и я вошел в комнату. – Что они там делают? – Я вчера вечером их ел. Эцио закатил глаза. Альтаир хмыкнул. Да, он кусоломничает по вечерам, и что? Кому это вообще мешает, подумаешь, забыл коробку на место поставить, с кем не бывает? Араб очень редко забывал что-то поставить на место. Эцио плюхнулся на стул напротив Альтаира. – Ну? И что ты хотел мне сказать? – Я нашел посыльного Родриго, сегодня вечером он прибывает в Рим и сразу же должен отправится из вокзала Термини в Ватикан и... – ...И мы должны перехватить посылку по дороге, я знаю. Ты значит всё это время искал его, что ли? – Нет, что ты, – саркастично ответил Ла-Ахад, недовольный тем, что его перебили. – Я всё это время в четвертый Uncharted рубился. – Так во сколько нам к вокзалу подъезжать? – Через пару часов, но сначала надо разведать обстановку. Под «разведать обстановку» Альтаир подразумевал пройтись от Ватикана до вокзала пешком и найти все темные углы, куда не ходят люди, и не видят камеры. На самом деле первые пару минут после обрисовки плана действий, когда они стояли у здания Сан-Лоренцо, подле Ватикана, Эцио даже думал, что у Ла-Ахада проснулось хоть какое-то чувство юмора. Однако – нет. – Ты смеёшься?!! Археолог спокойно смотрел на пораженного итальянца. – Как ты вообще это себе представляешь?!! Это же огромная территория, да от Ватикана до вокзала пешим ходом, никуда не сворачивая, 40 минут!!! Араб насмешливо вскинул брови. – По-твоему, это долго? – Нет, но... – небольшая подколка от друга помогла ему прояснить мысли. – Но у нас только 3 часа, и нас только двое, мы просто не сможем в одиночку прочесать всю эту местность за это время. Альтаир как-то загадочно улыбнулся. – Идём, на самом деле, всё куда проще, чем ты думаешь. Они отправились по примерному маршруту курьера. С чего Альтаир взял, что он пойдет именно так, Эцио не знал. Не знал он и того, что все эти дни Ла-Ахад не просто искал когда и где, но и кто доставит Частицу. После того, как он узнал имя, взломать базы данных правительственных тайных организаций не составило труда, и араб смог узнать всю подноготную Эмилио Ровелли. Его характер, привычки – всё это помогло археологу составить маршрут, по которому он пойдёт. Всё, что осталось, это пройтись по трём возможным дорогам и проверить темные места без камер. В эти переулки и надо будет заманить Эмилио. Нужно просто смотреть по сторонам. – Эй, Аль, мне кажется, то место весьма неплохое для засады. Ла-Ахад посмотрел в указанную банкиром сторону. Аудиторе имел в виду тихий маленький проулок, в него не смотрели камеры с офисов и магазинов, а с другой стороны выглядывали деревья, это место и вправду хорошее. За последние два с половиной часа они нашли уже шесть таких мест, и четыре из них обнаружил именно Аудиторе. За что и получил одобряющий взгляд археолога. – Думаю, нам пора на вокзал. Перед тем, как Эмилио Ровелли, нервно озираясь по сторонам, покинул вокзал, Альтаир себе всю пятую точку отсидел на деревянной балке, нет, он, конечно, очень долго мог сидеть в неудобной позе, но это чревато последствиями, типа покалывания в конечностях, нытьё костей и т.д. Благо тренированное тело быстро приходило в норму, и уже через пару минут он спокойно, сливаясь с толпой, следовал за курьером. Ровелли был с виду самым обычным приезжим, особенно сильно на это намекал громоздкий чемодан, и что более интересовало Эцио и Альтаира, в нем постоянно что-то звенело. И звенело как-то странно, певуче, а иногда арабу чудилось легкое свечение, исходящее из щели, где молния не была застёгнута до конца. Но стоило ему моргнуть, как свет пропадал. Эмилио решил пойти вторым путем, разработанным Альтаиром, это был самый длинный и запутанный вариант, а также на нем было целых три точки с укромными местами. Но так как Ровелли постоянно оглядывался, верно чуял слежку, однако не видел, им пришлось пропустить первое место. Но по мнению араба сквер, к которому они подходили, был несравненно удобнее, чем переулок между домами. Альтаир бросил взгляд на крышу, там, пригибаясь к козырьку, шел Эцио. Они решили, что так будет надёжнее, потому что людей, кроме археолога и посыльного, уже минут пять не наблюдалось, и последний стал заметно нервничать. Неожиданно посыльный обернулся и направил на Ла-Ахада пистолет. Альтаир замер, а Эцио стал потихоньку пробираться за спину Эмилио. – Чертовы ассассины, думали, я вас не замечу?!! – Э-э, спокойно, мужик! – археолог решил притвориться ничего не понимающим, тем более, что парень походу немного того. Как ещё объяснить этих ассасинов? – Ты что несёшь? Я к бабе своей иду. Эцио неслышно усмехнулся. Играть и врать Альтаир умел отменно (правда о-о-очень не любил), собственно, как и итальянец. И взглядом, и выражением лица, и позой Ла-Ахад показывал, что он тут не причём, он просто мимо, к своей девушке идет. Отвлекаемый спектаклем Эмилио не заметил, как сзади к нему подошел Эцио. – Не ври, – истерично заявил тот, размахивая пистолетом. – Думаешь, я поверю, что дружок того однорукого тут с кем-то шуры-муры крутит? Я видел тебя у его лавки и... Тут Аудиторе его весьма неделикатно прервал, ударив по сонной артерии. – Поспи, малыш, папочкам нужно уходить, – Эцио аккуратно положил посыльного на землю. – А про какого однорукого он говорил? Эцио посмотрел на растерянного Альтаира. Несколько секунд он то открывал рот, чтобы что-то сказать, то передумывал и не говорил ничего. В итоге ответил: – Я... У меня есть в знакомых один однорукий, который держит лавку, но... Это безумие, как они могут быть знакомы? Пораженный догадкой Ла-Ахад перешел на родной язык: – Alllah, 'ana haqqana hasalat fi almaelam tafeal?** – Аль? Итальянец обеспокоенно подошел к археологу и положил руку на плечо. На него посмотрели абсолютно потерянным взглядом. Ни разу за две недели их знакомства Альтаир не терял над собой контроль, даже в мелочах. Эцио никак не мог понять, что же это за однорукий, связь которого с Эмилио настолько выбила из под ног Ла-Ахада землю. – Я... Я в порядке, брат, – ему наконец удалось взять себя в руки. – Идём, посмотрим, что там у него в чемодане. В большом чемодане, полностью набитым бельём, на дне обнаружилась сфера, весьма схожая со своим близнецом из Иерусалима. Только рисунок на ней был иной. Она мягко светилась на дне, и двум друзьям показалось, что она звала их. Эцио взял её в руки, вещица засияла ярким светом, и итальянец зажмурился. Отовсюду зазвучали голоса, которые что-то нашептывали, но Эцио не мог разобрать. Их было слишком много. Альтаир же завороженно смотрел на свет, он видел и слышал. В который раз он поразился, сколько чистой информации, столько знаний могла вместить в себя эта вещь. Увы, сейчас в руках Эцио они мелькали слишком быстро, но араб надеялся, что позже, когда ему откроют, зачем же ему было искать Эцио, он сможет детально подойти к вопросу изучения Частицы. Аудиторе, не выдержав, быстро положил сферу в рюкзак. Всё прекратилось. – Что. Это. Сейчас. Было? – итальянец вопросительно уставился на араба. – Это? – Альтаир со странной улыбкой взглянул на Эцио. Такую блуждающую улыбочку Аудиторе часто видел на лице своего давнего друга Леонардо. – Это были знания... Идем, нам ещё надо найти вход в храм. – Зачем он нам? – недовольно спросил Эцио, Ла-Ахад явно что-то не договаривал. – Там мы точно встретим Ису. – Каких ещё Ису? *** Проникнуть в Ватикан было не так уж и сложно, что ужасно поразило Эцио. Они просто забрались по стене. Ну ладно, на самом деле юному Аудиторе в кошмарах будет снится эта беготня по малюсеньким выступам от камер и прожекторов. Они вверх поднимались целый час. Потом пришлось, низко пригибаясь к крыше, искать вход в здание, не трогая при этом охрану. Потому что если вырубать, то прятать, а прятать было некуда. Затем они стали взламывать замок на двери, но так как он был обычным, без кода доступа, Альтаир буквально через минуту поднял руки вверх. Эцио же решил, что никому хуже не будет, если он её выбьет, так что они дождались, когда самые близкие к ним охранники уйдут максимально далеко, и стараясь быть очень тихими, они выбили дверь. Так и вошли. *** – Пфф, дилетанты, – Коннор просто не удержался, как и Дезмонд не смог сдержать смеха, и пришлось маскировать его под кашель. – Ой, ну простите, Великий Мастер Взлома, мы с коллегой осквернили ваше ремесло, – саркастично ответил Эцио и, сложив руки на груди, гордо уставился в потолок машины. – А я рад, что теперь не придётся выбивать двери, уж лучше их взломает Коннор, чем я потом буду с отбитой ногой по этажам бегать, – Альтаир же спокойно пропустил подколку. *** Они были на верхнем этаже Ватикана ночью, так что тут никого не было, но оба знали, что на нижних этажах еще кто-то работает. – Так, – Альтаир повернулся к Эцио. – Нам нужна Сикстинская капелла, там мы разделимся, я пойду и заберу папский посох, а ты найди вход в хранилище, встретимся на нижнем этаже. Альтаир уже хотел было уйти, но итальянец его остановил. – Подожди, зачем нам папский посох? – Эта сфера – первая часть целого, вторая его часть – папский посох. – Откуда знаешь? – Я же рассказывал, что нашел артефакт в усыпальнице, он мне и поведал. Идём, мы теряем время, до рассвета осталось четыре часа. Добираться до неё было так же «весело» и «интересно», как и подниматься по стене. Постоянно приходилось замирать в адски неудобных позах и при этом избегать охранников и прожекторов. Однако, несмотря на все трудности, уже через полчаса они добрались до места назначения и разделились. Эцио решил осмотреть пьедестал капеллы, что-то ему подсказывало, что искать нужно оттуда. Но как бы он ее не рассматривал, не мог найти ни выпуклостей, ни рычагов. Ничего. Так что он решил посмотреть на картину в целом и отошел к середине комнаты. Вообще Сикстинская капелла была одним из чудес, сотворенных в эпоху Возрождения. Здесь были чудесные картины тех времён, а на стенах были великолепные узоры и лепнина. Минут десять Эцио просто любовался, но внезапно на глаза ему попались два симметричных ажурных круга по обе стороны пьедестала. На них свет падал немного иначе. Так, как если бы они были немного вдавлены в стену. Аудиторе усмехнулся. Ну, и кто тут не очень внимателен? Эцио подошел и поочерёдно нажал на обе кнопки. Пьедестал въехал в стену, и открылся большой проход вниз. Хлопнула дверь. Обернувшись, итальянец увидел Альтаира, который нес посох. Ла-хад был мокрый и недовольный, весьма недовольный. – Что слу..? – Не спрашивай. – Но... – Я сказал не спрашивай. Быстрым шагом он прошел вниз и направился по коридору. Стены были каменные, но на полу у их основания шли длинные ряды ламп, которых просто не могло существовать в те времена, когда Ватикан строили. Пройдя по коридору до конца, они вышли в большое округлое помещение с интересным мозаичным полом. Альтаир прошел к середине комнаты и обернулся на Эцио. – Доставай сферу, думаю, я знаю, что делать. – Что же? – спросил Аудиторе, протягивая Частицу Альтаиру. Тот надел частицу на посох, а посох вставил в небольшое отверстие в центре мозаичного узора. Неожиданно заскрипели какие-то механизмы, и пол опустился на несколько метров. Теперь они были внутри большой ямы. – Встань и возьми его в руки. – Эм-м, а ты уверен? Я не хочу ослепнуть от более яркой вспышки, чем та, что осветила сквер. И вообще, почему я? – Уверен. Так надо. Вздохнув, Эцио подошел к посоху и взялся за него. Тот засветился странным светом и направил из верха переплетённые между собой лучи на одну из стен. С тихим грохотом она опустилась и открыла вход в темное помещение с золотыми переливающимися узорами на черных стенах. – Иди. – Опять я? – Эцио удивленно обернулся. – Позже объясню. Альтаир внимательно смотрел, как Эцио входит в храм. Первые секунд тридцать ничего не происходило, но когда итальянец почти дошел до конца комнаты, перед ним в ярко-золотом свете появилась женщина. Она была одета в белое льняное платье и странное тяжелое украшение на голове. Её изображение постоянно подвергалось некоторому искажению. – Приветствую тебя, Пророк. Покажи нам Это, что бы мы могли воздать... – неожиданно она прервалась. – Где он? Где Дезмонд? – Кто-кто? Эцио непонимающе посмотрел на неё. – Дезмонд. Ты должен был его привести. – Э-э, извините, леди, но тут только я да Альтаир. Она удивленно взглянула на него. – Альтаир? – Да, Альтаир, один из вас почти месяц назад назвал меня первым пророком и попросил указать путь следующему, – Альтаир подошел и посмотрел на Эцио. – Вот я и указал. – Не может быть... Альту был прав... – пораженная Ису, казалось, ушла в себя. – Кто вы? – У меня много имен, но вы можете звать Минервой, – как-то отстранённо ответила она. – Кто такой Альту? – Эцио посмотрел на Альтаира. – Ису, которого я встретил в усыпальнице. – Послушайте, – Минерва обратилась сразу к обоим. – Грядет катастрофа, и только вы можете её предотвратить. Давно, когда ещё наша цивилизация была велика, мы искали способы, чтобы предупредить вас о ней. И создали устройство, которое просчитывает варианты будущего, мы смогли вычесть три возможных ситуации. Мы пришли к выводу, что случится одна из них, но один из нас – Альту, говорил, что мы ошибаемся, и вы четверо родитесь в одно время. Мы не верили. Мы думали, когда всё начнется, он будет один... и погибнет. Но с вашими искрами... Есть шанс выжить. Найдите храмы, опасайтесь креста, найдите Хранителя и Спасителя. Судьба мира в руках вас четверых... Минерва исчезала. Её сияние становилось меньше, и она уже хотела уйти, когда её окликнул Эцио. – Стой, кого нам искать? – Коннора и Дезмонда. Не медлите, у вас мало времени, – с этими словами Ису ушла. – Ну великолепно, и как мы их найдем? У меня столько вопросов, а ответов на них не предвидится, – Эцио посмотрел на задумчивого друга. – Всё не так ужасно, у нас есть зацепки. – Это какие? – У нас есть имена. И две Частицы. Думаю, за несколько дней мы сможем их найти. Услышав это, Эцио округлил глаза. – Как?! – Так же, как я нашел Эмилио. Ла-Ахад загадочно улыбнулся и стал уходить. Им здесь больше нечего делать. – Что? Эй, хватит так загадочно ухмыляться! – Эцио стал нагонять товарища. – Я серьёзно! Альтаир!