5 способов сказать «Я беременна»

Прекрасный день. Прекрасный, мать вашу, день. Я прямо горю желанием улыбнуться (убить кого-нибудь). Тикки сидит напротив меня в нашей с Адрианом спальне, не издавая ни звука. Её большие синие глаза изучают мое поведение. Прищурившись, она выдыхает и, как только видит, что я пошевелилась, начинает на меня кричать, что я все порчу. — Ты беременна. — Тикки, я знаю! Я спросила не «что со мной вообще не так?», а «что именно сейчас со мной?»! — Ты раздражена, потому что Адриана нет уже три дня? Он же уехал в Лондон на показ, — маленькая квами хмурится. Я тоже хмурюсь. Мне Адриана и так не хватает, я будто вся плавлюсь при мыслях о нем, думая о его сильных руках, длинных пальцах, мускулах, о том, как он выглядит в латексном костюме, как гладит меня… Неожиданно с моего рта вырвался маленький стон. Я сразу открыла глаза и наткнулась на шокированную Тикки. — Так вот что. О боже, Маринетт, да ты просто хочешь секса! — Тикки! Мне же нельзя… тем более он не знает, что я… жду ребенка. Красная квами ближе подлетает ко мне и начинает тыкать своей маленькой ладошкой мне в щеку. — Глупая, секс даже поможет! Ты не будешь раздражаться на все вокруг. И все смогут нормально зажить. — То есть? — я встала с кровати. — Я хочу и я получу? Тикки охает: — Ну как-то так.

***

Входная дверь хлопает, и я слышу шуршание на пороге. Адриан снимает обувь, раздевается, а потом проходит в гостиную. — Маринетт? Я спускаюсь по ступенькам, босая, и абсолютно голая. Мой живот еще не видно, поэтому он ничего не заметит. — Моя леди? — его голова выглядывает за дверь гостинной, тем самым он видит меня. Всю меня, спускающуюся по лестнице. У него, мягко говоря, отваливается челюсть. — Я подумала, что ты соскучился. Я всё также продолжила медленно спускаться, а он уже шел ко мне навстречу, снимая рубашку. — О да, Леди, — шепчет он, и когда мы встречаемся, его губы сливаются с моими. Мурашки сразу начинают бегать по телу, а мысли в голове туманяться. Мы целуемся целую вечность, его руки скользят по голой коже, сминая выпуклости, и доставляя мне бесконечное удовольствие. Я же пытаюсь быстрее снять с него оставшуюся одежду, и когда у меня получается, он рывком поднимает меня на руки, держа за мою задницу, и несет в спальню. — Кот Нуар пришел спасти любимую, — мурлычет он по дороге, а я только притягиваю его для очередного жаркого поцелуя. Нам действительно не хватает воздуха. Я уже не чувствую ничего кроме переполняющего меня возбуждения, я ощущаю на себе любое мимолетное прикосновение с его кожей, но мне мало. Наше дыхание, неровное и громкое, оно буквально не дает никаким мыслям посетить голову. Это хорошо. Это безумно хорошо. Он входит в меня со всей его напористостью, медленно выходя и снова жестко врываясь ко мне. Я уже кричу, не задумываясь о том, кто нас может услышать, ведь сейчас есть только я и он. И наш малыш. Адриан кусает мою грудь, оставляя засосы, но мне это только нравиться. Он стонет мое имя мне в ухо, лаская мой слух. Движения преобретают более жаркий характер, они быстры, я не знаю, сколько проходит времени, но я взрываюсь вокруг него, а он вслед за мной, выдыхает: — Маринетт!

***

Мы лежим на кровати, я на на его груди, он гладит мои волосы, а потом его рука спускается вниз, застревая на животе. Я сразу напрягаюсь. — Ты не хочешь ничего сказать? — Не очень. — Почему ты думаешь, что это не важно? — Потому что, — я не готова тебе это сказать, — я не хочу. — Но это же так круто! Ты даже не представляешь насколько. Я поднимаюсь, отталкивая его руку. Хмурюсь и спрашиваю: — Ты серьезно? Я, например, в шоке. И кто тебе вообще сказал? — Сама Сезер и сказала. Это же её свадьба. И знаешь, это действительно здорово, что платье будешь шить именно ты. Ты же потрясный дизайнер, — он тоже поднимается, обнимает меня, а я думаю, какая я глупая. Но это же прекрасная возможность… — Боже. Ладно, я уж переживала, что ты знаешь, что станешь папой. Его руки ослабили хватку, и он отодвинулся от меня, чтобы видеть мое лицо. Его улыбка медленно начинает появляться, а глаза искрятся радостью. — Я стану отцом!