Haunting

Санс бредет по заснеженному лесу, не замечая разламывающихся под его ногами веток. Его послали искать человека, так рьяно бросая скелета на поиски, словно нужно было достать сундук, полный золота и бриллиантов, а не обычный ходячий кусок плоти с верхней Земли. Но лес пуст, и только неслышное эхо шагов витает между сосен. Эджи знает, что все его неохотные потуги бесцельны, потому что человек приходит совсем в другое время. Приходит раз за разом, и молча идет вперед, молчанием пытаясь сохранить свои секреты глубоко внутри себя, и кричит лишь когда кости выходят у него из спины. Санс убивает девушку так же раз за разом и идет домой, отвечая брату, что в очередной раз ничего не нашел. А потом сидит на кровати в полном одиночестве, до самого утра, и пытается понять, что происходит. Мысли монстра не умещаются в голове, выходя из тела. Эджи ежится, выдыхая облако пара, и уходит к посту, к которому уже направляется темная фигурка, в хрупкости которой скелет неоднократно убедился сам. Монстр сам подходит к девушке, хрипло произнося потерявшие где-то после пятого захода смысл слова приветствия и протягивая руку, где притаился шокер. Человек отскакивает, с ужасом уставившись в глазницы Санса – девушка открыла рот, беззвучно повторяя то, что кричала, когда ее тело впервые прошил разряд тока. «Пожалуйста, хватит!» «Все правильно, черт возьми, ты должна бояться меня» - Эджи усмехается, в который раз делая вид, что ничего не замечает, и называет свое имя. Фриск представляется в ответ. Повторяя одни и те же фразы, скелет чувствует, что становится холоднее, чем лес, в котором находится. Его рассудок словно смертельно болен – иначе почему монстр не прекратил эту нелепую борьбу за власть, за право человека пройти дальше? Девушка умирает вновь, не успев договорить приевшиеся скелету слова благодарности за подсказку пути. Пламя гастер-бластера уничтожает ее, не оставив на снегу даже праха. И Санс вновь бредет обратно домой, вздрагивая от каждого звука. «У кого теперь власть?» Хотя лес пуст, и только неслышное эхо шагов витает между сосен. У кого все-таки власть?